Цель оправдывает средства
Шрифт:
В ответ я услышала неразборчивое ругательство.
— Не поняла?
— Договорились, — пробурчал Кирилл.
Ага, вот и автомат. Лежит на переднем сиденье, где Валерик помещался, и молчит.
Я перекинула автомат на заднее сиденье.
Теперь бардачок посмотреть.
В бардачке не оказалось ничего интересного, кроме трех упаковок дешевых китайских презервативов, маленького выкидного ножа и кучи яблочных огрызков.
Противозачаточные средства и пищевые отходы я оставила в бардачке, а нож положила
Я еще раз тщательнейшим образом обшарила салон, но больше ничего предосудительного не нашла.
Ну, и все, значит.
— Эй! — я высунулась из машины — они, Кирилл и Валерик, все так же стояли у стены. — Все, процедуру проверки я завершила. Поехали.
И вышла из джипа, чтобы пересесть на заднее сиденье.
Глава 7
Кирилл мрачно молчал. Он вел машину. Валерик тоже ничего не говорил. Лишенный своего автомата, он выглядел, как я успела заметить, довольно жалко.
У меня такое впечатление создалось, что этот автомат Калашникова стал для Валерика частью его организма. Причем — наиважнейшей частью, главной.
В салоне автомобиля — особенно на заднем сиденье — жутко воняло. Поискав источник, я увидела пятно краски сбоку — позади Валерика.
Я отодвинулась подальше — села сзади Кирилла, но все равно чудовищно пахло, — вероятно, сегодня утром кто-то банку с краской здесь разбил.
И чехлы на сиденье Кириллу теперь менять придется… И давно пора — чехлы мало того, что старые и грязные, они еще и некрасивые — какие-то красно-синие.
Ужасное сочетание. Безвкусное.
Размышляя таким образом, я тихонько уронила маячок себе под ноги, предварительно щелкнув рычажком. И теперь нужно было точным, но осторожным ударом ноги загнать его под сиденье Кирилла.
Р-раз!
Все, готово.
Надеюсь, Кириллу не придет в голову обыскивать весь салон, после того как он высадит меня.
Мы катили уже почти в центре города. Ни Кирилл, ни Валерик слова за всю поездку не произнесли.
Показался Колхозный рынок.
— Стой! — приказала я. — Вот тут останови, как в прошлый раз.
Кирилл безмолвно повиновался.
— Ствол-то верни мне, — глухо произнес он, не поворачиваясь, когда я открыла уже дверцу.
— Ствол? Верну, конечно. — Я достала из кармана его красивый блестящий револьвер и положила рядом с автоматом Валерика на заднее сиденье. Потом подумала и присоединила туда же и выкидной нож. — Мне чужого не надо, — сообщила я Кириллу.
Он ничего не сказал, только прорычал что-то нечленораздельное. Ругается, наверное.
— Ну, все, пока, — сказала я, открыв дверцу, — кстати, если задумаете выкинуть какой-нибудь финт вот сейчас, отъезжая, то учтите — я метко стреляю.
Вышла из машины и захлопнула дверь.
Если они даже и попытались бы застрелить меня
Батареек в маячке хватит максимум на час. Ну, может быть, минут на десять побольше. А вообще, эти маячки энергию здорово жрут.
Я присела с прибором слежения в небольшом, по-весеннему сыром парке, недалеко от Колхозного рынка. На территории парка или рядом с парком располагалась, видимо, детская художественная школа — ребятишек с мольбертами было пруд пруди.
Хорошо что, кроме этих ребятишек, никого в парке и не было почти, так что я могла спокойно сидеть со своим прибором и следить за цифрами, появляющимися на табло.
Просидела я так с полчаса примерно. Цифры постоянно менялись — автомобиль двигался. А потом вдруг выскочило число и табло замерло.
Все. Кирилл приехал куда-то.
Куда?
Это мы сейчас выясним.
Запомнив цифру на табло, я спрятала отлично сослуживший свою службу прибор слежения и достала карту города.
Так, посмотрим.
Произведя в уме кое-какие расчеты, я вычислила и улицу, и номер дома, где остановилась машина Кирилла.
Оставалось только узнать номер квартиры, но я чувствовала, что этого даже не понадобится — там, в том месте на карте города, где я поставила жирную точку, большими буквами было написано: «Частный сектор».
Частный дом, значит?
Очень хорошо, навестим Кирилла. Сегодня, если успею. А сейчас мне нужно бежать на прием к начальнику пресс-службы администрации города Петропавловска Виктору Федоровичу Зайберту.
— Ирина Зиновьевна? — лучезарно улыбнулась мне секретарша Зайберта и мотнула рыженькой челочкой, как лисица — хвостом.
— Она самая. Ирина Зиновьевна, — подтвердила я и предъявила ей свое журналистское удостоверение.
— Подождите минуточку, — попросила меня секретарша, — у него сейчас совещание в кабинете. Оно вот-вот закончится, и… По телефону совещание, через конференц-связь. Он один, но — занят.
— Хорошо, — сказала я, — я подожду.
Я уселась в кресло для посетителей, все еще находясь во власти того странного чувства, которое овладело мной, когда я вошла в здание администрации города.
Секретарша-лиса не обращала на меня больше никакого внимания, и я, расположившись в кресле, вытянула усталые ноги почти на середину приемной, закинула назад голову — спинка у кресла была удобная — и смотрела в потолок.
Что же это все-таки было такое?
Дело в том, что пять минут назад, когда я вошла в приемную, секретарша разговаривала с кем-то по телефону, и мне показалось, что голос, едва слышно доносящийся из трубки — голос Кирилла.
Связь была хорошая, вот я и услышала голос.