Быть может...
Шрифт:
Тереза посмотрела на свой чемодан – с ним далеко не уйдешь. Господи, да в моем родном городке даже с бездомной собакой никто так не обращается! – в сердцах подумала она и подняла глаза на своего мучителя.
– Вы, конечно, не разрешите мне оставить у вас чемодан, пока я буду искать себе жилье?
– Угадали. Не разрешу. И я бы с превеликим удовольствием отправил вас бродить по городу в поисках квартиры, чтобы проучить вас, но, к сожалению, не могу. Нью-Йорк небезопасное место для приезжего, здесь можно попасть в весьма скверную историю. Не хочу брать грех на душу.
– Спасибо
– Увы, нет. – Мужчина нагнулся и легко подхватил ее чемодан. – Заходите, мне надо переговорить кое с кем.
– Вы позволяете мне осквернить ваше священное жилище? – с едким сарказмом спросила Тереза, входя за хозяином в просторный холл.
Слева находилась покрытая ковром лестница, ведущая на верхний этаж.
Справа в открытую дверь виднелась комната, похожая на рабочий кабинет.
Музыка, которую Тереза услышала, подходя к дому, неслась из этой комнаты.
Прямо была еще одна комната – наверное, гостиная или столовая.
– Я ненадолго, – через плечо бросил незнакомец, направляясь в глубь дома.
– И не вздумайте обосноваться здесь против моей воли!
Расслабляться не советую – я сделаю всего один звонок.
Тереза окинула его одеяние презрительным взглядом и ехидно осведомилась:
– Может, вы заодно наденете на себя что-нибудь?
– Сейчас, между прочим, утро субботы, и я одеваюсь так, как мне нравится, – парировал он, даже не подумав смутиться. – Прошу не забывать, леди, что это вы явились в мой дом без приглашения, а не наоборот.
Пристыженная Тереза прошла вперед и оказалась в прямоугольной комнате, одна стена которой была полностью стеклянной. Посреди нее стоял узкий длинный стол, окруженный дубовыми стульями с высокими резными спинками.
Кроме раскрытой газеты на столе находились тарелка с остатками еды, вилка, нож, пустая чашка и вазочка с темно-красным джемом. В воздухе ощущался запах кофе и свежих булочек с корицей.
Тереза почувствовала, как от аппетитных ароматов рот наполнился слюной: она уже успела проголодаться после скудного угощения, которое предлагала своим пассажирам авиакомпания «Пан Америкэн». А из этого собственника не выжмешь и капли эспрессо! – подумала она со злостью. У-у-у, жадина и эгоист!
Чтобы не думать о еде, Тереза подошла к стеклянной стене, и ее взору открылся чудесный ухоженный сад. Усаженные розами и какими-то цветами дорожки вели к зеленой лужайке, посреди которой виднелся кусочек сверкающей на солнце воды.
Тереза тихо ахнула от восторга. Странно было видеть в большом городе кусочек природы. У ее родителей тоже за домом был сад, но гораздо меньших размеров, и Тереза, внезапно ощутив приступ ностальгии, с трудом удержалась от слез.
– Что-то не так? – спросил хозяин дома, подходя к ней. В руках он держал телефон на длинном шнуре.
От его инквизиторского ока ничто не ускользает, раздраженно подумала Тереза. Вон, даже телефон притащил, боится меня оставить без присмотра!
– Я просто любовалась садом. Очень красиво! Кому он принадлежит? – Тем, чьи
– Все в порядке.
Тереза сверкнула глазами.
– Вам не приходило в голову, что я сама могу устроиться?
– Честно говоря, нет. – Мужчина осклабился. – И что бы вы сделали?
Расположились на ступенях моего дома в ожидании Рейнера? – Он покачал головой. – От этого пострадал бы престиж нашего района. Не волнуйтесь, у Летишии вам будет хорошо. Ее постояльцы без конца меняются, поэтому обычно у нее имеется свободная комната.
– Леттишия? Кто это?
Выражеаме его лица вдруг смягчилось, и оно стало почти человечным, даже привлекательным.
– Очень хорошая женщина. – Он внимательно посмотрел на Терезу и без всякого ерничества добавил:
– И у нее доброе сердце, так что обидеть ее все равно что нанести мне личное оскорбление. Я имею в виду, к примеру, смыться из ее дома, не заплатив.
– Она получит свои деньги. – Тереза уже перестала напрягать память, гадая, где могла видеть этого человека, и снова смотрела на него с ненавистью. – Но я там не задержусь.
– Ну, разумеется. Вы будете ждать, когда Рейнер найдет для вас уютное любовное гнездышко. Возможно, и найдет, но только не под крышей моего дома.
– А вы-то тут при чем?
– Как я уже говорил, он женат. Допустим, я человек строгих моральных принципов.
И вдруг, как по заказу, послышался капризный женский голос:
– Уолтер… Уолтер, где ты, дорогой?
Тереза посмотрела в холл и увидела длинные ноги спускающейся по лестнице женщины. До этого момента ей казалось, что негостеприимный хозяин дома был одет скуднее некуда. Но, оказывается, она ошибалась: рыжеволосая девица, в кокетливой позе стоящая сейчас в дверях столовой, кое-как прикрыла свое стройное тело довольно узким полотенцем нежно-голубого цвета.
– Дорогой, – мурлыкала рыжая, капризно надувая губки, – я проснулась, а тебя нет рядом: Это было ужасно. – Девица метнула взгляд на Терезу. – О, я не знала, что ты… занят, – Она театрально рассмеялась. – Если это твоя последняя пассия, то с твоим вкусом случилось что-то страшное.
Лицо Терезы вспыхнуло от негодования, но она не успела отреагировать на неслыханную грубость – Уолтер вышел вперед.
– Кристин, прелесть моя, ты не права во всех отношениях. Мисс Харди всего-навсего случайная знакомая. – Он бросил на Терезу сердитый взгляд. Надеюсь, она скоро исчезнет из моей жизни без следа. Возвращайся в кроватку, я скоро освобожусь.