Быть лучшей
Шрифт:
Александр весь подобрался, мышцы его напряглись, плечи опустились. Он глубоко вздохнул, призывая на помощь все свое мужество. Сейчас ему предстояло выполнить самое трудное задание в жизни.
Едва появившись у Александра, Эмили отметила, что голос у него странно изменился. Заметила она, что и сам он – как натянутая струна. В этом не было ничего удивительного – ведь всю свою жизнь они были очень близки и знали друг друга до мелочей.
Стараясь скрыть тревогу, она сказала:
– Что-то ты сегодня слишком серьезен, Сэнди.
– Да. –
Трое гостей настороженно ожидали продолжения. Пусть Александр в конце концов объяснит, зачем позвал их.
Пола, посмотрев на Энтони, удивленно подняла брови. Граф пожал плечами и беспомощно развел руки – мол, сам ничего понять не могу.
Пола перевела взгляд на Эмили. Та поджала губы и замотала головой, что должно было выражать крайнюю степень изумления. «Сама ничего не понимаю», – говорили ее глаза. Откашлявшись, она сделала еще одну попытку:
– Сэнди, милый, бабушка всегда говорила, что, если у тебя дурные новости и ты не знаешь, как начать, лучше сразу взять быка за рога. Почему бы тебе не последовать ее совету?
– Легко сказать, – негромко проговорил Александр.
– Что бы у тебя ни случилось, мы всегда на твоей стороне, ты же знаешь это, – успокоительно заметил Энтони.
Александр приподнялся на носках, повернулся к окну спиной и пристально посмотрел на родных.
– Да, Энтони, знаю. Спасибо, – произнес он после недолгого молчания. По губам его скользнула слабая улыбка.
В груди у Полы росла тревога. Ее пугала пустота в светло-голубых глазах Александра. Сердце сжалось от недоброго предчувствия.
– Что-то очень плохое… совсем плохое, да, Сэнди?
Он кивнул.
– Пола, я всегда гордился тем, что могу справиться с любой проблемой. Но сейчас… – Голос у него пресекся.
И тут Пола вспомнила их августовский разговор по телефону. Уже тогда она почувствовала что-то неладное, но, решив, что это игра воображения, отбросила свои страхи. Теперь же стало очевидным, что предчувствия не обманывали ее. Она крепко сплела пальцы.
– Я попросил вас приехать, – начал Александр, – потому что нас долгие годы связывают тесные отношения. – Он помолчал и глубоко вздохнул. – У меня возникли серьезные проблемы, и я считаю, что мы их должны спокойно обсудить. Как знать, может быть, вы поможете мне советом.
– Ну разумеется, – сказал Энтони, в высшей степени обеспокоенный тем, что Александр совершенно не похож на себя. Он не отрываясь смотрел на брата, стараясь взглядом передать ему свою преданность и любовь. Раньше им не раз приходилось выручать друг друга в сложных ситуациях, и сейчас они, разумеется, не оставят Сэнди одного.
Наклонившись
– Это как-то связано с делами? Или с семьей?
– Скорее, личное, – ответил Александр.
Отойдя от окна, он вернулся на свое место. Больше тянуть нельзя. Необходимо все им рассказать.
Александр устало вздохнул.
– Я болен, очень болен… Попросту говоря, я умираю, – ровным голосом произнес он.
Эмили, Пола и Энтони не сводили с него глаз. Никто из них не ожидал услышать ничего подобного.
– Извините, – поспешно продолжил Александр, – что ошарашил вас, но я решил последовать совету Эмили. Ведь бабушка действительно была права. Так лучше всего – сказать все сразу, без всяких предисловий.
Потрясенная Пола была не в силах произнести ни слова. Она лишь инстинктивно схватила Энтони за руку.
Тот мягко погладил ее в ответ. Его смятение было не меньше. Что он мог сказать! Энтони чувствовал, как опустошительная тоска заполняет его. Что же такое могло приключиться с беднягой Сэнди, и притом в расцвете сил? Брат всегда казался, несмотря на выпавшие на его долю несчастья, воплощением жизни. Это со всей полнотой проявилось, когда Мин утонула в озере в Ирландии. Энтони потянулся к стакану с виски. Ему надо было выпить.
Эмили посерела от ужаса. Она сидела ровно, как истукан, не спуская глаз с брата, не желая верить услышанному. Во взгляде ее застыла боль. Казалось, что кровь остановилась в жилах. Попытавшись взять себя в руки, она с трудом поднялась и пошла к Александру. Встав на колени возле его кресла, она схватила его руку.
– Сэнди, Сэнди, не может быть! Этого просто не может быть! – горячо прошептала она. – Скажи же, скажи, что это не так… – Голос Эмили задрожал, пресекся, зеленые глаза наполнились слезами. – Только не ты, Сэнди, только не ты!..
– К сожалению, дело обстоит именно так, как я сказал. – Голос Сэнди звучал по-прежнему бесстрастно. – И ничего тут, Коротышечка, не поделаешь. Это не в моих силах.
Александр употребил ее детское прозвище, и у Эмили перехватило горло. Нахлынули воспоминания давних лет. Ей припомнилось, как он всегда защищал ее, смотрел, чтобы никто ее не обидел. Эмили на секунду прикрыла глаза, изо всех сил пытаясь привыкнуть к страшному известию.
– Ты говоришь, что… что… умираешь. – Она с трудом заставила себя выговорить это слово. – Но от чего? Что с тобой, Сэнди? На вид ты совершенно здоров. Какая у тебя болезнь?
– Миелогенезная лейкемия в острой форме… ее еще называют острой гранулоцитарной лейкемией.
– Но ведь такие вещи лечат! – воскликнул Энтони, переходя от отчаяния к надежде. – Медицина сейчас делает фантастические успехи, особенно в лечении рака, так что…
– Это неизлечимо, – перебил его Александр.
– Но почему, в конце концов?! – с необычной резкостью спросила Эмили. – Какова причина твоей болезни?