Быть Богом
Шрифт:
— Да, смотрел, — глухо озвучил я свои мысли.
— Тогда ты видел того, кто нарушил равновесие в Вашей Вселенной, — продолжал литься спокойный, даже как будто отрешенный голос Господина.
Я хмуро пожал плечами. Удивляться просто не было сил, Слид словно вытянул из меня частицу жизни. Удушливый запах и духота вызывали дурноту, и слегка кру-жилась голова. Сквозь смутную пелену, вызванную плохим самочувствием, я уви-дел, как Господин (я в шутку действительно стал называть его так) нагнулся и под-нес было руку к воде. Его ладонь наверняка погрузилась бы в маслянистую густую жижу, но мой немного испуганный окрик остановил
— Ты что! Ты знаешь, что будет с твоей рукой?!
Я умолк, тяжело дыша. В моей памяти заскользило воспоминание: я, мальчишка, весело сую ладонь в жидкую масса и тут же с криком вырываю ее. Резкое жжение, по коже пошли волдыри. Рука заживала очень долго.
Господин иронично улыбнулся и спокойно коснулся воды, потом опустил руку еще глубже. Я с недоумением следил за ним. Он что, мазохист? Также спокойно мой странный знакомый вынул руку, брезгливо отряхнул тяжелые капельки и продемон-стрировал мне ладонь. Никаких ожогов! Я изумленно вскинул брови:
— Река уже не ядовита? — я попытался произнести это как можно небрежнее. Гос-подин усмехнулся:
— Лучше не экспериментируй. Дело в другом.
Он умолк, и я нетерпеливо спросил:
— Ну?! И в чем же дело?
Господин задумчиво смотрел перед собой, словно бы и не замечая меня. Я хотел было сердито поторопить его, но тут он вышел из своего транса, слегка повернул голову и произнес без тени улыбки:
— Хочешь знать? Тогда пошли со мной. Навсегда. Назад ты не вернешься. Таким, как был, я имею в виду.
— Куда? — вздрогнул я. Что-то внутри меня судорожно сжалось, напоминая о чем-то мною забытом. Навсегда… Это слово оборвало какую-то связь с прошлым.
Черные глаза моего собеседника пристально смотрели на меня. Я с трудом вы-держивал его тяжелый взгляд.
— Ты ЗНАЕШЬ, — жестко проговорил он. — Возможно, позабыл, но ты вспомнишь. Ну, так как?
Я открыл рот, чтобы возмущенно возразить, но вдруг выпалил:
— Пойдем!
Х Х Х
Вечером город еще более мрачен, чем в дневное время. Он напоен промозглой сыростью, и вокруг темные каменные улицы, уходящие во мрак ночи. Поэтому я не-часто брожу в это время суток.
Впрочем, сейчас я был довольно далеко от города, и с удивлением обнаружил, что вечер может быть и по-своему красивым.
Мы сидели на валунах, вдалеке от Слида, и молча смотрели за линию горизонта. Не в сторону, где был Господин, а туда, где простиралась Неизвестность. И, глядя на мерцающую пену облаков, плывущую в теплом сиянии заката, я вдруг ощутил возбуждение и странный прилив сил. Мне казалось, что в моей жизни начало проис-ходить что-то действительно важное.
Я искоса глянул на своего нового друга. Он сидел, задумчиво глядя на заходящее солнце, и лицо его в золотистом сиянии заката, казалось, действительно принадле-жало божеству.
— Итак, с чего все началось? — заговорил наконец он и его низкий с хрипотцой го-лос гармонично вписался в этот спокойный вечер. Я молча слушал, понимая, что мои комментарии ни к чему.
— Я начну издалека. Ты и не поймешь вначале, о чем я. Это будет длинная история. Наберись терпения.
Я завороженно кивнул. Он продолжал, рассеянно глядя за горизонт:
— Я родился на маленькой планетке. Она находится вне того времени и простран-ства, в которых ты существуешь. Даже не старайся понять, как это.
Тяга к чему-то, что лежит за гранью видимого, появилась еще
Всего у меня было три ученика. Вернее, не было, а есть. Если уж ты берешь от-ветственность за кого-нибудь, то, даже обучив его всему, что знал сам, продолжа-ешь отвечать за развитие своего ученика. Да, да, это так. Поэтому, прежде чем назы-вать себя Учителем, стоит подумать, хочешь ли ты подобной ответственности. Мой третий ученик, вернее, ученица, Лев, имеет к тебе самое непосредственное отноше-ние. Подожди, я все расскажу.
О Миссии Селены я узнал довольно давно. Есть в той Вселенной такая вот искор-ка жизни — в будущем она станет целой планетой, Селеной. А пока о ней, этой кро-хотной искорке, следует заботиться, лелеять ее и беречь. Заниматься этим призвали Двенадцать Представителей Знаков Зодиака. Что такое Знаки Зодиака ты, конечно, не знаешь. Ну, да ладно. Важно другое — Лев является одной из этих Представите-лей. То есть миссия ее чрезвычайно важна. И мне выпало учить ее.
Я понял, кто она и что ей суждено, заглянув ей в глаза. Этого не объяснить, это нужно прочувствовать. И вот недавно… Хм, это для меня недавно, а для тебя уже кануло в Ничто… В общем, в моей полосе времени это было не очень давно. Я от-правился снова в свои любимые странствия. На сей раз — в галактику Сиреневых Рощ. Меня интересовало одно племя, народец… Само по себе не обладающие более менее развитой культурой, даже дикие, они откуда-то знают элементы Черной Ма-гии. К примеру, их Стрелы Армрита. Наконечники этих стрел они смазывают ка-ким-то ядом. Его состава я, увы, не знаю. Знал бы, не случилось бы всего этого. Этот яд, попадая в кровь, творит ужасное. Он убивает тело, как и другие яды, хотя и довольно медленно, но при этом еще и как бы разрушает духовный мир человека. Чтобы тебе стало понятнее, я в общих чертах объясню, из чего, собственно, состоит духовный мир. Итак:
1) Искра Абсолюта. Она безличностна, это просто божественная ис-кра жизни. Эта искра содержит как женское, так и мужское начала, каким бы ни был сам человек — то ли мужчиной, то ли женщиной. Вряд ли можно встретить стопроцентную женщину или мужчину. В каждом есть ка поми-мо определяющего качества (скажем, женского) и сопутствующие ему;
2) Индивидуальность — это высшее осознание себя как божественной субстанции. Некий духовный опыт. В общем, все, что есть в человеке пре-красного;
3) Личность — это внешнее осознание, поверхностная память. Отно-сится к той жизни, которая течет в данное мгновение. Привычки, пробле-мы, недостатки… Желания… То, что лежит на самой поверхности созна-ния. Что-то из этой области со временем может перейти в индивидуаль-ность, а остальное рассыплется.