Будущие марсиане

Силверберг Роберт

Инспектор услышал голос Картера, который проверял колонистов по списку.

— Андерсон, Дэвид и Джоан.

— Здесь.

— Антонелли, Лео, Мари и Элен.

— Здесь.

И гробовое молчание после следующей фамилии; вызов повторяется, и в длинном списке ставится крестик — пометка о смерти. Подсчет жертв и потерь продолжался весь день.

Как сообщил Картер, погибло шестьдесят три человека, пятьдесят семь находились в критическом состоянии. Ударная волна повредила купол, восстановить его было невозможно. В остальном

ущерб оказался незначительным. Но теперь нужно было все начинать сначала — с купола. Если вообще стоило начинать.

Салли Робертса послали к перуанцам, чтобы узнать, как они перенесли марсотрясение. Ахерн, не отрываясь, смотрел вслед гиганту, который, миновав уже бесполезный шлюз, направился к пескоходу.

«Случайность», — решил Ахерн. Хотя, подумав, отбросил эту мысль. Марсотрясение могло разразиться в любой миг, но оно произошло сразу после того, как Ахерн решил судьбу колонии. Стоило ему поставить точку в официальном докладе, и оно дало волю своей ярости, с неизбежностью доказав зыбкость купола.

Люди рассчитывали и рассчитывали и тем не менее не сумели предсказать смещения мощных пластов в сотне миль от колонии. Да разве можно это предсказать?

Теперь, только теперь у Ахерна созрел план будущих поселений на красной планете.

Зал замер в ожидании Робертса. Ахерн изучающе всматривался в лица сидящих рядом мужчин — лица, озаренные некогда светом мечты, а ныне потускневшие от ужаса.

Не прошло и десяти минут после ухода Салли Робертса, как дверь резко отворилась и он ворвался в зал.

— Что случилось, Салли? — громко спросил Картер со сцены. — Ты не добрался до них?

— Нет, — коротко бросил Робертс. — Я встретил их по дороге. Второй купол тоже лопнул, но индейцы оправились быстрее нас и всей колонией пришли сюда.

Робертс отступил в сторону, и все увидели Эчеварру в ярком скафандре, который на этом печальном собрании казался неуместным. За ним теснились низкорослые люди в скафандрах.

— Мы торопились, чтобы узнать, не нужно ли вам помочь, — начал Эчеварра. — Марсотрясение задело и наш купол, но мои индейцы, разумеется, менее болезненно перенесли вторжение марсианского воздуха, ведь мы к нему почти привыкли.

«В самом деле, — подумал Ахерн. — Перуанцы, наверно, просто-напросто спокойно и не спеша направились к скафандрам. Не было ни паники, ни смертей».

Он встал.

— Доктор Картер?

— Да, мистер Ахерн?

— Вы не можете объявить перерыв? Я бы хотел с глазу на глаз поговорить с вами и доктором Эчеваррой.

Ахерн чувствовал себя ответственным за будущее Марса, он взволнованно смотрел через стол то на Картера, сидевшего против него с печальными глазами, то на Эчеварру.

— Скажу вам откровенно, — обратился он к доктору Картеру, — я полностью отказываюсь от своего прежнего решения. Вашей колонии не пустить

глубоких корней на Марсе.

Картер побледнел.

— Но мы построим новый купол. Ведь вы говорили…

— Я хорошо помню все, что говорил, — жестко отрезал инспектор. — Но марсотрясение перечеркнуло мои доводы. Вы с вашей колонией всего лишь гости на Марсе, это мне ясно сказал в одну из наших встреч доктор Эчеварра. Вы целиком зависите от здешней природы и рано или поздно пострадаете от ее капризов. Нельзя, отдавая себя во власть хрупкого купола, полагать, что вы построите жизнеспособную колонию.

Картер, казалось уйдя в свои мысли, опустил голову.

— Да, я ошибался, — признался он. — Марсотрясение опрокинуло мои доводы.

Колючие глазки Эчеварры зажглись.

— Значит, я все-таки вас убедил, мистер Ахерн?

— Не совсем, — охладил его инспектор. — Я с вами согласен лишь отчасти. Ваши индейцы действительно так приспособлены к здешней жизни, что уцелеют, даже если обрушится их купол; сменится два поколения, и они вообще спокойно обойдутся без него. Только им не построить достойное новое общество. Это выносливые, но малоинтеллигентные, невежественные и ограниченные люди.

Он повернулся к Картеру; впервые после приезда на Марс инспектор был убежден в правильности своей позиции.

— Вот вам, мистер Картер, и оборотная сторона медали. Ваши высокоразвитые колонисты проиграли сражение с природой. Все у вас было замечательно, но при первой же трещине в куполе колония рассыпалась как карточный домик.

— Мы это и сами увидели, — мрачно кивнул Картер.

— Ну, и какой же напрашивается вывод? — подался вперед Ахерн.

— А не построить ли нам общий купол? — нерешительно предложил Картер.

— Вот именно. Общий купол. Ассимилироваться. Смешаться. Соединить ваших жизнестойких перуанцев, доктор Эчеварра, с блестящими колонистами Картера. Создать новое поколение людей! — торжествующе заключил Ахерн. — Людей, способных жить на Марсе!

— Давление… — вмешался Эчеварра.

— Поддерживайте его пока на уровне десяти фунтов. Это причинит неудобство обеим группам, но ненадолго. В конце концов колонисты станут такими же выносливыми, как и перуанцы. Возможно, на это уйдут жизни двух поколений, но наша цель будет достигнута, непременно!

Лица ученых посветлели.

— Вы сообщите об этом в ООН? — спросил Картер.

— Если вы не возражаете, — ответил Ахерн.

Оба руководителя согласно кивнули.

— Ну что ж, тогда вернемся в зал и объявим о нашем решении, — предложил Ахерн. — Не тяните со строительством нового купола. Вы же знаете, как утомительно подолгу жить в скафандрах.

— Конечно, — согласился Картер.

Они направились в зал, где их с нетерпением ожидали колонисты.

Ахерн опять присел в стороне. Здесь распоряжались Картер и Эчеварра, а он был лишь гостем с Земли.