Бывшие
Шрифт:
– Чур тебя, Варвара. Иногда твои бредовые фантазии переходят все имеющиеся границы.
– Отворачиваюсь, создавая рабочий вид, но мыслями я всё же о Троянове.
Разворошил душу, нагло пробрался туда, где, казалось бы, всё закрыто и опечатано. И теперь я его каждый день видеть буду.
Каждый чёртов день!
Бежать снова не выход. Да и некуда. Продала квартиру в Питере с согласия сестры, купив в Москве приличную трёшку. Остальное осталось на жизнь, пока я, не работавшая год, находилась дома.
К чёрту Троянова. Меньше пересечений и бесед, обсуждений и ссор. Если я смогу собраться и найти
Главное, не подпускать его к себе близко. Не позволять снова проникнуть в сердце, так тоскливо скулящее по нему.
Глава 3
Лиза
– Лиз, главный вызывает.
– Жестикулирует мне Варя в конце коридора.
Целых три дня продержался, до самой пятницы, не сталкиваясь в коридорах офиса. Лишь сухое «доброе утро» из его уст всё же давало надежду, что мы сможем вполне мирно сосуществовать друг с другом на одной территории.
Кто бы сомневался, что теперь каждое утро Троянов будет начинать с меня, балуя себя нашими острыми диалогами. Сукин сын получает удовольствие от лицезрения моего гнева и эмоций, вызванных его словами.
Прекрасно видит, что ковыряется в открытой ране, так и не затянувшейся после него. Каждый мой выпад тешит его самолюбие, каждая колкая фраза придаёт уверенности.
Я всё ещё реагирую, забывая с головой спрятаться в толстом панцире, отстранённо отвечая на каждое предложение.
Держать себя в руках, равнодушно и лениво реагировать на выпады, откровенно наплевательски смотреть в глаза и чёртово притягательное тело. Когда-то моё тело. Сексуальный и упругий, подтянутый и рельефный, лишь одними воспоминаниями вызывает покалывания между ног, напоминая, что у меня целую вечность не было мужчины.
После него близости не хотелось ни с кем. Совсем. Не могла себя пересилить и сорваться в кого-то другого. Чёткая грань, не позволяющая подпустить к себе. Даже просто ради секса, физического удовлетворения, такого иногда необходимого.
Троянов. Везде он. Всё о нём. Въелся под кожу, оставив своё клеймо на моём теле.
Так горячо было только с ним. Так меня имел только Сергей. Жадно. До одури. До болевых ощущений и рыданий в момент оргазма. Не забуду. Такое невозможно забыть, не получится, как бы ни старалась.
– Доброе утро, Сергей Сергеевич.
– Размеренно вплываю в кабинет, застаю Троянова одного. Значит, можно себя не сдерживать.
– Доброе утро.
– Откидывается на спинку, проходится взглядом, вскользь, останавливаясь на груди и откровенно облизываясь. – Хотел всё это время посмотреть на тебя. Желал увидеть возрастные изменения. Надеялся, что ты стала хуже, но нет. Увы. Так же прекрасна.
– Даже не думай, Троянов. К тому же, насколько я знаю, у тебя скоро свадьба.
– Точно в цель, даже выражение лица изменилось, стерев с его лица улыбку. – На невесту смотри.
– Интересно, кто из сотрудников тебе трахает? – Вопрос прилетает неожиданно и настолько откровенно, что я вмиг вспыхиваю.
– Я против отношений на работе.
– Наши с тобой начались именно так. Так, кто?
– Кто меня трахает, не твоё собачье дело. Главное, ты смотри,
Играет желваками, испепеляя меня взглядом, но мгновенно расплывается в улыбке, подаётся вперёд.
– Ревнуешь?
– Да ни боже мой.
– Поднимаю руки. – Куда мне, безродной девке, да самого Троянова ревновать. Не доросла.
– Я такого никогда не говорил, - выпаливает на одном вдохе.
– Ты нет. Папаша твой да. Целых три раза за десять минут нашего с ним «душевного» разговора.
– И когда же ты с ним общалась? – Подскакивает, прохаживаясь по кабинету.
– Сразу перед тем, как ты обвинил меня в измене. Хотя, на тот момент это уже было несущественно, твой папочка указал мне направление, в котором я должна валить из твоей жизни. Ты просто поставил точку там, где стояло троеточие.
– Он мне не говорил, - растерян. По-настоящему.
– Не удивлена.
– Закидываю ногу на ногу, подёргивая туфелькой. – Зачем вызывал? Если для того, чтобы выяснить с кем я трахаюсь – бесполезно. Ещё вопросы есть?
– Так с кем, Лиза? – Нависает надо мной, давит своей силой и напором. – Кто имеет право устроиться между этих прекрасных ножек? Под кем ты стонешь, как стонала подо мной? Чьё имя выкрикиваешь, когда кончаешь?
Дыхание сбивается. Неосознанно сжимаю бёдра, вспоминая Сергея в себе. Картинка нашего секса настолько явная, что кажется, даже капелька пота стекает по спине, вызывая дрожь в теле.
Слишком близко. Непозволительно и опасно. Нужна дистанция. Чем дальше, тем лучше. Не чувствовать его запах, опьяняющий до чёртиков. Не видеть эти губы, манящие прикоснуться.
– Да пошёл ты! – Вскакиваю, и только отойдя как можно дальше, чувствую себя в безопасности. – Не смей интересоваться моей жизнью. Я тебя не приглашала, ты сам припёрся в столицу.
– Я купил компанию, в которой ты работаешь. Напоминаю.
– Ты мог подписать вчера моё заявление, избавив на обоих об бессмысленных выяснений отношений. И себя избавить от моего присутствия в твоей компании. Но вместо этого предложил повышение оклада. Я согласилась, потому что, кроме себя у меня есть… - осеклась, вспоминая, что вот-вот скажу то, что Троянову не следует знать, - сестра, которой я помогаю, - вовремя солгала, выпутавшись из собственного словесного капкана. – Все дальнейшие плевки желчью не имеют смысла. Всё давно сожжено и пепел развеян по ветру. «Нас» больше нет. Доказывать друг другу нечего и незачем. Есть только одно чувство, связывающее нас – ненависть.
Длинная тирада из моих уст превращает Троянова в монстра, с вздымающейся грудиной и сведёнными к переносице бровями.
– Я всё помню. Я. Всё. Прекрасно. Помню.
– Прикрываю глаза, снова уговаривая память остановиться в безумии. – И ты помнишь. Но это в прошлом. Успокойся и иди дальше. Ты скоро женишься, - становится противно от этой фразы, - начни всё заново, с новым человеком. И, возможно, станешь счастливым.
– Не стану. Это ты имела ввиду под своим «возможно», так ведь? – Дёргается, делая два шага ко мне, но тут же останавливая в необдуманном порыве. – И ты не станешь, - констатация факта. Крыть нечем. – Потому что так бывает только один раз, и свой мы просрали.