Быстроногий Джар
Шрифт:
Над рекой пронеслась вспугнутая стайка уток, зимующих в незамерзающих промоинах. Голодные люди молча проводили их взглядом. Маюм с охотниками спустился к реке. Лед был достаточно прочен, и несколько охотников ступили на него. Но не река интересовала Маюма. Он снова вернулся к обрыву и внимательно осмотрел его склон. Только теперь Джар разгадал замысел вождя: андоры будут охотиться на обрыве! Нужно было над пологим склоном соорудить площадку и покрыть ее плетенками. Этот непрочный настил замаскируется сверху снегом. Потом охотники погонят к нему животных и те провалятся
Работа закипела. Из ближайшего перелеска люди стали приносить длинные тонкие деревца. Основания их стволов не без труда вкапывали в промерзшую землю вровень с краем обрыва. Снизу деревца будут подпираться кольями, вбитыми в склон.
Андоры трудились молча, не покладая рук. Промерзшая земля поддавалась плохо. В ход были пущены каменные орудия, палки, даже крупная галька, валявшаяся тут же на берегу.
И здесь всех превзошел Гурху. Джар невольно любовался его ловкими движениями, силой удара.
Глядя на его работу, одобрительно покрякивал и Маюм. Гурху заражал всех своим примером. Когда могучий андор взмахивал палицей, глаза его загорались свирепым блеском, губы сжимались, он наносил удар, будто сражался с противником, из груди его порой вырывался яростный крик. Джар старался изо всех сил, ему не хотелось отставать от мужчин. По совету Маюма, он прихватил с собой ребро бизона, которым обычно пользовались при рытье ям. Сильными ударами ребра юноша довольно легко взрыхлял промерзшую землю, подготавливая углубления для стволов деревьев. Он с радостью поймал на себе одобрительный взгляд старого вождя. Рам, глядя, как быстро подвигается работа у Джара, все больше мрачнел: он сильно отстал от друга. Раздобыв палицу, он стал колотить ею по земле, подражая Гурху. Но сила ударов у Рама была не та, и разрыхлять промерзшую землю ему удавалось с трудом.
Вскоре все заметили, что дело у него не ладится. Послышались насмешливые возгласы. Рам злился, исступленно колотя палицей по земле. Джар подошел к другу и стал помогать ему.
Видя ухмыляющиеся лица соплеменников, Рам хмурился, шумно сопел. Охотники громко хохотали, глядя на обозленного Рама. Джар у стало жаль друга, он поспешил закончить работу и увести Рама подальше от ватаги. Юноши поднялись наверх и осторожно выглянули в степь. От неожиданности оба вскрикнули и тотчас скрылись за краем обрыва: совсем близко, откапывая из-под снега траву, пасся только что появившийся табун диких лошадей.
Возглас юношей привлек внимание вожака лошадей, и он обернулся. По белой полоске на морде Джар узнал свирепого жеребца. На голове у него появился еще один шрам — след от удара копьем. Жеребец покосился в сторону обрыва, но, не увидев ничего подозрительного, снова принялся щипать траву. К счастью для андоров, легкий ветерок дул со стороны степи.
Юноши спустились вниз и сообщили о виденном Маюму. Вождь обрадовался появлению табуна. Значит, совершенный в пещере «обряд лошади» помог охотникам!
Все было бы хорошо, если бы Рам неосторожно не назвал животных, которых они увидели. Это рассердило старейшего племени. Рам мог испортить охоту! Андоры считали,
По совету Маюма андоры разделились на две группы. Чтобы не вспугнуть лошадей раньше времени, люди, скрываясь за неровностями почвы, ушли с того места, куда они собирались гнать животных. Выйдя в степь на далеком от табуна расстоянии, охотники, стараясь не возбудить подозрений у осторожных животных, стали их окружать с двух сторон.
Вожак лошадей время от времени вскидывал голову и потряхивал короткой челкой, пытливо оглядывая степь. Вдруг, заподозрив неладное, жеребец тревожно заржал. Это послужило сигналом для всего табуна. Лошади заметались. Со стороны степи их полукольцом окружали охотники. Только путь к обрыву не был занят людьми.
Андоры упорно теснили лошадей. Люди кричали, потрясали оружием, вызывая все большее смятение среди животных. Слышно было, как испуганно ржали жеребята.
Но вот раздалось звонкое ржание вожака лошадей. На миг табун замер, словно выжидая, что он предпримет.
Маюм в свою очередь издал боевой крик, призывающий сородичей к вниманию. В следующий момент, взметая вихри снега, табун, ведомый вожаком, неожиданно помчался прямо на охотников.
Джар и Гурху стояли рядом. И вдруг они увидели, что лошади повернули в их сторону. Впереди мчался вожак. Его оскаленная морда была страшна. Джар, подражая Гурху, воинственно кричал «яррх», высоко подпрыгивал, потрясая оружием, стараясь напугать животных. Присутствие Гурху подбадривало юношу.
Расставив пошире ноги, Джар уже целился копьем в грудь вожака лошадей, но в это мгновение жеребец резко свернул в сторону, уводя за собой табун. Загораживающий им путь охотник испуганно метнулся в сторону. Сбив его с ног, табун лавиной промчался мимо.
Все же андорам удалось отрезать от табуна и погнать к склону обрыва двух отставших лошадей. Радостный вопль огласил степь: охотники увидели, как исчезли животные вместе с искусственным настилом. Люди бросились вниз, к реке, где рассчитывали найти разбившихся лошадей. Охотник, опрокинутый лошадьми, прихрамывая плелся вслед за всеми. Велико было разочарование охотников, когда, подбежав к обрыву, они увидели мчавшихся вдоль реки двух невредимых лошадей.
Маюм гневно взглянул на болтливого Рама — это он виноват во всем! Сойдя вниз, вождь внимательно осмотрел вмятины, оставленные лошадьми в глубоком снегу.
— Нужно убрать снег! — сказал старый вождь.
Работа вновь закипела.
До сумерек трудилась ватага охотников. Лишь поздно вечером, когда заснеженная степь покрылась серой мглой, усталые голодные андоры вернулись в становище. Никто из них не выказывал недовольства: все вернулись живыми и подготовили ловушку для будущей, быть может, более удачной охоты. На следующий день охотников повел неустрашимый Гурху. Маюм снова доверил ему ватагу. Старик посоветовал Гурху чаще пользоваться настилом для добычи животных, а главное — беречь жизнь каждого андора. Мало осталось в племени мужчин, защитников и кормильцев орды!