Царица Тамара

Гамсун Кнут

Князь Георгій. Нтъ, вотъ потому-то я и одержалъ новую побду.

Царица. Пусть звучатъ трубы въ честь моего супруга, великаго воина.

Трубы и барабаны, рукоплесканія. Царица кланяется въ знакъ привта.

Царица. А теперь въ честь побдоносной вры. Опять трубы.

Царица. Могу ли я себ поврить: и ты, Фатима, рукоплескала съ прочими?

Фатима. Да, царица, и я рукоплещу въ

честь моей вры.

Царица. Вотъ что. Все такъ же противишься. Хорошо! Побольше кротости, о, побольше кротости! Ибо ты будешь побждена, милая Фатима.

Фатима. Да спасетъ меня отъ этого Аллахъ!

Князь Георгій. У меня важныя сообщенія и мало времени, Тамара.

Царица. У тебя всегда мало времени.

Всходитъ на одну ступеньку къ своему трону.

Князь Георгій. День коротокъ, а сегодня ночью мн нужно быть въ лагер.

Царица. Вдь въ лагер Тарасъ.

Князь Георгій. Хорошо, я подумаю о томъ, могу ли я поступить по твоему желанію и не быть эту ночь въ лагер.

Царица. Нтъ, нтъ… Я только хотла… ты только не подумай, что я… Взглянувъ на толпу. Благодарю васъ, офицеры, благодарю васъ, солдаты. Вы свободны теперь.

Солдаты и офицеры выходятъ, за ними монахи.

Царица. А вы можете итти играть.

Русуданъ и Георгій выходятъ. Царица садится, два одтыхъ монахами писца ложатся у ея ногъ на полъ и приготовляются писать.

Царица. Твои сообщенія касаются новой побды. Когда произошла битва?

Князь Георгій. Три ночи тому назадъ. Войско совершило чудо и взяло крпость; пришлось штурмовать двойныя гранитныя стны.

Царица. Вы взяли много плнныхъ?

Князь Георгій. Нтъ, немного.

Царица. Ты не берешь много въ плнъ, и, гд можешь — щадишь жизнь. Я слышала, что такъ поступаетъ калифъ.

Князь Георгій. Мы взяли нсколько плнныхъ.

Царица. И вы съ ними хорошо обошлись?

Князь Георгій. Да, какъ ты приказала.

Царица. Кто эти двое?

Князь Георгій. Какъ видишь, это грузины, собственные наши люди. Они приговорены къ смерти.

Царица. Что они сдлали?

Князь Георгій. Они бжали. Бжали съ поля битвы.

Царица. Ну, они значитъ, не воины. Не слдуетъ попусту проливать кровь. Если они пастухи, то они не могутъ быть воинами. Камень есть камень. Что же вы можете длать, грузины? Воевать вы не можете.

Плнные

падаютъ ницъ.

Первый плнникъ. Мы ничего не умемъ. Мы только братья; мы среди враговъ встртили нашего третьяго брата; онъ магометанинъ; онъ угрожалъ намъ. Онъ старше насъ.

Царица. Вы встртили своего брата… Слышишь, Георгій? Ну, и вы бжали?

Первый плнникъ. Да, мы уронили наши копья, когда узнали его, и бжали.

Царица. Вы христіане?

Второй плнникъ. Да, мы христіане. Мы можемъ длать все, что ты намъ прикажешь, царица.

Князь Георгій. Я даровалъ имъ жизнь до твоего прибытія, чтобы ты сама могла выбрать для нихъ родъ смерти.

Царица. А если я ршу, что они не должны умереть?

Князь Георгій. Милосердіе твое принесетъ вредъ войску. Я это теб и раньше говорилъ, Тамара.

Царица, глядя на него. Въ былые дни ты не былъ такимъ жестокимъ.

Князь Георгій. Я всегда былъ такимъ. Все время; я всегда былъ одинъ и тотъ же.

Царица. Уведите плнниковъ, пока я не придумаю для нихъ работу. Но помните, грузины, что нельзя убгать съ поля битвы. Вы должны эту ночь оставаться въ цпяхъ, чтобы вы запомнили это.

Плнниковъ уводятъ черезъ обитую желзомъ дверь.

Царица. Какой это ты замокъ взялъ?

Князь Георгій. Замокъ хана Товинскаго.

Царица. Писцамъ. Пишите… Это большая побда. А самъ ханъ?

Князь Георгій. Онъ у меня въ плну.

Царица. Здсь? Самъ ханъ?

Князь Георгій. Вонъ тамъ. Во внутренней тюрьм.

Царица. Да вдь ты чудо совершилъ, Георгій. Какихъ лтъ ханъ?

Князь Георгій. Вчера сюда явились два товинскихъ офицера, чтобы выкупить его. Я имъ поставилъ нкоторыя условія; они прідутъ опять.

Царица. Это великая побда. Какъ ты думаешь, что предложатъ товинцы за своего хана?

Князь Георгій. За живого?

Царица. Да, за живого. Зачмъ ты это спрашиваешь? Конечно, за живого.

Князь Георгій. Онъ стоитъ добраго куска своей земли.

Царица. Они вдь магометане, товинцы. Но, если они любятъ своего хана, они исполнятъ одну мою маленькую просьбу, чтобы вернуть его себ.

Князь Георгій. Стой! Врно ты потребуешь цлую страну за его тло.

Царица. Чье тло?

Князь Георгій. За тло хана. Чтобы они сами могли похоронить его по ихъ языческому обычаю.