Целитель 8
Шрифт:
Я посмотрел на него столь выразительным взглядом, что он довольно хохотнул. Да уж, да уж. Я уже и забыл, насколько у него специфический характер.
— К нам разные ученики приходят. И аристократы, и потомственные военные, и обычные простолюдины. Долго наблюдая за ними, я понял, что талант может родиться в любой семье. Справедливо и обратное — там, где талант ожидаешь, его может не проявиться. Это натолкнуло меня на мысль, что и с непокорностью аналогично. Что бы мёртвые ни делали, всегда будут рождаться те, кто поднимет голову. И получит по шапке. А дальше есть разные варианты.
— Вы очень издалека зашли, Владимир Геннадьевич, — не удержался я.
— Ага. Могу себе позволить, — хмыкнул он. — Имена называть не буду. Если я меч, то те двое — щит и стрелок. Два талантливых мастера. Которые имеют свои веские причины на то, чтобы подсобить в нашей революции. С перспективной задействовать тебя в уничтожении ковенов на территории чужих княжеств.
— Ого, — выдал я. — Удивили.
— Ничего удивительного. Я же тебе объяснил логику, балда, — смерил он меня взглядом. — Ладно, пошли, познакомлю. Славский сказал, что у вас затишье. Значит, будет время потренироваться.
— Может, вы мне и в разработке новой техники подскажете? Слышали про метод сжатия?
— Взрывная сила? Взрывной удар? Сжатие чего? — спросил он на ходу, направившись к остальным. — Потом обсудим. А сейчас пошли представлю.
И пошли.
Двое мужчин внешне никак не походили на Владимира Геннадьевича, но при этом были на него чем-то неуловимо похожими. Щит говорил с лёгким акцентом. Попросил называть его мистер Щит. Владимир Геннадьевич на этом моменте хохотнул и потребовал называть его господин Меч и никак иначе.
— Клоуны, — высказался третий мужчина. — Меня зовите господин Серьёзный.
Вся троица была одета в военную форму, без опознавательных знаков. У Щита волосы короткие. Сам он высокий и худой. Серьёзный обладал кучерявой, чёрной шевелюрой, был самым низким из них и плотно сбитым. Не толстяк, скорее, мужчина лет сорока. Тот возраст, когда стать уже давно сформировалась.
Когда мы подошли, Эмма в сторону отступила вместе со Славским. Поэтому общались мы отдельно.
— Так, значит, ты и есть то самое оружие против монстров, — сказал Серьёзный.
— Надо его проверить, — сказал Щит. — Вова, ты обещал, что он нас удивит. Верится с трудом. Больно молод.
— Как насчёт спарринга? — глянул на меня Владимир Геннадьевич.
— С кем?
— Против нас троих.
— Тогда вы меня точно переоцениваете.
— Сам же говорил, что противник необычайно силен, — пожал мужчина плечами. — В щадящих тренировках смысла не будет.
— Тренировках или проверках?
— Всё есть тренировка, — оскалился мечник.
— Не то чтобы я люблю бить людей, но, если настаиваете…
Бой начался без предупреждения. Выпендрёжники, что сказать. До учебных
Щит поступил оригинально. Выпустил не меньше тысячи Капель Масла, направляя его на меня. Хотел сделать нечто схожее с тем, как я обошёлся с братом Эммы. Поймать и спеленать.
Инстинкты толкнули и дальше разрывать дистанцию. Было что-то такое в этой субстанции, что отбило желание пробиваться через неё. Полотно, никого не схватив, разорвалось и перетекло в пять сгустков, которые нависли над Щитом. Тот, прикрываясь щитом, надвигался на меня.
— Бегая бой не выиграть, — сказал он мне.
Справедливости ради, остальные не стали меня окружать. Остались на расстоянии. Навалятся либо позже, либо по очереди прессовать будут, чтобы в разных ситуациях проверить.
Запас сил я начал пополнять, ещё когда к полигону подходил. Когда речь о поединке зашла, накинул на себя усиливающие техники первого ранга. А сейчас докинул и до второго, понимая, что легко не будет. Никто территорию не захватывал, поэтому Вдох сделал без проблем. И, пока Щит говорил, я собрал таран и выпустил его.
Энергия соткалась в воздухе и обрушилась на мужчину. Он прикрылся щитом, выдержал удар и… Я успел пройти ему в ноги. Сгустки, которые превратились в стрелы и сорвались в мою сторону, пролетели над головой. Всего на долю секунды мужчина потерял меня из виду, чем я и воспользовался. Собственно, он тоже понимал, что закрывать лицо щитом плохая затея. Поэтому щит был полупрозрачным, пусть и мутноватым. Атака последовала с той же целью, чтобы отогнать меня. Я же заставил свой таран светиться, чтобы снизить видимость ещё больше и ослепить.
На подобный трюк опытного воина сложно подловить, но не зря я ускорение второго ранга накидывал. Мужчина успел дёрнуться, но мой меч коснулся его раньше. А вместе с мечом, который всего лишь удар обозначил, последовала порция Крови, заряженная на обеспечение судороги.
И вот этого мужчина уж точно не ожидал. Сомневаюсь, что он когда-либо дрался против целителей. Запнувшись, он отмахнулся тараном, но я рассёк эту технику и насел на него, обрабатывая щиты, которые он стал один за другим создавать вокруг себя, когда мечом отбиваться не успевал.
Цели попасть в него у меня не было. Только задавить, не дать перехватить инициативу. Что я и делал, не жалея силушки.
— Моя очередь! — крикнул копейщик, он же стрелок, как его Владимир Геннадьевич обозвал.
Я притормозил и пропустил копье мимо себя. Мне хватило скорости, чтобы перехватить его рукой. Небольшое усилие, всплеск Крови, и структура была нарушена. Копье сломалось, и мужчина остался с обрубком. Что его не особо-то и смутило. Обломки хрустнули, и десятки осколков полетели в меня. Я отпрыгнул, оставляя на своём месте облако Крови. Оно удар не сбило, но задержало. Прикрыв рукой лицо, я спокойно принял снаряды на тело. Ещё одно усилие, и то, что застряло в коже, вылетело из меня.