Царица
Шрифт:
– Вы что-то хотели дара Арна?
– Просто соскучилась.
– А я нет, поэтому если вас не особо затруднит, шли бы вы на... позицию, оставленную Черномагом и его учеником.
– А если затруднит?
– Что же вам мешает дара?
– Вы, - эти мурчащие нотки в голосе режут слух хуже ножа по стеклу, - не могу перестать любоваться.
– Вернитесь на позицию. Ваш резерв полон и у вас нет причин уклоняться от своего долга. Иначе я буду вынужден казнить вас на месте, как предателя.
– И ты сделаешь ЭТО?- всё так же мурлыкая, спросила она.
– Будьте уверены.
Магичка ушла, качая бёдрами. И в тот же миг на стену взлетела Велла, используя свои новые возможности.
– Вот не нравится она мне, как думаешь это ревность или предчувствие?
– Ты же знаешь, что не... татуировка бы дала тебе знать.
– Вы мужчины иногда бываете очень изобретательны, - сказала она с задумчивым лицом, а потом улыбнулась, видя мою растерянность.- Да знаю я, что никак не обойти этот замечательный индикатор. Просто у меня руки чешутся и предчувствие какое-то нехорошее по поводу этой дамочки, нужно поговорить с генералом Круром, он общался с ней дольше нашего. И ещё, ты замечал, что она стала всё чаще промахиваться, её атаки стали слабыми и не приносят почти никакого результата. Да и чтоб поставить её на стену, нужно сначала найти. Исключением из этого правила становится твоё присутствие в непосредственной близости, но и тогда она не делом занята, а заигрываниями.
– Ты читаешь мои мысли Велла.
– Вообще-то, я пришла тебя сменить и поцеловать.
Минут пять мы целовались, сидя за каменными перилами стены.
– Иди, тебе нужно поспать, а я тут покараулю.
**** Велена ****
Вот на что она рассчитывала? Хотя, понятно на что - на то, что от меня останется только лепёшка. Но чего нет, того нет, а именно, нет теперь дары Арны, скинувшей меня со стены.
Стояла я на бывшей позиции Грекхена и потихоньку повышала температуру воздуха в месте сосредоточения войск противника. По идее они должны были если не зажариться, то хотя бы слечь с сильными ожогами, но сей процесс был прерван весьма сильным толчком в спину и пинком под мой царский, худосочный зад. Каменные перила хоть и довольно широкие, но невысокие, всего-то метр-метр двадцать. И полетела я ласточкой, раскинув руки. Формула левитации и вот я уже порю в воздухе. Добавила управляющий воздушный контур и полетела обратно, а застала только убегающую Арну, спешащую занять свою позицию. Беглянку спеленал воздух и опустил её ровнёхонько пред ясные (красные) очи моего мужа, а рядышком и я приземлилась.
– Кажется, не более получаса назад вы, дара Арна хотели со мной пообщаться? Так поговорим, только вот я буду задавать вопросы, а вы отвечать, - слишком уж мягко и вкрадчиво говорила каменная маска с алыми глазами.
Надо отдать девице должное, она и тут не растерялась. Пустила одинокую слезу, стала дышать глубже при этом, разворачивая плечи, облизывала приоткрытые губы. Изо всех сил старалась изобразить сексуальную жертву. Меня хватило на две минуты её кривляний, а потом больше не могла терпеть и расхохоталась в голос. Вот правильно люди говорят, можно много перетерпеть- боль, обиду, злость, но смех невозможно.
– Да хватит уже кривляться, я же щас живот надорву. Бессмысленно пытаться выкрутиться, если тебя поймали на горячем.
Тогда девица сменила тактику. Она плюхнулась перед Греком на колени и страстным хрипловатым голосом заговорила:
– Да, я виновата, виновата в том, что вы заняли все мои мысли, мои желания, ревность затмила мой разум. Накажите меня, сделайте со мной ВСЁ, что захотите!
