Царь горы

Романова Наталия

Руки Киры всё ещё зафиксированы, ноги широко раскинуты, бюстгальтер давно снят, а соски призывно темнеют и давно стали твёрдыми от моих пальцев.

Я вхожу, предварительно надев презерватив, потому что на этот раз я хочу всё сделать правильно, и на секунды теряюсь в пространстве, времени, дыхании Киры, нечленораздельных звуках, которые она издаёт, пока я медленно проникаю в неё, сходя с ума, и выхожу таким же безумным, чтобы снова проникнуть. Снова вхожу и снова выхожу. Сходя с ума раз за разом,

толчок за толчком, удар за ударом. Схожу с ума.

– Игорь, аааа... Игорь, - шепчет, - убери, - я понимаю, о чём она просит, одним движением выпускаю её из плена чёрных бусин, и тут же чувствую её руки у себя на голове.

Она вцепляется мне в волосы, тянет на себя, целует, потом притягивает к себе ещё сильнее, её ногти оставляют следы на моей коже, зубки оставляют следы, но всё это летит к чертям, когда Кира двигается в унисон со мной, стонет, я вижу слёзы у неё в глазах, она закидывает голову и произносит моё имя, кажется, сотни раз, пока я двигаюсь и двигаюсь, с каждой фрикцией всё сильнее и сильнее, следуя за богиней рядом с собой. И, наконец, ощущаю это - сильное сжатие, пульсацию, и я не выдерживаю, оргазм накрывает меня с головой, всё, что я успеваю - подставить руку, чтобы не упасть всем телом на Киру.

Моя блистательная Кира довольно хрупкая особа, и хотя я и понимаю, что вряд ли её раздавлю, предпочитаю упасть рядом.

Огромная волна нежности настигает меня сразу после оргазма, невообразимой и какой-то безудержной нежности. Я бесконечно и бесконтрольно целую Киру, шепчу ей глупости, вперемешку с комплиментами, пока поцелуи не перерастают в возбуждение, а возбуждение в ещё один акт любви. Засыпаем мы под утро. Абсолютно и даже неприлично счастливые.

Бусы, впрочем, не могут похвастаться тем же, их судьба - раскатиться по номеру-люкс шикарного пятизвёздочного отеля города Вены.

Утром звонит Влад и недовольно напоминает про встречу, я прихожу. Мой друг и начальник натянут как струна, он молчит, упрямо не замечая несколько характерных царапин у меня на шее. Его лицо краснеет, потом зеленеет, но он молчит, сказав лишь, что сегодня планирует встретиться с Кирой, и пока - пока!
– не готов видеть нас вместе. Не в этот раз. Я не возражаю. Как и не возражаю я против двухнедельного отпуска, что подписывает мне мой начальник и лучший друг, и остаюсь в Вене, с Кирой, благо виза позволяет.

Дни пролетают моментально, Кира, заикаясь, что странно для моей уверенной в себе, блистательной девочки, говорит, что хочет закончить свой курс, и это значит, что ей предстоит учёба в Вене ещё в течение года. И я соглашаюсь.

Да, чёрт возьми, я соглашаюсь!

Я чертовски горжусь своей блистательной Кирой, её успехами, целеустремлённостью и работоспособностью. Я горжусь её стремлениями, её победами, её амбициями.

В аэропорту она хочет мне задать вопрос, я вижу это и опережаю

её.

– Никого, никто, кроме тебя, котёнок, - и я не лукавлю.

Год без секса? Ерунда!

Год без Киры - куда ужасней.

Мы встречаемся время от времени, она приезжает на Новый год, и я, в течение года - к ней.

В эти дни я ощущаю себя королём мироздания, царём горы, как будто известный телеведущий орёт мне прямо в ухо: «Ты Царь Горы!».

Её семья смотрит с насторожённостью на наши отношения, но я не позволяю вмешиваться, и, в конце концов, получаю «добро» от деда-адмирала, за которым подтягивается театральный критик и даже Влад. В итоге он даже, кажется, доволен тем, как всё сложилось. Уверен, к его переменившейся точке зрения приложила руку Ирина.

Дождливым летом я встречаю Киру в аэропорту с огромным букетом алых роз. Выглядит напыщенно, но это нравится моей девочке, так что я совсем не против сделать ей приятное. Более того, я хочу это сделать. Её улыбка значит для меня чертовски много, если не всё в этом мире.

Ещё я планирую нашу свадьбу. Совсем недавно я подарил кольцо Кире и получил её безоговорочное согласие. И, клянусь, чуть не разревелся, как ПМС-ная дамочка при просмотре мелодрамы. Поймите правильно, не такой я и сентиментальный парень, но я настолько перенервничал в тот день, что считаю своё состояние вполне оправданным. Мы, мужчины, вовсе не роботы или туповатые самцы, как принято думать. У нас есть чувства, и порой эти чувства просто рвут нас. На тряпки.

Конечно, бракосочетание состоится во дворце на набережной.

Конечно, в лучшем ресторане города.

Конечно, с сотней-другой гостей, чередой лимузинов, оркестром для старшего поколения и анимацией для малышей.

В мой план также входит медовый месяц на берегу тёплого океана.

Всё это важно для меня и для Киры. Так же важно, как моя работа, наши семьи, как её учёба и выставка работ, которая прошла совсем недавно, на которой присутствовал даже дед-адмирал и чуть не лопнул от гордости за «своё сокровище», наряду с Владом и мной.

Ах, да.

Нить чёрных длинных бус тоже входит в мой план.

Прочных, их сложно разорвать, я пробовал.

Конец.