Будущее разума

Каку Митио

А теперь представьте, что мы встречаем инопланетного пришельца, который на самом деле представляет собой что-то вроде рабочей пчелы. В обычных условиях, если вы встретите где-нибудь в лесу пчелу, она, скорее всего, просто не обратит на вас внимания, если, конечно, вы не будете угрожать ей самой или улью. Мы для нее практически не существуем. Точно так же и пчеле-пришельцу, скорее всего, ни к чему будет налаживать связь с нами и, к примеру, делиться знаниями. Он будет выполнять свою главную задачу, не обращая на нас внимания. Более того, наши ценности будут ему непонятны.

Когда-то давно, в 1970-е гг., на межпланетных зондах «Пионер-10» и «Пионер-11» в космос отправились две таблички с информацией

о нашем мире и обществе. В них превозносилось разнообразие и богатство жизни на Земле. В те годы ученые полагали, что инопланетные цивилизации должны быть похожи на нашу — любопытны и заинтересованы в контакте. Но, попав на глаза инопланетной рабочей пчеле, такая пластинка, скорее всего, не вызвала бы никакого интереса и ничего не сказала собрату по разуму.

Мало того, каждый рабочий в такой цивилизации не обязан быть слишком умным. Ума у него должно хватать на службу улью, и не более того. Так что если бы нам захотелось отправить послание на планету разумных пчел, наш адресат, даже получив послание, вряд ли стал бы на него отвечать.

Но даже если нам удалось бы наладить контакт с такой цивилизацией, общение с ней оказалось бы непростым делом. Общаясь друг с другом, мы разбиваем мысли на фразы и придаем им структуру субъект — действие, чтобы составить из этих фраз связный рассказ, чаще всего о себе. Большинство наших фраз построены по принципу «Я сделал то-то» или «Они сделали то-то». Большая часть нашей литературы и разговоров строится на сюжете, часто связанном с переживаниями или приключениями нас самих или наших ролевых моделей. Это предполагает, что для нас главный способ подачи информации — наш личный опыт.

Однако цивилизация, основанная на расе разумных пчел, может не испытывать ни малейшего интереса к личным переживаниям и историям. У этих в высшей степени коллективных существ может просто не быть личных сообщений — только факты, только жизненно важная информация, необходимая улью, а не личные мелочи и сплетни, способные повысить социальное положение индивидуума. Более того, наши разговоры, личные впечатления и мнения могут показаться им отталкивающими, поскольку в них завышается роль индивида, а его интересы ставятся выше интересов коллектива.

А еще у рабочей пчелы может оказаться совершенно отличное от нашего чувство времени. Поскольку рабочие пчелы — существа не особенно ценные, то и жить долго им незачем. Может быть, поэтому они берутся только за короткие и строго определенные проекты.

Человек живет намного дольше, но и в его действиях присутствует скрытая временная мотивация: мы выбираем те проекты и занятия, результаты которых разумно ожидать до конца нашей жизни. Мы подсознательно задаем ритм работы и отношений с другими людьми и даже выбираем цели с учетом конечности собственной жизни. Иными словами, мы проживаем свою жизнь этапами: холостая жизнь, брак, воспитание детей и, наконец, заслуженный отдых. Часто сами того не сознавая, мы всегда помним, что будем жить и в конце концов умрем в пределах конечного промежутка времени.

Но представьте себе существ, которые живут тысячи лет, а может, вообще бессмертны. Их приоритеты, цели и амбиции будут совершенно иными. Они могут браться за проекты, на которые ушел бы не один десяток человеческих жизней. Мы часто относим межзвездные путешествия к категории научной фантастики только потому, что, как мы уже видели, полет традиционной ракеты до ближайших звезд займет примерно 70 000 лет. Для нас это слишком долго и неприемлемо. Но для инопланетной формы жизни это время может оказаться несущественным. Возможно, они умеют ложиться в спячку, замедлять обмен веществ или просто живут неопределенно долго.

Как они выглядят?

Первые переводы инопланетных посланий, вероятно, дадут

нам некоторое представление о культуре и образе жизни цивилизации, с которой мы столкнулись. К примеру, весьма вероятно, что разумная раса развилась на основе хищного вида и потому до сих пор обладает некоторыми характеристиками хищников. (В среднем хищники на Земле умнее своих жертв. Такие охотники, как тигры, львы, кошки и собаки, пользуются своим интеллектом, чтобы подстеречь, напасть и спрятаться; для любого из этих действий нужен интеллект. У всех наших хищников глаза расположены спереди, обеспечивая стереозрение при фокусировке. Добыча, у которой глаза располагаются по бокам головы для лучшего обзора, может только убегать. Именно поэтому мы говорим «хитрый как лис» и «глупый как кролик».) Возможно, инопланетные разумные существа переросли многие хищные инстинкты своих далеких предков, но, скорее всего, в них до сих пор отчасти присутствует сознание хищника (территориальность, экспансия, насилие при необходимости и т.п.).

Если рассмотреть повнимательнее человеческую расу, можно увидеть, что наша сегодняшняя разумность подготовлена по крайней мере тремя основными факторами:

1) отстоящий большой палец, позволяющий пользоваться орудиями и изменять с их помощью окружающую среду;

2) стереозрение — трехмерные глаза охотника;

3) язык, позволяющий нам накапливать знания, культуру и мудрость от поколения к поколению.

Если сравнить эти три черты с характеристиками, которые мы находим в животном царстве, можно увидеть, что под такие критерии потенциальной разумности подходит очень мало животных. Собаки и кошки, к примеру, не умеют хватать и не имеют сложного языка. У осьминогов есть сложно устроенные щупальца, но они плохо видят и не имеют разработанного языка.

Конечно, возможны варианты всех трех этих критериев. Так, вместо отстоящего большого пальца у инопланетных существ могут быть клешни или щупальца. (Единственное условие — они должны иметь возможность изменять окружающий мир при помощи орудий, созданных этими конечностями.) Вместо двух глаз у них может быть больше, как у насекомых. Или вместо глаз у них могут быть сенсоры, улавливающие звук или ультрафиолет, а не видимый свет. Тем не менее, вероятно, у них будут стереоглаза охотника, поскольку интеллектом хищник обычно превосходит свою жертву. А вместо языка, основанного на звуках, у них может оказаться система коммуникации на каком-нибудь другом виде колебаний. (Единственное требование — они должны уметь обмениваться информацией и в конце концов создать культуру, которая переживет много поколений.)

А в остальном может быть что угодно.

Еще один момент. Сознание представителей инопланетной цивилизации, вероятно, будет определяться средой их обитания. Сегодня астрономы понимают, что самые многочисленные зоны возможной жизни во Вселенной — это не землеподобные планеты, где существа могут купаться в теплом свете звезды, а ледяные спутники планет-гигантов вроде Юпитера, которые отделяют от звезды миллиарды километров. Ученые убеждены, что на Европе — луне Юпитера — под ледяной коркой скрывается жидкий океан, разогреваемый приливными силами. Поскольку Европа, обращаясь вокруг Юпитера, вращается, гравитационное поле планеты-гиганта стискивает ее в разных направлениях, что вызывает в глубинах планетоида сильное трение. Выделяется тепло, образуются вулканы и горячие донные источники; лед плавится, образуя жидкий океан. По мнению ученых, океаны на Европе достаточно глубокие, а их объем во много раз превосходит объем земных океанов. А поскольку планеты-гиганты есть у половины всех звезд на небе (их примерно в 100 раз больше, чем землеподобных планет), то и самой распространенной формой жизни во Вселенной могут оказаться обитатели ледяных лун газовых гигантов, похожих на Юпитер.