Bye-bye, baby!..
Шрифт:
– Брать-то будете что-нибудь? – вывел Сардика из транса голос продавщицы.
– Знаете, еще подумаю…
– Чего ж тогда все перемацали? И чуть хвост на шапке не оторвали!
– Разве? – удивился Сардик. – Простите, пожалуйста…
– Иди отсюда! Морда чучмекская! Ворюга!..
Охранник и продавщица из бутика напротив, прервав беседу, с интересом посмотрели на Сардика. Сардик улыбнулся им, и шапке с хвостом, и хамовитой торгашке, – и побежал следом за незнакомкой.
…Это был самый потрясающий шопинг, какой только мог представить Сардик!
За полчаса девушка побывала
Девушка без всякого волнения входила в места, оборудованные сигнализационными рамками. И также спокойно выходила с каким-нибудь трофеем: и снова – ни одна рамка не пискнула. Что же такое происходит, в самом деле? – Сардик был заинтригован, очарован и раздавлен окончательно.
Последним в списке значилось маленькое дежурное кафе на первом этаже. Укротительница рамок заглянула туда всего лишь на минуту: запустить руку в большую вазу с яблоками, украшавшую стойку, и взять одно – самое румяное, с аппетитным глянцевым боком. Никакой реакции на выходку девушки не последовало – ни со стороны угрюмой барменши, ни со стороны очереди в три человека, ни со стороны других, сидящих за столиками, посетителей.
Должно быть, она каким-то особенным образом управляет пространством. Не дает никому считывать то, что делает. И нейтрализует электронику… – именно такие мысли роились в голове Сардика, когда девушка покинула наконец Гостинку и вышла на Садовую. Присев на ступеньки, она доела яблоко, переложила краденое в рюкзак, похлопала себя по карманам и достала пачку с табаком. Кто из знакомых Сардика курил самокрутки?
Никто.
Шурик предпочитала «Мальборо», Женька – «Парламент», байкер Леопольдыч и тенор-саксофонист Мчедлидзе время от времени забивали трубки, и только соло-гитарист Иван Бабкин предпочитал всему этому никотиновому безобразию анашу. Сам Сардик давно завязал с курением, не курил и Гаро, ах да… придурок-философ из Шуриковой свиты – тот, кажется, и вправду баловался самокрутками, обставляя это как самый настоящий ритуал. У него была машинка для набивки, два сорта папиросной бумаги и мундштуки. На то, чтобы соорудить самую незначительную пахитоску (с последующим зализыванием краев и установкой мундштука), у философа уходило не меньше минуты. Девушка же справилась за пару мгновений, при том, что никакой машинки у нее не было!
Как только она закурила, в сторону Сардика поплыл сладковатый дым, от которого закружилась голова. Чтобы не упасть, Сардик ухватился за массивную колонну (она же служила ему тайным укрытием), потряс подбородком и закрыл глаза. А когда открыл – девушки на ступеньках не было.
Так сильно Сардик пугался только в раннем детстве, оставаясь один в темной комнате. Куда она могла подеваться? – всего-то секунда прошла… Страх сковал Сардика и тут же отпустил: никуда она
Позабыв про всякую осторожность, он припустил за вороватым ангелом, а ангел тем временем свернул в ближайшую подворотню: между сапожной мастерской «ОБУВЬ 21-го ВЕКА» и магазином «ТИТАНИК-24 ЧАСА».
Вот черт, что она забыла в подворотне?!..
И кто вообще их изобрел, подворотни? И что, если двор, в который ведет подворотня, окажется проходным?.. Рано он успокоился, дурачок!
Так и есть – пусто!
И подванивает кошатиной, забродившим пивом и радостно выпущенными на волю человеческими жидкостями; и весь этот смрад – в двух шагах от Невского, куда только смотрит городское правительство и лично губернатор? Давно бы пора издать указ, запрещающий ангелам шастать по подворотням.
В глубине двора хорошо просматривались две вывески – поменьше («superКОЛГОТКИ») и побольше («ПИРОТЕХНИКА ИЗ КИТАЯ») – к ним-то и устремился Сардик, разом позабыв про конспирацию. Но не пробежав и пяти метров, наткнулся на какое-то препятствие, не удержал равновесия и тут же оказался на земле. Падение не задело жизненно важных органов, зато выглядело чрезвычайно унизительным: какая-то тварь подставила ему подножку! Сардик был полон решимости разобраться с обидчиком, но, когда поднял голову, увидел только ее:
незнакомку с рюкзаком, подружку электронных детекторов, яблочную воришку, тайную воздыхательницу Жана Кокто, клептоманку, ангела.
Девушка стояла у стены, скрестив руки на груди и с интересом рассматривая Сардика. Теперь, в состоянии покоя, она казалась Сардику еще более прекрасной.
Она была чудом.
– Не ушибся? – спросило чудо.
– Нет. – На глаза Сардика навернулись слезы: к лицезрению чудес ни сетчатка, ни радужная оболочка не приспособлены.
– Ты кто такой?
– Никто. Просто человек.
– Просто человек, понятно… А почему шпионишь за мной?
– Я не шпионю…
– Я тебя давно заметила.
– Я тоже.
Девушка не выказывала никакого волнения и никакого беспокойства, хотя находились они в довольно сомнительном дворе, рядом с криминальной Апрашкой. Причин может быть несколько, самая вероятная – у ангела есть группа поддержки, которая всегда придет на помощь и защитит. Группа может состоять из миллиона китайцев, окопавшихся под вывеской «Пиротехника». Или из банды громил, использующих superКОЛГОТКИ в качестве маски при ограблении.
– Что тебе нужно? – Она даже не поменяла позы, но интерес в глазах стал заметно ослабевать.
Рассказ про приступы удушья и рюкзачное ® успеха не возымеют, ангел только посмеется над ним, Сардик и сам бы посмеялся. Сказать, что познакомиться на улице с хорошенькой девушкой – святой долг каждого мужчины, еще большая глупость. Сказать, что влюбился? – но это не совсем правда, не вся правда, и он снова будет вынужден вернуться к недостатку кислорода в организме. И снова побежит по кругу, быстрее и быстрее, и две дворовые вывески сольются в одну, со вполне очевидной китайской доминантой.