Бундори
Шрифт:
— Тюго-сан! Кузен! — закричал Мацуи, поспешно идя по пристани. — Подождите!
— Что вы тут делаете? — проревел Тюго.
Мацуи, пыхтя, поднялся по сходням на палубу, телохранители — следом. Мацуи завозился с зонтом, который вывернуло порывом ветра.
— Я получил письмо от женщины, которая была в храме Дзодзё во время убийства монаха, — тяжело дыша, проговорил торговец. — Она написала, чтобы я пришел сюда, если хочу получить знаменитый меч генерала Фудзивары с гардой в виде мертвой головы. — Он вытащил из-под плаща свиток. — Вот.
Тюго выхватил
— Вы тоже получили письмо?
Сано по медленному покачиванию головы догадался: Тюго начал понимать, что происходит.
— Кузен, я всегда подозревал, что убийца — вы, — сказал Мацуи. — Мне известно, как вы преклоняетесь перед нашим предком. И я знал, что мечи у вас. — Отбросив бесполезный зонт, торговец вцепился в руку Тюго. — Но я не нарушил нашей сделки. Я не выдал вас раньше и впредь не причиню вам никакого вреда. Просто мне нужен меч. Для коллекции, для моей кумирни в честь генерала Фудзивары. Обещаю, никогда и никому не расскажу, как я его раздобыл. Пожалуйста, кузен, пусть он будет у меня!
Яростным рывком, от которого лодка качнулась, Тюго высвободил руку и отшвырнул свиток.
— Идиот! Это ловушка! Нас заманил сюда сёсакан сёгуна!
Он ринулся было к сходням, но Мацуи преградил путь.
— Ну пожалуйста, — заскулил торговец, словно не расслышав слов Тюго. Он достал объемистый кошелек и помахал в сторону каюты. — Госпожа! У меня пятьсот кобанов. Они ваши, если отдадите мне меч!
Монеты посыпались из кошелька и зазвенели, вторя музыке дождя.
— Прочь с дороги! — приказал Тюго.
— Пожалуйста, госпожа...
Тюго с силой отпихнул Мацуи. Торговец, хрюкнув от неожиданности, упал в воду.
— Помогите! — завопил он. — Я не умею плавать!
Сано принял решение:
— Будем брать Тюго сейчас.
— Но... — Хирата кивнул на берег, где помощники стояли бесполезной кучкой. Им было сказано войти в каюту следом за убийцей. А теперь один подозреваемый барахтался в воде, другой рвался на свободу.
Сано и Хирата выскочили за дверь как раз в тот момент, когда один телохранитель нырнул в реку на помощь Мацуи, а другой встал перед Тюго.
С недоступной для глаза скоростью Тюго обнажил меч. Клинок рассек телохранителю горло. Тот, даже не успев вытащить свой меч, упал замертво. Столкнув ногой тело в реку, Тюго загромыхал по сходням.
— Тюго! — крикнул Сано. — Стойте!
Полный благоговейного ужаса перед мастерски осуществленным убийством, он поспешил за капитаном. Ноги заскользили по мокрым, маслянистым доскам.
— Хватайте! — крикнул Хирата помощникам.
Трое человек, размахивая копьями, дубинками и кинжалами, сгрудились на пристани. Тюго, подняв окровавленный клинок, бросился на них. Вояки прыснули врассыпную. Тюго преодолел пристань и устремился к реке. Сано обрадовался, что не к Эдо. В городе капитан мог убить прохожих, скрыться в толпе. Почти ослепленный дождем, Сано понесся по пристани. Сердце стучало, как резвый конь, решимость укрепила помятые наемниками мышцы. Тюго добрался до тропы, ведущей к воде. Сано неумолимо сокращал
— Стойте, Тюго! — крикнул Сано, взмахнув мечом. Сильный раскат грома заглушил его слова.
Начальник стражи заскользил по склону. Сделав рывок, от которого сердце едва не лопнуло, Сано сократил дистанцию между собой и убийцей до двадцати шагов. Явно Тюго не удастся взять живым. Через мгновение Сано скрестит меч с лучшим фехтовальщиком Эдо...
Внезапно Тюго застыл как вкопанный. Сано тоже замер. Хирата врезался в спину хозяина.
К берегу двигалась процессия, состоящая по меньшей мере из пятидесяти человек, — пешие охранники, верховые самураи, облаченные в шелковые одежды чиновники, слуги, несущие зонты над ними. Впереди шесть носильщиков несли паланкин, украшенный оскалившимися драконами.
— Канцлер Янагисава, — выдохнул Сано, недоверчиво хихикнул и смахнул с ресниц капли дождя. Ловушка ждала одного подозреваемого, а поймала всех троих. Что — расчет или чувство — привело сюда Янагисаву?
— Сано Исиро! — Из паланкина высунулась знакомая голова. — Сано Исиро, слушай меня, ты, жалкий тупица!
Янагисава выпрыгнул из паланкина и, не обращая внимания на ветер, подхвативший великолепные шелковые одежды, и дождь, сразу промочивший их насквозь, побежал к Сано, высокие деревянные сандалии заскользили по глине.
— Значит, ты считаешь себя умником, да? — кричал канцлер. — Ты думаешь, если свидетельница видела мой паланкин у храма Дзодзё — я ездил туда помолиться, — значит, я убийца? Ты думаешь, меня можно заманить в западню при помощи поддельного письма и несуществующего меча? — Лицо исказили злоба и ненависть. — Я управляю страной. Я знаю всё и вся, я всемогущ. И ты осмелился считать меня убийцей? Ты собрался помериться со мной силами?
Янагисава упал на колено. С досады он распалился сильнее. Поднявшись, он проскочил мимо Сано, опомнился и развернулся.
— Что ж, я здесь, я сорву твои жалкие, убогие планы. Я уничтожу тебя раз и навсегда! — Он стоял между Сано и Тюго, слегка запачканный, но величественный. — Ты никогда не поймаешь охотника за бундори. Ты никогда, слышишь, никогда не займешь моего места, не станешь любимчиком сёгуна!
Яркое кимоно канцлера трепал ветер, гневное лицо светилось от вспышек молнии, слова с громом вылетали изо рта. Янагисава был похож на мстительное божество. Сано запоздало догадался, что зависть, а не обида заставляла канцлера мешать расследованию.
— Я увижу тебя мертвым, прежде чем ты украдешь мое богатство, мою власть или мою должность, — возопил Янагисава.
И тут в страшном прозрении Сано понял, что случится дальше.
— Осторожно, канцлер Янагисава! — крикнул он.
Не успел последний звук сорваться с губ Сано, как Тюго обхватил канцлера одной рукой за грудь, а другой выставил меч.
— Никому не двигаться! — приказал Тюго. — Шаг вперед, и я убью его.
Охрана, которая было бросилась на помощь своему господину, остановилась. Молния озарила ошеломленные лица.