Царь девяти драконов
Шрифт:
— Теперь ты знаешь, что никакие это не сказки, — мрачно молвил охотник.
— О-о-о!
— Хучен, — слова Шанкара резали похлеще заточенной меди, — что это?
— Город. Стол... светлейшего... вана Лаоху.
— Хэн забрал туда Абхе и Карана. Зачем?
Глаза Ли округлились. Он зашептал:
— Ху-ши... э... откуда... знать я?
— А если подумать?
— Я... я не знаю, Ху-ши!
В голосе увальня засквозило отчаяние. Шанкар с сожалением вынужден был признать, что тот и
— Ладно, — буркнул охотник, — где Хучен?
Ли кивком указал на север. Шанкар взглянул через плечо в том направлении. Вдоль правого берега меж джунглей и Матерью вод пролегала широкая тропа. Неровной линией она шла на север и терялась в лесу.
— Как далеко? — он вновь обернулся к Ли.
— Два дня пути... пешим шагом.
— Не думаю, что Хэн отправился пешком, — вслух стал размышлять охотник, — у него есть телега, зебу или что-то того?
— Зебу? — непонимающе переспросил Ли и захлопал ресницами.
— Неважно, — отмахнулся Шанкар, — телега есть?
— Телега была с... э... черные быки.
— А еще в деревне есть телеги и быки?
Увалень быстро замотал головой:
— Нет. Только у цзы.
— Как же вы землю обрабатываете без них? — удивился охотник.
Ли сглотнул:
— Нам... не надо... э... много. Поле с рисом уже есть... было.
Шанкар издал рык раненого зверя и опустился рядом на песок. Пешком догнать телегу, запряженную выносливыми быками, не представлялось возможным.
«Она сразу говорила... сразу говорила, чтобы мы ушли отсюда, а я не послушал... из-за меня... дорогие мне люди снова страдают из-за меня!».
Руки непроизвольно сжались в кулаки. Нет, он не намерен раскисать! Он сделает все возможное, чтобы спасти их!
«Не в этот раз! Только не в этот раз!».
— Шкура ху, — услышал голос Ли.
— Что? — обернулся он.
Увалень вновь облизал губы:
— Шкура ху... возьми шкура ху... она помочь.
— Чем мне поможет шкура? — горько хмыкнул Шанкар и покосился на полосатый кусок.
— У нас... э... это знак... знак... э... почет и величие... — Ли потупил взор, явно не в силах подобрать нужные слова из-за скудного знания языка.
Но охотник уловил его мысль. Если здесь ценят тех, кто сумел справиться с синха, то шкура поможет втереться в доверие и избежать лишних неприятностей. К тому же издалека Шанкар сможет сойти за знатного местного. Все равно в последнее время он носит точно такую же прическу... а если еще не смывать грязь с лица...
— Ладно, — охотник схватил шкуру, встал и набросил ее на плечи. Нагнулся и поднял копье с песка. — Мне пора.
Глаза Ли едва не выскочили из орбит:
— Ты меня бросать?!
—
— Ты, ты, ты... — хрипло затараторил увалень, — ты хотеть сказать, где... сын мой и жена!
Охотник вздохнул и указал пальцем на западную оконечность джунглей:
— Они могут быть там. Я видел, как ваши уходят в ту сторону.
— Могут?! — взвизгнул бедолага. — Ты сказать, что знать точно!
— Не гневи богов, Ли, — нахмурился Шанкар, — или кого вы там превозносите. Я такого не говорил.
Тот взвыл и вновь закрыл лицо руками.
— За что мне это?! — простонал он.
— За что?! — поперхнулся охотник и присел на корточки рядом. — А за что вы убили Кали и его семью?! За что это им?! Ты не задавался тогда этим вопросом?! И почему ты им не помог?! Даже не попытался, Ли!
— Языцы, — промычал Ли, но уверенности в его тоне не было, — они против Шанди... я бояться цзы... он говорить, они — ничто, Шанди — все. Это истина.
— О, боги! — охотника передернуло от отвращения. — Истина?!
Ли пробормотал нечто нечленораздельное. На Шанкара смотреть он не рискнул.
«Они ничем не лучше Панишвара и его последователей! Ублюдки!».
Волна праведного гнева готова была захлестнуть с головой, но он заставил ее отхлынуть и быстро взять себя в руки. Не было времени на бессмысленные переживания.
— Все еще убежден, что Шанди — истина? — холодно бросил Шанкар. — Думаю, теперь ты так не считаешь, — он выпрямился и развернулся, чтобы уйти.
— Жертва... — тихо прошептал увалень. Так тихо, что охотнику сперва показалось, что послышалось.
— Что? — Шанкар обернулся и пристально вгляделся в лицо раненого.
Тот отвел руки и с какой-то безнадежной тоской смотрел на своего спасителя снизу вверх. В его глазах не было раскаяния. Только страх и обреченность.
— Если... если цзы решил, что... что Башэ... что Башэ пробудили вы, он может... может... захотеть принести жертва Шанди.
— Ли, что ты говоришь?! — охотник полностью развернулся к нему.
Тот всхлипнул, его начинала бить дрожь.
— Жертва Шанди, чтобы он дать сил одолеть... одолеть тварь языцы.
Внутри у охотника все похолодело.
— Кто жертва? — хрипло спросил он, хотя уже знал ответ.
— Твои... э... — Ли запнулся и, не договорив, понурил взор.
Мгновение Шанкар тупо смотрел на него, переваривая услышанное. Ветер тихо шелестел листьями над головой. Матерь вод переливалась в лучах солнца и умиротворяюще журчала. Вновь в джунглях пели птицы...