Бухта Ольга
Шрифт:
– Ты субъективна, бабуль. Потому что любишь меня, – вздохнула я. – У меня два высших образования, а на работу меня взяли, по причине длинных ног и третьего размера груди…
– Кто тебе это сказал? – всплеснула руками бабушка.
– Моя начальница отдела, Анна Петровна.
– Наверно страшная и одинокая?
– Нормальная. Замужем. Двое детей, – ответила я.
– Ну, это не показатель счастливой женской доли… Она на уровне глубинных инстинктов чувствует твою женскую привлекательность. Но кто сказал, что это мешает работе? Наоборот, помогает же!
– Да, на все тормозящиеся сделки посылают только
– Радуйся: твоя карьера пошла вверх! – Воскликнула бабушка.
– Горизонтальна карьера – тоже не плохо! В рекламном бизнесе больше всего ценится наработанное годами имя и репутация специалиста, чем должность. Уж не знаю, радоваться мне или огорчаться? Всё-таки я буду руководителем отделения, пусть и филиала в Хабаровске! – Вскинула я голову, отчего копна моих длинных волос волной прошлась по спине.
«Неплохо было бы перед отъездом заскочить в парикмахерскую… На голове чёрти что! Нет, лучше побуду подольше с бабушкой! А салоны красоты есть и в Хабаровске! Будет чем занять себя в незнакомом городе!» – подумала я, а вслух произнесла:
– Нет худа без добра! Съезжу на берег Тихого океана, привезу привет из твоей Бухты! Авось мне там понравится….
– Конечно, понравится! Там великолепная природа! А, люди, люди какие замечательные! И потом со мной в далёких поездках всегда случалось только самое хорошее! – Воскликнула бабушка. – Может, и тебе повезёт в местах моей молодости! Там земля обетованная…
– Бабушка, земля обетованная – это Иерусалим или Палестина на худой конец, – улыбнулась я.
– Не только. Кажется, там, в Хабаровском крае, находится Еврейская автономная область? И название областного центра у них… нееврейское, а больше – армянское....
– Биробиджан, – подсказала я.
– Вот, вот. Только, пожалуйста, не дай тебе Бог завести роман с евреем! У
них мать – глава семейства. Она обладает непререкаемым авторитетом и беззастенчиво пользуется своим безграничным влиянием на мужчин. Будешь потом бороться за власть в семье…
– Бабушка! Куда тебя понесло?! Какой еврей? Какая мать семейства? Я в командировку еду! В командировку! – Замахала я руками.
– Одно другому не помеха. Говорю же тебе: там земля обетованная, природа первозданная! Чувства обостряются и кровь играет! А в твоём характере присутствуют такие черты: как авантюризм, любвеобильность и склонность к афёрам. От меня, наверное, достались…. Не спорь! И обязательно побывай в Бухте Ольга. Поверь мне, я знаю, о чём говорю!
Глава 4
Эту женщину я увидела еще в очереди на регистрацию. Она слишком отличалась от других пассажиров, нервно проверяющих билеты или мрачно ожидающих своей очереди. На нее просто нельзя было не обратить внимание. Она вся светилась изнутри каким-то величественным светом, хотя надменности в ее фигуре, осанке и движениях не было. Я видела ее только со спины, но что это была за спина! Такое впечатление, что стоять в этой унылой очереди доставляло женщине небывалое удовольствие. А когда женщина повернулась в мою сторону, я поняла, почему обратила на неё внимание. Её большие, зелёные глаза излучали мягкий свет и, как будто, говорили: «Остановись, минутки эти не вернутся!
Внешность женщины показалась мне знакомой. Но, я так много встречалась с людьми, и у меня такая хорошая память на лица, что я не удивилась, и отметила про себя: вряд ли я забыла бы о встрече с ТАКОЙ женщиной. Я улыбнулась ей, хотя взгляды наши не встретились. Надо сказать, что ни одна я обратила внимание на «Королеву». Так я назвала её про себя. Несколько мужчин смотрели на нее удивленно и почти благоговейно. Это не был оценивающий взгляд или взгляд вожделения. Это был взгляд рыцаря на свою Богиню…
Да, пожалуй, «Богиня» ей подходило больше, она какая-то… неземная что ли.
Пройдя регистрацию, я поднялась в зал ожидания, предвкушая нудные минуты томления в замкнутом пространстве людей. Как, всё-таки, мне надоели эти перелёты! И удобная одежда! Конечно, в джинсах путешествовать удобно. Но, то ли я не очень любила себя, то ли никогда не видела вещей, о которых можно сказать «и удобно, и красиво» – кроме джинсов, на ум ничего не приходило.
Когда по утрам я открывала шкаф, «удобно» уже было развешано на вешалках, и стремилось поскорее прыгнуть мне в руки. А вот над «красиво» еще надо было подумать …
Мои мысли отвлекло движение около сидений. Сразу несколько человек вскочили, и это не осталось незамеченным другими пассажирами.
«Еще бы! – ехидно подумала я. – Посмотрит, как рублём одарит». Женщина смотрела ласково и благодарно, она что-то сказала каждому из поднявшихся мужчин и все расплылись в улыбке…
«Да, у меня нет шансов стать такой…» – вздохнула я. Вообще-то, меня нельзя назвать закомплексованной неудачницей, со смещённой идентификацией личности. Но последний неудачный роман немного раскачал мою самооценку. Всё-таки, не часто нас бросает любимый мужчина. Со мной такое случилось в первый раз….
А ведь моя внешность не хуже внешности этой красотки – рост у нас один, глаза и волосы одного цвета…. Только я какая-то потухшая. Волосы красавицы светились здоровьем и мягко ниспадали ей на плечи. Я же не успела вчера помыть голову, и мои волосы были собраны в неровный хвост….
Незнакомка принялась читать, и у меня появилась возможность разглядеть ее поближе…
«Интересно, зачем в поездку надевать сапоги на каблуке?» Я вспомнила, как неудобно мне было в сапогах на каблуке нестись по улице, опаздывая на встречи с клиентами. Сапоги незнакомки были на небольшой шпильке, да и нос их закруглялся ровным овалом. Даже сидя, было видно, насколько женщине удобно и комфортно в этой обуви.
«Дорогие сапоги? – гадала я. – Хотя, суммарно, мои несколько пар неудобной обуви стоили бы, наверное, больше…»
Была ли она молода? Этот вопрос как-то не имел значения, потому что весь образ женщины был так гармоничен, что хотелось просто быть рядом с ней. На её правой руке поблёскивало тонкое обручальное кольцо.
«Я бы тоже такое обручальное кольцо купила …», – в очередной раз завистливо вздохнула я.
Тут объявили посадку, и я пошла к терминалу, потеряв женщину из виду. Зашла в самолет и долго сидела, ждала, пока не зайдут все пассажиры. И зачем надо было ломиться? Все равно пока последний пассажир не зайдет, мы не полетим!