Царь девяти драконов
Шрифт:
— Это точно не он. Может и вправду змея? Ребятам просто показалось со страху. Но Нюнг говорила...
Охотник закусил губу и посмотрел на Ли. Тот переминался с ноги на ногу. Вид у него был слегка озабоченный.
— Придется последить, — прошептал Шанкар, вновь устремляя взор на реку, — если змея, она еще покажется, — затем поднялся, — Ли!
— Э?
— Останься здесь и последи за рекой.
Горе-охотник выпучил глаза:
— Я?
Шанкар кивнул:
— Да. Только к кромке воды близко не подходи. Мало ли что.
Ли
— А ты куда, Ху-ши?
— Если это змея, надо подготовить ловушки. Схожу в лес за необходимым.
Судя по тому, как Ли пробила дрожь, эта идея ему вовсе не понравилась.
— Я с тобой идти, Ху-ши! — взвизгнул он.
Шанкар вздохнул:
— Кто-то должен следить за рекой.
— А если ху напасть на ты?! — Ли отчаянно искал повода отправиться с ним.
Охотник натянуто улыбнулся:
— Я же гроза синха.
— Э?!
— Ничего, — он ободряюще похлопал Ли по плечу, — если хочешь, спрячься в кустах, но глаз с реки не своди. Увидишь чего, зови. Я буду недалеко.
В глазах увальня застыло такое отчаяние, что Шанкару стало жаль его, но иначе поступить он не мог. Отправлять Ли в джунгли за основами для ловушек было бы самоубийством. Хватило прошлых приключений.
— Не бойся, я скоро.
Кивнув, Шанкар торопливой походкой направился в лес. Сам не хотел оставлять Ли надолго одного. Он чувствовал на себе его затравленный взгляд, пока завеса джунглей не сомкнулась за спиной.
Лес здесь был не слишком густой, сквозь кроны деревьев на землю золотистыми пучками падал солнечный свет. Однако Шанкар сразу ощутил легкую прохладу... и рой мелкой мошкары в довесок. Вздохнув, он двинулся дальше. Сухие ветви тихо хрустели под ногами. Охотник решил не отходить далеко. Ему понадобятся несколько толстых стеблей кустарника с крупными листьями. Парочку таких он как раз заприметил впереди. Тот рос на небольшом пятачке, окруженном джунглями. Сразу за ним лес становился гуще. Солнце уже не так хорошо проникало сквозь листву, и меж стволов деревьев сгущался мрак. Покосившись туда и не заметив ничего подозрительного, Шанкар направился прямиком к цели. Задерживаться он не хотел. В последнее время охотник ощущал подсознательную тревогу, когда оставался в джунглях один. И только продолжавшееся над головой пение птиц немного успокаивало.
Добравшись до кустарника, охотник осмотрел его. Стебли толстые. Сучья острые. Листья широкие.
— То, что надо.
Достав с пояса медный кинжал, он уже хотел приступить к делу, как вдруг услышал то, от чего едва не выронил орудие из рук.
Шепот. Он пронесся меж деревьев подобно тихому порыву ветра. Словно сквознячок поиграл опавшими листьями. Сердце екнуло в груди. Шанкар зажмурился. Он узнал его. Опять узнал... но птицы продолжали петь над головой!
Спустя секунду шепот повторился.
— Шанк-а-а-р.
Не открывая глаз, он покачал головой и процедил сквозь зубы:
— Нет. Уходи. Прошу тебя, уходи.
Охотник почувствовал, как его обдало холодом. Как в тот раз на кухне... как тогда, под водой. Снова будто что-то прошуршало опавшими листьями. Шепот донесся оттуда, со стороны
— Шанк-а-а-а-р.
Он стал более настойчивым. Вкрадчивым.
— Оставь меня, — проговорил охотник, не поднимая век, — прошу тебя... оставь меня.
Мороз усилился. Он был так неестественен посреди жаркого дня. Шанкар уже не чувствовал пальцев. С трудом удерживал в ладони кинжал. Кожа покрылась мурашками и стала напоминать гусиную. Ледяное дыхание сковывало его, будто заставляя двигаться... вынуждая открыть глаза. И он сделал это. Нехотя Шанкар разомкнул веки и медленно обернулся в сторону лесной чащи. Внутри уже приготовившись увидеть ее...
Да. Она была там. Все та же печальная улыбка на манящих губах. Большие глаза цвета сапфира. Нилам поманила его. Медленно. Вяло. Словно в полусне. Вновь по джунглям пронесся холодный порыв ветра... но он не заставил листья пальм шелохнуться. Уста девушки продолжали оставаться сомкнутыми, но Шанкар снова услышал шепот.
— Идем.
— Нет... — намерен был воспротивиться охотник.
Он не хотел идти за ней. В эту чащу, где тьма готова была поглотить в своей утробе, подобно голодному синха. Не хотел вновь терзать свою душу. Но ноги двинулись против воли. Шанкар больше не чувствовал пальцев. Теплый пар выходил изо рта. Охотник приказывал себе немедленно остановиться. Но разум полностью утратил контроль над телом. Оно вновь шло навстречу... навстречу к ней. На устах Нилам продолжала играть печальная улыбка. Улыбка, бьющая в самое сердце. Девушка вновь поманила охотника и... скрылась во тьме. Шанкар продолжил идти следом. Сучья хрустели под ногами. Птицы пели в кронах пальм. Но все это было словно за невидимой стеной. Будто Шанкара вмиг оградили от мира прозрачной завесой. Завесой из холода и льда. В сгустившемся сумраке он отчетливо видел, как выходит пар изо рта. Сердце билось так быстро, что трудно было различить ритм. Но оно громко отдавалось в висках.
— Куда ты ведешь меня? — прошептал Шанкар.
— Идем, — ответила тьма.
И он шел, ибо не в силах был противиться.
***
Когда мгла полностью окутала его, заставляя щуриться и осторожно ступать по земле, он вновь увидел ее. Нилам стояла, опершись спиной о пальму. Нежная ладонь вяло водила по шершавому стволу, издавая тихий звук. Убаюкивающий. Пугающий в своей простоте. На ее губах больше не было той печальной улыбки. Тоска перекочевала во взор. Шанкар не мог долго смотреть в эти глаза. Слишком больно становилось внутри.
— Зачем... — проговорил он, — зачем я тебе?
— Прости.
— Что?
— Прости, что напугала тогда. Но ты обидел меня. Своим отказом.
— Нилам... — его вот-вот готово было вывернуть наизнанку, сердце защемило.
Ладонь продолжала скользить по дереву. Будто мышь шуршит опавшей листвой. Мороз трещал в воздухе. Нилам указала пальцем на землю.
— Здесь, — прошептала она.
Охотник проследил за ее жестом. Земля в этом месте поросла травой, но она была не такой высокой, как вокруг.