Шрифт:
Алекс ЛУРЬЕ
Бутч и Кэссиди
Часть первая
"Жили-были два громилы..."
I
Горькое очарование некоторых прописных истин лучше всего познается на собственном примере - наглядно и убедительно. Что, впрочем, далеко не всегда указывает путь решения проблемы. Банально, что власть и деньги лучше, чем их отсутствие. Но что поделать, если их нет и не предвидится. И чувство юмора в этом случае вовсе не компенсирует чувство самоуважения. Немного ведь, в принципе-то, надо, но, видно, слишком многим сразу...
...
– Знаешь, у меня такое чувство, будто дерьма наелся.
– Ничего, привыкай, это полезно.
– Можно подумать, что тебе это не надоело.
– До чертиков надоело! И что с того? Ты знаешь способ, как перестать есть дерьмо?
– Да. Перестать им быть.
– Сильно сказано. А все же - уточни.
– Нечего тут уточнять, ежу понятно: власть и деньги - и дело в шляпе.
– Ты мне не поверишь, но я сейчас готов за это человека убить. Любого, все равно кого. Очень уж все надоело. Только вот садиться не xочется.
– Это точно, если б не тюрьма, то и я...
– Тут ведь как - главное, в авторитет войти, а после этого уже можно купоны стричь...
– Ясное дело - зажили бы, правда, с авторитетом пока не очень, а красиво жить учиться не надо...
Так, разговаривая, и шли. Пинали арбузные корки, сплевывали семечки, отбрасывали окурки. Неразличимо похожие на других. Но все же мужик в кепочке с блеклым трафаретом "КиIв" выбрал именно их. Может быть, руководствуясь безупречным нюхом алкоголика. Или чем-то другим, но не менее безошибочным. Он сидел на ящике из-под минеральной, на другом таком же разложив нехитрый товар, который, не вдаваясь в подробности, назовем бирюльками. В тени от ящика матово мерцала испариной кружка пива, перекрытая уже вполне разделанной рыбешкой.
– Эй, хлопцы!
– Голос мужика прозвучал тихо, но не просительно.
– Чего тебе?
– Товар есть. Как на вас - мэйд ин Жэпан.
– Спасибо, отец, за заботу, не надо.
– Да вы хоть посмотрите-то, жалко, что ли?
– И мужик достал из оттопыренного кармана запыленного коричневого пиджачка два поблескивающих золотистых браслета. Оба были цельные, один инкрустирован красными камешками, другой - синими. За версту несло Гонконгом, Тайванем и дешевой штамповкой.
– Ну и нахер они нам?
– Это как раз не на хер, а на руку, - обиделся
– Да и прошу недорого - пятерка пара.
– Иди-ка ты... За такое барахло!
– На лучше трешку, только отвяжись.
Мужик от трешки не отказался, деловито запрятал ее в просторах пиджачка, но тут же заорал:
– А ну бери товар, если уплатил! Быстро бери, кому сказал! Только голову заморочат, пива попить не дадут, люди добрыи-и!
Несколько ошеломленные, они надели браслеты.
И грянул гром.
И мужик перекрестился...
Вначале, как водится, было Слово.
II
Оно прогремело, разламывая голову набатом стопудового колокола. И было оно:
– ВНИМАНИЕ!
И далее:
– Уважаемый потребитель! Вы стали обладателем опытного уникального Абсолютного Браслета Защиты и Нападения! Ношение одного любого браслета обеспечит вашу защиту от любых опасных внешних воздействий, как-то: физических, химических, биологических и психологических. Одновременное ношение двух браслетов или соединение их в цепь двумя потребителями, при концентрации волевого импульса позволяет уничтожить любой биологический объект на практически неограниченном расстоянии. Счастливого использования и желаем удачи!
Такое вот было Слово.
И было Слово у богов.
И само Оно стало богом...
Они молчали, не чувствуя ничего, кроме плотно охвативших запястья эластично-прохладных браслетов. И сказал один из них:
– Ну что ж, теперь будет по-нашему.
– Да, теперь мы - сила.
– Надо быть всегда вместе.
– Как иначе? Мы - братья.
– Да, как новорожденные близнецы, еще без имени. Надо назваться. Как ты хочешь?
– Знаешь что, пусть будет... Как в том фильме, помнишь? Бутч Кэссиди. Ты - Бутч, я - Кэссиди.
– Но у него еще приятель был.
– А мы-то - как один человек. Идет?
– Заметано.
И они пошли к морю. И проверили сказанное - по полчаса сидели под водой, вытаскивали угли из огня, щупали высоковольтные провода, прыгали с обрывов, одним словом, развлекались. Вечерело. Усталые, но довольные, они шли по дорожке вдоль моря, лениво перекидывая упругий мячик междометий.
Кэссиди внезапно оживился:
– Слушай, давай зайдем на майдан?
– А чего там?
– Вдруг Вовика встретим. Он ведь, сука, вставил меня тогда на три сотенных.
– Ты что, еще надеешься что-то получить?
– Нет, но просто поговорить о жизни хочется.
– Лады, пошли поговорим.
Вполне согласно ожиданиям, Вовик отнюдь не обрадовался их появлению на майдане. Впрочем, и не особенно огорчился. Он вообще уверенно чувствовал себя с лохами, тем более уже один раз обманутыми. Да и рядом - все свои. Ну, а в крайнем случае - ноги спасут. Как раньше спасали. Но лохи, как правило, ни на что такое не способны. Даже пусть и доенные. Поэтому он и начал разговор: