Бывшие
Шрифт:
– Что ж. Есть новость.
– Примерно предполагаю какая, но хочу услышать от него, а затем уничтожить ответом. – На свадьбе были Калашниковы. Огромное состояние, миллионные активы и дочка в твоём вкусе. Может, помнишь жгучую брюнетку в ярко-алом платье?
– Нет.
– Гостей не запоминал. В мыслях была лишь Лиза и скорейшее возвращение к ней.
– Свободна и невероятно богата. Тебе понравится. Успели перекинуться парой слов с её отцом. Его твоя кандидатура устраивает в полной мере. Договорился об ужине у них в субботу. Нужно присутствовать. Очаровать Екатерину Калашникову.
– Не получится.
– Почему?
– Я уже женат.
– Поднимаю правую руку, показывая обручальное кольцо, которое три дня назад мне на палец надела Лиза.
Отец поднимается. Не понимает. Зол и разочарован. Никак иначе.
– И когда ты женился?
– В субботу. Сразу, как прилетел в Москву.
– Кто избранница?
Молчание. Лишь немой диалог взглядами. Напряжён, руки в карманах брюк. Агрессивная поза. Готов мне в глотку вцепиться.
– Лиза… - хрипит, всё понимая.
– Да. Лиза. Та самая безродная девка, которую ты с таким усердием старался удалить из моей жизни. Та самая, что, ослушавшись тебя, родила мне дочь. Соню. Твою внучку. Ей почти три. Десять миллионов и угрозы не изменили её решения. Даже фотографии, которые вы так грамотно сляпали с Антоном не смогли изменить итог – Лиза моя жена. Другой не будет.
Лицо отца дёргается при каждом моём слове, превращаясь в мерзкое месиво. Отвращение – вот, что сейчас он испытывает.
Надежда навести мосты, наладить отношения рушится на моих глазах. Он никогда не примет Лизу, не позволит войти безродной девке в семью Трояновых.
– Я лишу тебя всего! Всего, что ты имеешь! Её не будет в нашем доме, в нашей жизни не будет! Разведись, откажись, иначе, - рычит, - я заберу всё.
– А «всё» - это что по-твоему?
– Компания, накопления, активы, акции, машины…
– Достаточно, - прерываю, готовый к продолжению. – Здесь, - бросаю на стол тяжёлую папку, - всё, что ты сейчас перечислил, включая счета, депозиты, банковские ячейки, карты. Всё, что я имею в этой папке. В московской компании временно исполняющим обязанности назначил Карпова. С постоянным руководителем определишься сам.
Замираем напротив друг друга. Лицо отца перекошено от злости, ноздри раздуваются, а губы стянуты в тонкую ниточку.
– Ты отказываешься от всего. Ради чего? – цедит сквозь зубы.
– Ради своей семьи.
– И кто поможет мне в делах?
– Да вот, хотя бы Антон. Твоя правая рука. Ублюдок, выполняющий каждый приказ, каким бы омерзительным он не был.
– Он мне верен.
– Антон из сорта людей, которых я называю «проститутками». Эти люди не видят граней. Плохое или хорошее – не имеет значения. Для достижения цели даже самый мерзкий поступок считается нормой. У тебя есть положение, деньги, связи – для них ты лучший. Но как только потерял позиции – они тебя не знают. Переступили и пошли дальше, к новой цели. Вчера ты для них родной, сегодня – маска слетела с гадкой рожи, и ты пустое место. Для Антона дружба в двадцать лет не сыграла никакой роли. Он с лёгкостью предал меня, прогнувшись под более выгодного кандидата. Верен? Это ненадолго, - выплёвываю
– Я никогда не приму твою семью, - почти рычит. Кажется, отцу даже говорить сложно – уровень бешенства зашкаливает.
– На положительных исход я не надеялся. Увы. Ты слишком предсказуем.
Выхожу из кабинета, чтобы покинуть дом, в котором я провёл половину жизни. Здесь ещё живы воспоминания о маме: смутные, почти стёртые из детской памяти, но всё ещё живые. Здесь даже воздух другой – родной.
– Серёжа, уже уходишь? – Лиана одёргивает за руку, останавливая. – Думала, останешься на ужин. Он тебя ждал.
– Нет, нужно возвращаться в Москву.
– Когда прилетишь снова? – в глазах теплится надежда, вероятно, с отцом ей не так просто, как показалось на первый взгляд.
– Никогда.
Закрываю тяжёлые двери, вместе с ними закрывая и своё прошлое, которому я предпочёл Лизу и Соню. Без них никак. Не выживу, не смогу существовать в этом грёбанном мире, если каждый день не буду видеть глаза своих девочек.
Я всё сделал. Поставил точку. Отрезал, разрубил, сделав выбор. Для нас с Лизой начнётся новая глава. Только наша, написанная нашей рукой.
На душе дерьмово. Всё же до последнего надеялся найти точки соприкосновения с отцом, но сразу понял – договориться не получится. Звонок телефона вырывает из поганых мыслей.
– Привет, Сергей Сергеевич! Готов приступить к работе?
– Уже? Решил не тянуть время?
– А зачем? Решено – сделано. Пришло время уйти на покой, уступив дорогу молодым и продвинутым, - мужчина доволен. Задорные нотки в голосе дают понять, что готов сложить полномочия, не раздумывая отказаться от своего кресла.
– А Лиза? Теперь она моя жена.
– И Лиза, конечно же. Всё, как договаривались. Я своё слово держу.
– Завтра в восемь я у тебя в офисе. С Лизой. Готов принять место. Пары дней для передачи дел будет достаточно.
– Отлично. Ну что, Сергей Сергеевич, добро пожаловать в «Аквамарин».
Эпилог
Два года спустя
Сергей
– Пап, а долго ещё? – Сонька мечется, не может усидеть на одном месте. Неугомонная моя.
– Не знаю, моя принцесса.
– Пересаживаю к себе на колени, поправляя весёлые хвостики.
– А братик точно будет сегодня?
– Точно, - смеюсь, - куда же он денется от нас?
Вот уже несколько часов ожидаем в отделении родильного дома. Я был дома, когда мой малыш решил появиться на свет. Отвёз Лизу сам, но Сонька наотрез отказалась оставаться у Арины, поехав с нами. Не очень хотел, чтобы дочь видела, что маме больно, но настояла на своём.
Когда Лиза забеременела, отчего-то был уверен, что снова будет девочка. Даже принял для себя этот факт. Но нет – пацан. Решили назвать Алексеем. Отойти от традиции Трояновых и отказаться от имени Сергей. Пришли к этому решению обоюдно.