Целитель 7
Шрифт:
На этот раз я выругался куда сильнее. Пока рано говорить о динамике проклятия, но по опыту прошлой войны, за пару часов оно убьёт с гарантией. А если не убьёт, то сделает инвалидом.
Когда закончил с третьим раненым, случилось небольшое чудо. Руку нашли. Обожжённую, поражённую некрозом, но не фатально. Не знаю, какой опыт за плечами у сержанта, но руку он держал предельно бережно, находясь в состоянии шока. Я же невозмутимо забрал конечность, обернул её своей силой, выжег заразу и вернулся к пареньку. Не буду говорить, что ему сегодня повезло…
Пожалуй, среди ранений самая опасная вещь — это кровотечение. При сильном кровотечении хватит пары минут, чтобы человек превратился в труп. Хорошо, что как минимум офицеры об этом знали и могли сами остановить кровотечение, поставив заплатку из Масла. Второе место между собой делили удушье, когда задевало грудную клетку и лёгкие, всякие шоковые состояния, отказ внутренних органов и работа проклятий.
Со всем этим многообразием я и столкнулся. Тяжелораненых всего ничего набралось. Мне пять человек привели. И то так вышло, потому что многие не успели дожить до моего прихода. Многих сразу наповал убивало. Меньшей тяжести ранений было куда больше. Но этим я почти не занимался, сосредоточившись на проклятии. Постарался настроиться, ощутить его и определить, где главные заражённые находятся.
В какой-то момент, разобравшись с наиболее пострадавшими, заметил недалеко Дуба. К нему и направился.
— Евлантий Сергеевич! — окликнул я мужчину. — Через духов перебрасывали проклятие, — продолжил я, когда Стародубов обернулся. — Оно действует не мгновенно, несколько часов у людей есть. Поэтому всех, кто ощущает хоть какую-то слабость или что-то странное — ко мне. Даже если они уверены, что их никто не касался.
— Сделаем, — кивнул мужчина. — Как в целом обстановка?
— На этом участке тяжёлых стабилизировал. Остальным тоже частично помог. Кто остался — в лазарет отправляйте. Меня бы тоже туда доставить. Там всеми и займусь.
Так-то не май месяц. Зима на дворе. Ещё и ночь, холодина. А холод, как известно, тоже отлично убивает.
— Сейчас доставят, — ответил Дуб. — Машина уже прибыла, — указал он направление.
Из этой самой машины выскочил молодой солдат и к нам рванул.
— Командир! — крикнул он. — Беда! Княжича убили!
«Княжича?» — нахмурился я, не сразу осознав эту информацию.
В следующую секунду картина сложилась у меня в голове. Пока двое мертвецов отвлекали внимание на себя, третий, который умел ходить по плану смерти, наведался к княжичу.
От же дерьмо.
И это дерьмо усугублялось тем, что в лазарете около пятидесяти солдат отлёживались, заболев в эту холодную пору.
«Теперь-то война точно началась. Со всем размахом», — мелькнула мысль.
Глава 12
Солдат ошибся. Княжич ещё был
Услышав новость, Дуб сам помчался разбираться. Я — с ним. В лазарете увидели жуткую картину. Само здание было частично разрушено. Там, где находились окна кабинета княжича, зиял черный провал.
Но сам Сергей находился внизу, недалеко от выхода. Его пригвоздили к стене и оставили смотреть.
Я, когда внутрь вслед за Дубом зашёл, сразу понял, что произошло. Показательная, отложенная казнь княжеского сына. Обычных солдат и охрану перебили. Их тела валялись в коридоре вокруг княжича. А вот Ольга…
Женщине не повезло. Всем здесь не повезло. Но её превратили в голодного мертвяка. Который занимался тем, что грыз… княжича. Хрипел, поднимался, кусал его за ноги, отрывал куски, жрал и повторял это раз за разом.
Дуб выпустил силу, перехватил девушку, отбросил её в сторону. Я же направился к княжичу, на ходу создавая шар Крови. Эманаций смерти здесь было с избытком.
Как и сказал, княжич был жив. Поднял голову, уставился на меня безумным взглядом. Я выпустил Кровь, направил в него и первым делом погрузил парня в сон.
— Евлантий Сергеевич, — позвал я. — Организуйте новое место для лазарета. Сюда свозить никого не надо. Минут через… десять, — прикинул я. — Заберёте княжича.
— Он жив?
— Да, но плох. Сильно плох. Звоните в столицу, вызывайте Аристарха Павловича и ещё кого-нибудь прихватите. Учитывая вероятное количество поражённых проклятиями… В общем, один я могу и не вытянуть всех.
— Сделаю. Спаси княжича.
Спаси. Легко сказать, да сложно сделать.
То, что здесь произошло, наглядная демонстрация того, насколько мёртвые превосходят местных. Охраняли ведь княжича не абы кто, а сильные адепты. Точно не случайные люди. И что они смогли сделать? Ничего. Пришёл один древний старик, сделал, что хотел, и спокойно ушёл.
То, что он потом сдох, — чистая случайность. Если бы я не чувствовал мёртвых, если бы не мой опыт войны, если бы не божья искра, если бы не мои попытки влиять на проклятия напрямую… Слишком много если. Которые встретились в одной точке, и удача сыграла на моей стороне.
С остальными мертвяками — аналогично. Только там не совсем удача, а скорее недооценка одного конкретного противника, который хорошо разбирается в том, как взламывать защиту мёртвых. Знает и обладает для этого куда более подходящим инструментом, нежели местные адепты.
Но потом об этом подумаю. Сейчас надо сосредоточиться на княжиче.
Казнили его с выдумкой. Внешняя, самая очевидная, часть проклятия медленно, но верно пожирала руки и ноги. К текущему моменту у княжича сгнили все пальцы, мясо уже слезло с костей. Вторая, скрытая часть проклятия была протянута к его Источнику и сердцу. Причём проклятие было в несколько слоёв.
Попробует использовать Масло — проклятие усилится. Попробует что-то с ним сделать — аналогично. Кто-то другой вмешается — проклятие перебросится на него.