Будущее – дело тёмное
Шрифт:
Боевик, в очередной раз приложивший теоретика лицом о землю, мгновенно выпрямился и посмотрел на меня едва ли не с ужасом. Эд со стоном сел, рукавом вытирая бегущую из носа кровь, и враждебно уставился на противника.
– Я не собирался его трогать, – бросил Риннар. – Сандера…
– Уйди! – выдохнула я, переводя взгляд с побитого теоретика на мгновенно стушевавшегося боевика. – Просто уйди, ладно?!
Он отрывисто кивнул и скрылся за поворотом, а я склонилась над Эдгаром:
– Сильно досталось? Где болит? Позвать доктора?
– Нормально, –
Я опустила глаза. То, что произошло, никак не вязалось с тем образом Риннара Шаридена, что сложился у меня за последние дни. И потому я спросила:
– Что случилось? Ведь не просто же так вы сцепились!
– Случилось то, что он посчитал мое присутствие рядом с тобой излишним, – сквозь зубы процедил Эдгар, трогая разорванный ворот рубахи. – А я посмел не согласиться.
– И вы решили меня поделить? – опешила я.
– Я защищался, – насупился теоретик, баюкая правую руку. – И тебя, между прочим, защищал.
От чего только, интересно?
– Не заметила опасности, уж извини.
– Он боевик, – так, словно одно это объясняло абсолютно все, заявил Эд. – Они же смотрят на нас свысока! Возомнили о себе невесть что, а сами… Только и могут, что кулаками махать.
– Не надо так, – не сдержалась я.
– Защищаешь его? – поразился теоретик, причем настолько, что про пострадавшую руку забыл, экспрессивно ею взмахнув и даже не поморщившись.
– Никого я не защищаю. Просто это неправда, – нахмурилась я.
Я прекрасно понимала, что Эд зол, но не могла слышать несправедливых слов.
Уже живя у деда, мы с мамой несколько раз ездили к отцу. И в один из наших визитов там, на границе с Леднолесьем, произошло нечто, что навсегда определило мое отношение к боевикам. Я собственными глазами видела, чем им приходится жертвовать.
Прорыв границы. Глухой, сотрясающий землю сигнал тревоги. Жуткие твари, заполнившие улицы… И маленькая непослушная девчонка, удравшая от родителей. Сколько было чародею, вставшему между мной и существом, несколько лет кряду являвшимся мне после этого в кошмарах? Вряд ли больше двадцати пяти.
Если бы не он, я бы погибла. Если бы не я, он бы выжил…
Я до сих пор помнила это. До сих пор. И если бы мне когда-либо пришлось выбирать между чужой жизнью и своей, я вовсе не уверена, что смогла бы гордиться выбором. А ребята с боевого смогли бы. Их этому учат. Это в их крови. Но сейчас, глядя в глаза озлобленного теоретика, я не знала, как объяснить то, что чувствовала, то, что поняла для себя давным-давно и что считала ясным и понятным каждому.
– Просто ты не хочешь видеть эту правду! – рубанул ладонью воздух Эдгар.
– Видимо, она у каждого своя, – вздохнула я, окончательно убедившись, что Риннар лишь слегка потрепал Эда, не причинив ему большого физического вреда. Чего не скажешь о вреде моральном… – В лечебницу все
Посчитав свой долг выполненным, я зашагала в обратном направлении.
– Сандера!.. – растерянно позвал Эдгар, но я не обернулась.
Хорошее настроение испарилось, как его и не бывало. Нужно было о многом подумать, вот только думать совершенно не хотелось.
То, что парни подрались из-за меня, было ужасно неправильным, и я вопреки здравому смыслу чувствовала себя виноватой. Хотя, казалось бы, в чем именно? Я не встречаюсь с Эдгаром и не давала никаких обещаний Риннару, а значит, они попросту не вправе втягивать меня в свои разборки.
Вот и пусть оба идут к свиллам. А я в этом участвовать категорически отказываюсь.
Глава 5
В библиотеку я все-таки пошла. В компании Ритты, о чем почти сразу пожалела. Подруга, обычно тонко подмечавшая мое настроение, и в этот раз заподозрила неладное. В попытках разузнать, в чем дело, она отвлекала меня от книг. Справедливости ради стоит заметить, что я больше переворачивала страницы, чем читала, потому как слова не складывались в предложения и теряли смысл, но и говорить о произошедшем не хотелось. Жаль только, для Ритты одного моего нежелания оказалось недостаточно…
В читальном зале было пусто, светильники под зелеными абажурами создавали атмосферу уютную и немного таинственную, шелестели рассеянно переворачиваемые мной страницы… Сияла глазищами Ритта, добившаяся-таки своего и с восторгом ловящая мой шепот: мы никому не помешали бы, но нарушать тишину не разрешалось, за это библиотекарь мог и на выход указать.
– А это уже интересно! – улыбнулась она, когда я замолчала.
– Не вижу ничего интересного, – проворчала я, надеявшаяся на дружескую поддержку.
– А ты обернись, – посоветовала Ритта.
Я обернулась – и принялась торопливо складывать свои конспекты в сумку.
– Сандера, не уходи, пожалуйста! – попросил Эдгар, остановившись у нашего стола. – Я знаю, как мое поведение выглядело со стороны, но могу все объяснить.
– Объясняй, – милостиво позволила Ритта, пока я решала, нужно ли мне это.
Сверкнув на подругу сердитым взглядом, все же кивнула выжидательно мнущемуся возле стола Эду. Он присел на стул, покосился на даже не скрывающую любопытства Ритту…
– Она останется, – предупредила его вопрос я.
Теоретик вздохнул, но спорить не стал. Вместо этого проникновенно посмотрел на меня и выдал:
– Не связывайся с Шариденом.
– Я и не думала.
– Вот и не думай.
– А чего ты раскомандовался? – не выдержала Ритта. – Риннар, между прочим, Санни жизнь спас.
– Герой в сияющих доспехах, – криво усмехнулся Эд. – Скажите, что вы вообще знаете о Шаридене?
Ритта лишь плечами пожала. По вполне понятным причинам боевики ее не интересовали. Меня же больше заботила учеба, нежели слухи о ком бы то ни было.