Бюро-13

Поллотта Ник

— Для такого количества людей? Вся моя энергия истощится!

— Воспользуемся военными вертолетами!

— Теми, армейскими?

— Это подходит!

— Ну что ж, отличная идея!

— Только сначала забрось нас к лимузину, — начал Ренолт, — чтобы…

Не успел он договорить, как мы уже стояли на главном шоссе возле лимузина, в окружении военных.

— …Взять побольше боеприпасов, — запнувшись, докончил Джордж и с досадой взглянул на Хорту. — Тебя забавляют такие штучки, да? Получаешь удовольствие?

— Кто? Я? — Рауль невинно смотрел в

небеса.

— Вертолеты уже в пути. — Джессика, посерьезнев, положила руку на Ожерелье.

Открыв багажник, я вынул сумку с патронами и зарядил по новой свой «баррет».

Мы зарезервировали номер в «Хадлевилл-отеле»…

…А через пять минут уже были в воздухе. С виду похожие на топорики с короткими крыльями, вертолеты «апаш» на удивление послушные машины. Бесшумные, стремительные, эти боевые птицы, развивающие на земле скорость триста миль в час, оснащены гораздо лучше, чем наш старый РВ, — например, в носовой части несут двадцатимиллиметровые электропушки. Их не засечь радаром, они почти не испускают инфракрасных лучей, а броню не пробить сорокамиллиметровыми пулями. Крепкие крылья нужны им не для полета, а служат как склад оружия и боеприпасов. Мне по душе такой транспорт.

Вот только рассчитаны вертолеты «апаш» на одного пассажира; ну, если прижаться друг к другу покрепче или сесть на колени — тогда на двоих. Нашей команде пришлось разделиться на четыре части: крупные — внизу, маленькие — сверху. У меня на коленях — Джессика, у Тины — Джордж, у Рауля — Минди, а Донахью как сыр в масле катается — летит один.

Мы с Джессикой на переднем сиденье стрелка, напротив нас — прямоугольное окошко, по бокам — еще два, в форме трапеции. Военные не сильны в эстетике — могу только гадать, почему дизайн такой причудливый. Прямо перед нашими глазами светится тремя мониторами контрольный пульт: на среднем экране участок земли, над которым мы пролетаем, освещен прекрасно; на левом — картинка заднего вида; на правом — то, что над нами.

На темном небе в прозрачном, холодном воздухе мерцают звезды. Летим почти вплотную друг к другу, в четком боевом порядке; три других вертолета, легкие, быстрые, хорошо видны. Миновав мигающие огни аэропорта О’Хара, направляемся в сторону равнинной земли Иллинойса — обратной дороги нет.

— Как дела? — проговорил я в микрофон на контрольном пульте.

Надписи на переключателях и рычагах сделаны в виде аббревиатур, значение их нам непонятно, и мы ни до чего не дотрагиваемся. Пилот чуть выше, его кабина приподнята над нашей и совершенно изолирована. И пилот и стрелок могут управлять машиной и стрелять. Одного ранят — другой продолжает полет. В критической ситуации переключают управление на автопилот, и оба сосредоточиваются на стрельбе. Очень действенная система, достаточно вспомнить Ирак.

— Дела идут отлично, — отвечает прибор ясным, неискаженным голосом. — Топливо в порядке, все системы работают, мы движемся в направлении, указанном чикагским штабом. Через десять минут будем на месте. А вы там как сельди в банке, а?

— Довольно неудобно, — ерзая, отвечает Джессика, —

но мы приспособились.

Позволяю себе ее ущипнуть. Реакция мгновенная, хотя и мысленная:

— Прекрати! Мы на работе!

— Входим в контакт, — сообщает прибор. — Засек объект.

Высунув нос из-за плеча Джессики, откидываю в сторону ее длинные волосы и смотрю на центральный монитор: на нем пейзаж, над которым мы пролетаем. Светящаяся зеленая стрелка радара указывает на совершенно пустой участок неба.

— Видите? Сектор четыре, десятиградусная отметка, — раздается голос пилота.

— Поверю вам на слово, — соглашаюсь я. — Чтобы управлять этой машиной, нужен тренированный глаз.

— «Шеридан», это «Пэттон»! — крякает прибор. — У нас договоренность с Крэйгом и Шварцкопфом.

— Это другие вертолеты, — заботливо объясняет мне безмолвная жена.

— Спасибо, дорогая! — фыркаю я. — А кто такой Крэйг?

Она мысленно пожимает плечами.

— Все верно, «Пэттон»! — завершает связь наш пилот. — Приближаемся к зоне; смыкаемся в позиции «Ку»; начинаем снижение…

Джессика и я накрепко привязываем оружие к нательной сбруе. Черт, эти воздушные войска уж больно проворные!

— Готовы! — приглушенно сипит пилот. — Садимся… Давай… давай… давай!.. — И нажимает на кнопку выброса.

Дверца отходит в сторону, под нашим сиденьем образуется отверстие, и мы вылетаем в него — в ужасающей близости от вертящихся винтов… Моя команда без парашютов падает вниз, в черную бездну.

XVI

Ветер свистит в ушах… Не успеваем мы привести в рабочее состояние браслеты «Полет», как ударяемся обо что-то твердое. Бух! Трясу старательно головой — надо же привести в порядок мозги. Наверху, в звездном небе, видны в отдалении черные стрелы вертолетов «апаш»; снизу на нас надвигается ландшафт… Вокруг меня распласталась в воздухе моя стонущая команда…

О’кей, отель невидим, это мы знаем, но ведь мы приземлились на него! Почему он так и остается невидимым? Вот чертовщина! Попробуй проникни в него!

— Разве мы не на крыше? — Отец Донахью в свободном полете распростер руки, как в молитве, ноги его повисли, как у распятого Христа. Сидящий в воздухе Рауль уставился на него.

— Разве, черт побери, ты не чувствуешь, что находишься на крыше? Это призматическая защита, что-то вроде силового поля — отель окружен магическим куполом.

— Как мы проникнем внутрь? — Наша бесстрашная Дженнингс стоит в небе.

— Спроси Тину!

Русская чародейка шевелит в воздухе пальцами, оставляя светящиеся следы, и изучает результаты своих манипуляций.

— «Заклинания защиты»! — наконец выдавливает она как бы невольно: голос у нее какой-то странный, гортанный, не такой, как всегда.

Мы ждем разъяснений.

— «Заклинания защиты» или «Заклинания обороны»? — вопрошает Рауль.

По-моему, Тина как раз и специализируется именно в этой области магии.