Целитель чудовищ - 3
Шрифт:
— Наверное, ты хочешь спросить, почему? — с намеком на извинения уточнил Горо. Хотя это был скорее намек на намек сделанный из вежливости. — Все дело в том, что главы семей очень злы на тебя за то, что ты, великовозрастный бесклановый, учишься наравне, а порой даже лучше их сыновей. Как я и говорил, талант дракона не всегда благо. Если у тебя есть вопросы, это твой последний шанс мне их задать. Говори.
— Что будет с Кизаши? — судя по довольно кивнувшему главе клана, Стас спросил именно то, что надо.
Очевидно,
Никому не было интересно ни его жизнь, ни его просьбы.
Жалость, как и человеколюбие, здесь были не в чести.
Насчет же таблеток Горо, скорее всего, и так был в курсе.
— Видимо, старина Хидэо в тебе все-таки не ошибся. Из тебя получился хороший друг для его внука. Кизаши-куну ничего не грозит. Я смогу, как и раньше, защитить его от слишком длинных языков совета. И хоть Хидэо просил еще и за тебя, я не вижу смысла ухудшать обстановку ради никому не известного, пускай и талантливого, целителя.
Ордынцев прикрыл глаза и глубоко вздохнул, чтобы не наделать глупостей. Слова главы клана были слишком неприятными для его выдержки.
— Но хоть я и не буду тебя прикрывать, — слова Горо заставили Стаса удивленно на него посмотреть. — Однако ты меня заинтересовал, плюс просьба Хидэо… Поэтому я дам тебе шанс. Поверь, в твоих обстоятельствах это очень и очень много. Я отправлю тебя в команду, командир которой не в ладах с Советом, поэтому ему будет все равно на их недовольство.
«И он не прикопает тебя под первым кустиком по их приказу».
— Более того, этот командир будет достаточно силен, чтобы суметь научить тебя чему-то полезному, если ты выживешь. И наконец, его подчиненные перспективны, поэтому в твоих же интересах попытаться с ними наладить отношения.
— Благодарю, Горо-сама, — Стас глубоко поклонился. И в этот раз он сделал это с искренней благодарностью. — Я никогда не забуду вашу доброту.
Ведь прямо сейчас сидевший перед ним человек и впрямь спас его жизнь. Попади Ордынцев в обычную команду, то он, скорее всего, не прожил бы и дня на фронте. Слишком много тех, кто готов выполнить любой приказ Совета.
— Пока рано меня благодарить, Широ-кун, — с тенью улыбки хмыкнул Горо, впервые показав что-то кроме спокойствия. — Сначала выживи на войне, а потом уже и поговорим. Поверь, даже так, шансов у тебя будет немного. Ступай и надеюсь ты еще все же сможешь меня удивить.
Ордынцев поклонился и быстро покинул сад.
Лопатками же он чувствовал пристальный взгляд одного из сильнейших людей этого мира.
Впереди будет кровь, смерть и отчаяние, но змеиные глаза смотрели туда лишь с ледяным безразличием.
Станислав Ордынцев выживет вопреки, пройдя по трупам всех, кто встанет у него на пути, а затем вернется за теми, кто его в этот ад отправил.
Глава 6
К
Кизаши с подачи землянина попросил дедушку и последний спустя несколько дней представил Стасу минимальные сведения по его будущему сенсею.
Полученная информация заставила Ордынцева испытать двойственные чувства. С одной стороны, это было лучше, чем могло быть, с другой имелись и свои неприятные особенности.
Джун Сумада по своей природе являлся удивительно крепкой занозой, засевшей так глубоко в заднице Совета, что как бы те не пытались ее оттуда достать, всякий раз у них ничего не получалось.
Начать стоит хотя бы с того, что он являлся одним из бастардов Буйного Игиро. Да-да, того самого дедушки Джишина и Идзуны.
Игиро не привык себя ограничивать ни в чем, а на правила по удержанию крови клана внутри клана, ему было глубоко плевать. На бастардов же великому воителю было все равно не в меньшей степени.
Отцом он был откровенно неважнецким.
Уже в самом раннем возрасте Джун успел попить крови своего будущего клана, когда его лишь чудом успели выцарапать у водяных Мизуно.
Примерно тогда же в той бойне приказала долго жить вся родня по матери, сама мать, а заодно и деревня, в которой они проживали. Водяные и земляные техники сформировали на месте того поселения такую грязевую яму, что на ней до сих пор почти ничего не растет.
Уже этот толчок начал формирование паскудного характера сенсея Ордынцева.
Но по-настоящему Сумада взвыли, когда Джун подрос, ведь молодой воитель перенял у своего папаши все самые главные качества — невероятную лихость, презрение к смерти и чудовищную даже для клановых силу.
Джун плевал на своих сверстников, так как был сильнее. Джун чхать хотел и на старших товарищей, так как не особо и боялся смерти. Хуже того, молодой бунтарь не особо считался и с недовольством Совета.
И быть бы этому психу убитым, ведь несмотря на весь свой потенциал, он еще не был своим отцом. Вот только здесь сыграла его счастливая звезда по имени Горо Сумада.
Правитель Сумада оказался удивительно семейным человеком, поэтому решил не лить родную кровь многочисленных братьев почем зря. Конечно, признать десяток бастардов частью своей семьи он не мог, так как бросил бы тень на весь клан. Но вот приблизить их к себе и обезопасить вполне мог.
Таким образом семья Игиро получила в свое распоряжение целый десяток в потенциале очень сильных членов побочной ветви.
В этом году Джуну исполнилось тридцати пять и больше он не смог увиливать от чести взять команду учеников.