Бумеранг проклятья

Головачева Вера

Вечер прошел обычно. После ужина Олег сразу отправился спать. Он так устал за этот день, хотя ничего такого и не делал, но нервное напряжение давало о себе знать.

Мальчик покрутился на кровати с полчаса, но потом все же заснул.

На следующее утро мама как всегда подошла к нему перед уходом на работу и сказала то, что обычно говорит – обед в холодильнике, сама придет вечером и все такое. После ее ухода Олег не мог больше заснуть и лежал просто так, уставившись в потолок. Он только сейчас вспомнил свой сон и теперь думал о нем. Еще ему очень захотелось, чтобы пришла

Вика. Надо обязательно рассказать ей то, что приснилось.

Конечно, Олег мог встать и сам подняться к ней в гости, но почему то повелось так, что в гости приходит всегда она. Мальчик просто думал сейчас о ней, надеясь телепатически послать Артамоновой сигнал.

Потом Олег встал, привел себя в порядок и сел завтракать. В этот самый момент в дверь позвонили. На пороге стояла Вика.

– Я рад тебя видеть, – просто сказал Симаков. – Чаю?

– Давай. Как тебе спалось? – Вика не торопясь села за стол и посмотрела на мальчика. – Снилось что-нибудь?

– Да. Я как раз хотел тебе рассказать.

– Только сначала я, – перебила его девочка. – Мне тоже приснился сон. Я видела тебя, девочку, подозреваю, что это была Катя, пусть это не покажется тебе странным. Мы втроем сидели в каком-то парке, даже не знаю в каком. И Катя снова просила ей помочь. И говорила одно и тоже. Она хотела, чтобы мы вернули брошь владелице. Я спрашивала ее кто является владелицей и что за вещь, но она только твердила, как заведенная: «Верните ее владелице», – Вика замолчала.

– Не хочу тебя расстраивать еще больше, – промолвил Олег. – Но мне приснился точно такой сон. Я видел ее, тебя. Мы сидели на лавочке в незнакомом парке, и она говорила то же самое.

– И что дальше? – спокойно спросила Вика.

– Не знаю. Ты сама что предлагаешь?

– Ясно одно – брошка, видимо, не ее, не Катина. Значит, надо искать настоящую владелицу.

– Обязательно нам? – Олег сжался.

– А кто еще это сделает? Мне так кажется, что больше посвященных нет, – Вика встала и сама налила себе чаю. – Только как найти?

– Действительно, как? В газету обратиться? Кто потерял брошку – вернем.

– Через газету наврядли получится, – задумалась Вика. – Надо другой способ придумать.

– Но какой? Как можно в огромном городе найти человека, потерявшего брошку. Это нереально.

– Ты нашел брошь на кладбище. Значит, ее потеряли там. Правильно? – спросила Артамонова. – А кто мог ее потерять? Те, кто там был. Тем более, что брошь была около могилы. Естественно, это не твои родители и не ты. Значит, кто-то из присутствующих на тех самых похоронах Кати.

– Замечательно. И как мы будем их искать? Спрашивать у похоронных контор?

– Пока ничего не могу придумать, – Вика бестолково смотрела в окно. – Давай на улицу что ли сходим. Может, умная мысль посетит наши головы после прогулки? А лучше всего побывать снова на кладбище и забрать оттуда брошку. Вдруг она пропадет, что мы потом делать будем? Как возвращать, если найдется хозяйка?

– Только не это, – замахал руками Олег. – Я решил больше не ходить туда. Я не могу.

– Хватит, Олег. Там ничего страшного нет, – Вика странно посмотрела на Симакова. – У меня

такое ощущение, что Катя была моей подругой. Как будто нас что-то сближает. Но ведь я ее не знала совсем.

– Ты просто все очень близко к сердцу приняла. Вот такое ощущение и создается.

– И мне кажется, что я просто обязана ей помочь. Мы обязаны. Ведь, возможно, кроме нас у нее никого нет.

– Вика! – крикнул Олег. – Ее тоже нет! Как ты этого не поймешь.

– Помнишь, она говорила во сне, – девочка вскочила с табуретки и начала быстро ходить по кухне, – она говорила, что ждет помощи от нас. И как ты можешь так спокойно говорить о том, что ее нет, что помогать, в принципе, некому и все такое? Я не знаю почему так происходит, но пока мы не вернем брошку, я не смогу успокоиться. Ей надо помочь! Надо! И ты будешь помогать, потому что ты ей тоже нужен, не только я. Да и вдвоем как-то сподручнее, не так страшно.

– Вот глупая. Помогать мертвецу вернуть паршивую брошку тому, кто ею владел. Кому рассказать – со смеху умрут, – распалялся Олег.

– Не говори про смерть. Ты о ней ничего не знаешь.

– И не хочу знать. Ни сейчас, ни потом.

– Но как мне уговорить тебя? – Вика сказала эти слова тихо, обреченно села и посмотрела влажными глазами на мальчика. – Ты мне друг?

– Но истина дороже, – закончил фразу Симаков. – Я не могу заниматься такой ерундой.

– Неужели ты и правда считаешь все это ерундой. А сны? Да что там сны! Ты же сам ее видел. Вот в этом дверном проеме. Она стояла и протягивала к тебе руки. Она просила тебя. Ты ничего не знаешь о ней, а вдруг ей очень плохо. И именно из-за того, что брошка без хозяина. Вдруг это ее дело чести, и она не может до конца умереть, пока не выполнит свой долг. Только сама этого сделать не может, вот и попросила нас.

– Ты слышишь сама себя? – устало спросил мальчик. – Что значит умереть до конца. Ее уже похоронили.

– А то ты книг не читал всяких. Ведь случается, что душа не успокаивается, пока ее что-то тревожит или держит на земле. Это еще хуже, чем просто умереть, – Вика почувствовала, вот-вот заплачет.

– Перестань. Это совершенно на тебя не похоже, – но Олег понимал, что спорит зря. Ему самому было как-то не по себе, особенно, когда он вспоминал протянутые руки и молящий о помощи голос. – Мы все сделаем, только не плачь. И на кладбище сейчас поедем. Подумаешь, мне совсем не страшно, просто неприятно как-то. Хотя я думаю, что еще поездок пять и я буду чувствовать себя там вполне естественно.

Артамонова улыбнулась и ласково посмотрела на мальчика.

– Я знала, что ты хороший человек. Не могла же я в тебе ошибаться. Мы поможем Кате, а потом все снова будет как всегда. Значит, едем? Я пойду оденусь, – Вика быстро выскочила за дверь.

Олег смотрел на чашки, стоящие на столе и ему вдруг сделалось не по себе. Ему показалось, что за ним кто-то наблюдает. Он быстро повернулся к двери, нор там никого не было. Однако в голове его отчетливо послышалось слово: «Спасибо».

Мальчик быстро вымыл посуду, прибрал на столе, потом оделся и поднялся за Викой. Им снова предстояло ехать на кладбище.