К тому моменту, когда она закончила свою речь, каменная маска сползла с лица Грекхена, и теперь он как-то страшно
– Всё говоришь?
– Да, - страстно выдохнула эта идиотка.
Грек вытащил из кармана на поясе амулет "антимагии" (используется для магов преступников) и одел ей на шею.
– В кандалы и в подвал, - коротко и холодно отдал он команду.
– Пусть с ней побеседует Сартак, он однажды хвастался, что прочёл в своё время огромный фолиант по пыткам.
– Но... Я же призналась... объяснила... повелитель...
– кричала девушка, выворачиваясь из рук воинов, не теряя надежду на то, что демон передумает и оставит её при себе.
– Ты как? Не ранена?
– спросил подошедший Грекхен, заботливо убирая у меня с лица прядь волос.
– Да нет, только живот счесала, когда она меня со стены выпихивала. Вот, даже рубашка порвалась.
Грек чуть склонил голову набок.
– Пойдём, тебя полечу, я тут знаю один тихий уголок, там даже дверь запирается, - с улыбкой продолжил он.
– А давай.
Глава 20
Думаете, мы удалились подальше от чужих глаз ради интима? Абсурд! Какой нафиг интим, тут бы выспаться. Просто если окружающие случайно увидят, каким способом Грекхен лечит мне ободранный живот, то подумают что угодно, но только не то, что надо. Кто-то засмущается, а кто-то испугается, а третьи попросят и их вылечить. Как потом объяснять, что таким макаром он может лечить только меня и себя?
Дела наши обстоят просто наипаршивейшим образом. Людей осталось мало, осаждающих в три раза больше. Холин и Черномаг в лазарете, благо, что их жизням уже ничего не угрожает. Связаться с Кристоном, по-прежнему, не получается. Я только начала настраиваться на Элионель, как мой шарик с кристаллом пошёл трещинами, хорошо успела отбросить и лечь на пол. Как они умудрялись ТАК блокировать нашу связь, не понимаю. Мама бы разобралась, но она на островах и пусть там и остаётся.
По сути, нам остаётся только одно. Нужно нанести последний, пусть и самоубийственный рывок в надежде забрать с собой как можно больше противников. Чтобы той жалкой горстке, что осталась оборонять Кристон, выпало больше шансов на весьма призрачную победу.
Мы с Ириной, заняли позиции на стене, в которой порой не доставало небольших кусков. К тому же под ногами хрустел пепел и прах тех, кто не успел укрыться и был сожжён огненными заклятьями. На секунду я задумалась, и тошнота подкатила к горлу. Показалось, что вместе с воздухом вдыхаю пепел и прах, и не смогла сделать новый вдох. В глазах потемнело, всё закружилось.
Вспышка. Я стою на стене и посылаю заклятья, сил нет, но я вижу, как погибают враги и в сердце теплится надежда. Кажется, к нам пришла ПОДМОГА? Жаль, не вижу кто. Вспышка. Грекхен в боевой форме сражается с двумя, нет, уже тремя. Но с боку в него врезается огромный волк. Григорий? Нет. Не он. Челюсти волка смыкаются на горле Грека.
– НЕТ!
Я поняла, что стою там же, под укрытием выступа стены, а на мой крик обернулись почти все защитники замка. Мне стало неловко. Но, судя по взглядам, никто не счёл меня буйно-помешанной, а ко мне уже поднимался Грекхен.
– Что случилось?- он смотрел мне прямо в глаза.
– Останься здесь, на стене.
– Что за глупости, мы же всё обсудили и спланировали.
– Просто поверь, так надо, у меня было видение.
– Но диадема слишком далеко.
– Видимо для неё это не преграда. Там будет волк, как тогда Григорий превращался и ты не сможешь...
– должна была ему всё рассказать, но язык заплетался, и я как назло не могла ничего сказать внятно.