Быть собой

Эдельвейс Татьяна

– Что, так не пойдёт? – спросила она, – Вряд ли я могу предложить что-то лучше.

– Но ты же хочешь на конюшню… Может, я что-то не вполне понимаю?

Нолина решила сказать Крайну всё как есть, иначе он и дальше продолжил бы тщетно уговаривать её: «Может быть, тебе будет сложно это представить, но раньше мне хотелось вскочить в седло и мчать во весь опор. А теперь я не могу так, – ей хотелось бы, чтобы Крайн всё же убедил её попробовать снова, – Ты, наверное, хочешь знать, почему так? Я и сама точно не знаю. Видимо, потому что возможность

делать нечто подобное стала появляться всё реже. Несколько падений, не с кем съездить – и я отвыкла. А теперь боюсь, что у меня не получится, что со мной что-нибудь случится, что я не справлюсь».

– Да, невесело. Риск присутствует во многих делах, и, проще говоря, ты разучилась его оценивать, как и свои силы, – сделал вывод Крайн.

– И ты знаешь, что с этим делать? – Нолине показалось, что он знает.

– Надо потренироваться, и ты снова поймёшь, как действовать, и что способна делать.

– По-моему, я стала слишком слабой для такого.

– Я думаю, ты быстро восстановишь форму. Ты с нами?

– Ладно, я прогуляюсь, – согласилась Нолина.

– Мы собираемся в десять у ангара.

– Лучше пойдём туда прямо сейчас, пока я не передумала. Одной ждать сложнее, – Нолина и Крайн вместе отправились на улицу. Погода стояла тёплая и солнечная, дул лёгкий ветер. Когда они пришли к условленному месту, ни Ллойда, ни Мэтьюза там не оказалось. Нолина продолжила рассказывать о себе: «Многие простые вещи стали казаться мне очень сложными. У меня появилось впечатление, что я ничего не умею и не знаю».

– Это пройдёт быстрее, чем ты думаешь, – заверил её Крайн, – Надо просто взяться за одно из этих дел.

– А если я боюсь?

– Ну, сначала ты попробуешь не одна. А когда привыкнешь, сможешь делать это дело без помощи других или даже сама оказывать кому-то поддержку в подобных начинаниях, – тут Крайн задал не вполне ожидаемый вопрос, – А о чём ты мечтала?

Нолина промедлила с ответом, и Крайн добавил: «Я спрашивал об этом Ллойда, но он не ответил. Сказал, что об этом надо спрашивать лично тебя».

– Не стоит, – Нолине тяжело было говорить на эту тему. Крайн испугался, что её настроение сейчас сильно испортится, и принял срочные меры – стал рассказывать о своих приключениях. Нолине было интересно его послушать.

Через некоторое время рассказ Крайна прервал голос Мэтьюза: «Я тут невзначай услышал, что ты говоришь – враки это всё, насочинял на ходу». Крайн повернулся к подошедшему радисту: «Я просто, к счастью, умею красиво повествовать». Мэтьюз сунул руки в карманы и зажмурился от солнца, похоже, его разбудили совсем недавно: «Я люблю рассказики вечерком послушать, так что заходи иногда». Тут Крайн заметил и Ллойда, тот чему-то улыбнулся подходя к ним. Крайн хотел узнать чему, но сейчас был не вполне подходящий момент.

– Ну, что? Куда идём? – спросил Ллойд.

– На конюшню, – заявил Крайн.

– Отлично, – то ли радостно, то ли нет, ответил ему Ллойд, прошёл мимо него и остановился, – Это на окраине.

Каким образом мы туда попадём? – прежде, чем Крайн успел что-либо предложить, он перечислил варианты, которые ему не подходят, – Мы, конечно, могли бы поехать туда на автобусе, но точно не в этот час. Я уже накатался, так что и слышать о них не желаю. У меня появилась возможность не пользоваться автобусами, и возвращаться к ним без особой нужды я не собираюсь. Такси – тоже нет. Хорошие стоят слишком дорого, остальные – пустоголовые гонщики, другие лично мне не попадались. Отпадает.

– Да-да, Ллойд прав, – согласился с высказываниями Мэтьюз. Нолина тоже кивнула.

– Я с вами согласен, – мнение совпало и у Крайна, – Я хотел предложить прогуляться пешком.

– Это как раз то, что меня вполне устраивает, но иногда ходьба по городу – не особо приятное занятие, – заметил Ллойд.

– Мы пойдём вдоль берега, здесь хорошая набережная, – нашёл замечательное решение Крайн.

– Во, отлично, – Ллойд и раньше хотел пройтись вдоль всей набережной, но возможность не выпадала.

– Подождите, тогда я надену ролики! – радист помчался к зданию. Ждать его пришлось недолго, через минуту он уже снова стоял перед своими товарищами.

– Не скрывайся от нас за горизонтом, – попросил Крайн.

– Не скроюсь, иначе мне ж вас не видно будет, – после этих слов четвёрка отправилась на набережную. Казалось бы, эти люди могли рассказать друг другу много интересного, но они шли молча.

Конюшня представляла собой длинное деревянное здание, рядом располагались загоны, за ними – луга и пролески, и ещё дальше – река.

– Мэтьюз, – обратился к радисту Крайн, как ты собираешься ехать верхом с роликами?

– А я не собираюсь ехать, – у Мэтьюза были другие планы. Он отправился вдоль забора к куче травы, возле которой стоял, видимо уже знакомый ему, конь. Радист лёг на эту кучу и достал из кармана корку хлеба. Крайн пошёл взглянуть, кто есть в загоне за конюшней. Там бегал вороной подтянутый конь, недружелюбно приветствуя публику: вставал на дыбы и грубо ржал.

– Ретивый, – подумал вслух Крайн.

– Да, тот ещё норов, – сказал подошедший к нему конюшенный, – Если хотите быстро прокатиться, я дам вам другого коня, – он свистнул, и к ограде соседнего загона подбежал ещё один тёмный конь, более расчёсанный и начищенный (видимо, первый не давался чиститься, как следует), – Вот, думаю, этот вам подойдёт. Заседлать?

– Нет, я сам, – отказался Крайн. Ллойд и Нолина, как оказалось, предпочитали кататься на двуколке. Однако, как ни хороши были конные прогулки, Крайна всё равно занимали вопросы связанные с его новыми знакомыми.

Вечером все четверо вернулись на Базу, которая теперь, похоже, стала их домом. Часть набережной находилась на её территории. Крайн и Ллойд не пошли сразу в здание, а задержались на ней. Они присели на каменное ограждение. Крайн хотел посмотреть на закат, а Ллойд остановился просто за компанию.