CalibreSourceFile_562ee0349ebe9
Шрифт:
«Переправляя контрабандой оружие врагу, можно быстро разбогатеть», — подумала Эмили.
— Ты что, удачно вложил деньги?
Лоуренс откинулся в кресле и посмотрел на нее так, будто она была призовой кобылой на аукционе.
— Не сомневайся, я сумею обеспечить тебе достойную жизнь, если ты все-таки решишь принять мое предложение.
— Пристало ли мне говорить о новом браке, когда я только что овдовела?
— Я понимаю, сейчас ты в трауре. Но придет время, и ты начнешь подыскивать себе спутника жизни. Я просто хочу, чтобы ты знала: я по-прежнему
Эмили передернуло при одной лишь мысли, что этот человек прикоснется к ней.
— Буду иметь в виду.
Лоуренс поднялся с кресла.
— Уже поздно. Меня ждет работа, которую я хотел бы доделать сегодня. Доброй ночи.
— Доброй ночи. — Эмили смотрела ему вслед и гадала, что это за дело, которое ему не терпится закончить сегодня. Хотя он и утверждал, что не вел дел с Рамиресом, Эмили ему не верила. Слишком ужасна была альтернатива.
Она повернулась и стала смотреть на сад. Яркие цветы покачивали головками под ночным ветерком, однако их красота не радовала Эмили. Ужасное подозрение терзало ее.
«Это должен быть человек, под контролем которого находятся поставки и погрузки», — пришло ей на память. Изменник — это кто-то очень влиятельный в «Мейтленд энтерпрайзиз». Неужели Саймон подозревает ее отца? Не потому ли он собирал сведения о ней, что искал способ подобраться поближе к ее отцу?
«Если я не найду изменника за эти три дня, невинный человек отправится в тюрьму». Эти слова показались ей насмешкой. Она прижала руку к губам, дрожа от ужасного подозрения. Она подняла взгляд от цветов. И посмотрела дальше, туда, где Рейвенвуд стоял, залитый лунным светом. Саймону Сент-Джеймсу придется ответить на множество вопросов. Не позднее чем сегодня.
Лунный свет заливал циферблат башенных часов церкви Святого Иоанна на Валу. Сама каменная церковь высилась, как древний часовой, задержавшийся с тех пор, как здесь проходила крепостная стена и были ворота в средневековый город. Саймон стоял в узком проулке напротив Сент-Джонс-гейт, вглядываясь в пустынную улицу, поджидая своего изменника, а часы между тем отсчитывали минуты нового дня.
Где же этот Стэнбери? Саймон пытался проникнуть взглядом во мрак, царивший в переулках меж деревянными строениями, под козырьками закрытых магазинов, в надежде увидать движение, которое выдавало бы присутствие прячущегося человека. Смит — умный противник. Если Стэнбери — это Смит, он мог догадаться, что записка была ловушкой, и послать кого-нибудь из своих людей с приказом ликвидировать угрозу.
Что-то зашуршало в переулке за спиной Саймона. Мышцы его напряглись. Он круто повернулся и поднял пистолет, который держал наготове. В слабом свете луны, который едва просачивался в переулок, он увидел силуэт мужчины.
— Это я, сэр, — прошептал Дигби.
Саймон прислонился к стене, немного расслабился.
— Не слишком это умно — подкрадываться к человеку, который ожидает нападения кровожадных головорезов.
— Ну, вы, сэр, головы никогда не теряете. Я знал, что вы не станете стрелять, пока не разглядите свою
Саймону очень хотелось возразить, но возразить было нечего. Уже перевалило за полночь, а Стэнбери так и не появился. Саймон опустил пистолет в карман, прислонился головой к кирпичной стене.
— Но невозможно представить, чтобы в такое дело замешан был Джордж Уитком.
Дигби потер подбородок.
— Мне неприятно об этом говорить, но, сэр, не ошиблись ли мы с вами, сочтя Мейтленда заведомо невиновным?
Такая возможность существовала, и она давила на Саймона тяжким грузом. Ведь от этого зависело их с Эмили счастье.
— Не знаю. Уверен лишь в одном. Улик мало, и они недостаточно убедительны. Поэтому пока я отказываюсь верить в виновность Хью Мейтленда. Продолжу поиски изменников.
Глава 28
Было уже за полночь, когда Эмили въехала в ворота замка Рейвенвуд. Оставив Артура во дворе замка, она вошла в главную башню. Лунный свет лился сквозь провал, серебрил древние камни стен, освещал дорогу. Миновав главный зал, она вошла в часовню. Запасы провизии и вещи Саймона были на месте. Однако его самого не было.
Что с ним могло случиться?
Эмили с размаху ударила ладонью по каменной стене часовни. Как же она ненавидела себя! За то, что не в силах была совладать с собственными чувствами. За то, что хотела обнять его, прижать к себе и остаться с ним навсегда.
Навсегда.
Она закрыла глаза, чувствуя, как желчь подступает к горлу. Больше всего она ненавидела себя за то, что у нее не хватало духу посмотреть в глаза правде. Саймон Сент-Джеймс не любил ее. Просто использовал в своих целях.
Шаги донеслись из главного зала замка. Сердце у Эмили едва не выскочило из груди. Вот и Саймон!
Мужчина появился на пороге часовни. Высокий, невероятно худой. Лица Эмили не видела, но поняла, что ошиблась. Это был не Саймон. Она отступила на шаг, охваченная страхом.
— Я по праву могу считать себя знатоком человеческих душ. — Мужчина вошел в часовню, остановился в луче лунного света, падавшего в одно из сводчатых окон. — Взять хоть тебя, милочка. Я знал, что ты выведешь меня к его логову, и следил за тобой.
Эмили содрогнулась. Волосы у незнакомца были совершенно седые, лицо бледное, изможденное. Глаза запавшие, их нетрудно было принять за глазницы черепа.
— Кто вы? Зачем пришли сюда?
Он засмеялся низким глухим смехом, в котором звучала горечь.
— Дорогая мисс Мейтленд, не станете же вы всерьез утверждать, будто не узнаете меня?
— Не узнаю. — Эмили отступила еще на шаг. Ей хотелось бежать отсюда без оглядки, но позади была каменная стена. Единственный выход находился за спиной этого страшного человека. Почему-то она была уверена, что он не выпустит ее отсюда.