Шрифт:
– Проходи, милый, садись за стол! Все горяченькое, тебя ждала.
– Спасибо, ба. Я не голоден.
– Да как же так? Одна кожа да кости! Ты себя в зеркало давно видел? Садись-садись, все, как ты любишь, сделала.
Я
– Ба?
– Да, милый, – она села напротив, по-детски сложив морщинистые руки на коленях.
– Откуда все это? Ты же живешь на одну пенсию.
Печальный огонек промелькнул в ее лазурно-голубых глазах. На мгновенье она отвела взгляд он моего лица и посмотрела в окно на руины, что мы зовем родным городом.
– Я очень сильно тебя ждала, внучек. Совсем одиноко мне, бабке старой, – в складках глаз ее заблестели слезы. –
– Что ты такое говоришь! И думать не смей.
– Да как же тут не думать уже о смерти, милый. Восьмой десяток уже минует, вставать по утрам ой как сложно, а когда дождит, так вообща ой-ой с головой беда что творится.
Я понимал, что после сегодняшнего ужина бабуля на остаток месяца останется совсем без копейки. Продукты в наше время стоят заоблачных денег, а пенсионерам платят смешные копейки. Страшно понимать, что пока некоторые с жиру бесятся и собак черной икрой кормят, люди сотнями от голода умирают. И это в державе с огромными запасами ресурсов!
Чтобы не обидеть бабушку, я потихоньку принялся за еду, стараясь есть аккуратно и не подавать голодающего вида. Сам-то нормальную еду уже сколько не видел. Студенческая стипендия еще смешнее, чем пенсия по старости. На эти копейки даже на автобусе не накатаешься в университет в течение месяца. А подработки только ночные и за те особо не платят. Зато я приобрел удивительную способность спать где угодно и при любых обстоятельствах, ибо при таких-то нагрузках два часа сна в сутки для шкафа под два метра ростом как я есть катастрофически мало.
Конец ознакомительного фрагмента.