Будь со мной
Шрифт:
Розовые шарфы служили кодовым словом: входи, а потом пеняй на себя. Другими словами, моя соседка приятно проводила время со своим возлюбленным. Или же они тихо ссорились, но если так, то очень скоро их ссора обещала перерасти в громкий скандал.
По крайней мере, у меня оставался доступ в ванную комнату.
Я дотащилась до потертого коричневого дивана и плюхнулась на него с грацией беременного горного барана, роняя сумочку рядом с собой. Задрав больную ногу на журнальный столик, я вытянулась, надеясь унять тупую боль в колене.
Грохот за стеной заставил меня подпрыгнуть на месте. Я обернулась в сторону двери и нахмурилась. В следующее мгновение
Он не походил на счастливый стон на грани экстаза. Впрочем, я мало что в этом понимала. В те редкие минуты секса, что случались в моей жизни, я проклинала все любовные романы, которые настойчиво обещали мне неизъяснимое блаженство в постели. Но этот стон звучал неправильно.
Удерживая ногу на столе, я напрягла слух, пытаясь угадать, что там происходит. Дебби Лэмб, моя соседка-первокурсница, казалась очень милой девушкой. Она не распяла меня за то, что я на целый семестр лишила ее удовольствия отдельного проживания, свалившись как снег на голову, и вообще отличалась умом и тихим нравом.
Но вот ее парень – это совсем другая история.
Прошло еще какое-то время, и я расслышала характерное мужское тяжелое пыхтение. Я вспыхнула и резко развернулась, едва не свернув себе шею. Схватив подушку, я уткнулась в нее лицом.
Сомнений больше не было: они занимались сексом.
И я сидела за стеной, прислушиваясь, как самая настоящая извращенка.
– О боже, – простонала я в подушку. – Почему я в этом колледже?
Тупая боль вспыхнула в колене как напоминание.
Медленно я опустила подушку. Дверь напротив, ведущая в другую спальню, оставалась закрытой. С начала учебного года я еще ни разу не видела наших соседок по квартире. И даже успела убедить себя в том, что они невидимки, или нечто вообще несуществующее, или находятся под программой защиты свидетелей, вынужденные скрываться в своих комнатах. Я знала, что они там не умерли, потому что порой, когда выходила в общую гостиную, слышала голоса. Но они всегда затихали, как только чувствовали мое присутствие.
Странно.
Прижав диванную подушку к груди, я полезла в сумочку и достала мобильник. У меня мелькнула мысль написать сообщение Сади, но мы не общались с июля, с тех пор, как я ушла из танцевальной студии. В тот момент я прекратила общение со всеми своими друзьями.
Большинство из них остались в Нью-Йорке. Сади поступила в школу балета Джоффри [8] – в ту самую школу, где я получила полную стипендию на обучение. Они жили моей жизнью – моей мечтой. Но стипендию никто не отозвал. Школа оставила ее для меня, обещая мне место на следующий год, если травма будет вылечена.
8
Джоффри, Роберт (1930–1988) – американский хореограф, продюсер и режиссер, основатель труппы «Балет Джоффри».
Я убрала телефон обратно в сумочку и в обнимку с подушкой откинулась на спинку дивана. Доктор Морган из Университета Западной Вирджинии, который делал операцию, оценил мои шансы на полное выздоровление на девяносто процентов, если не случится повторной травмы. Многие сочли бы такие шансы высокими, но эти десять процентов пугали меня до смерти, и я даже не позволяла себе думать о них.
Прошло еще минут сорок, дверь в спальню открылась, и в гостиную вышла Дебби, приглаживая каштановые волосы длиной до плеч и укладывая их кончиками
– Ой! – Ей явно было неловко. – Надеюсь, ты не слишком долго здесь торчишь?
– Нет. Всего пару минут… – Я замолчала, приглядываясь к соседке, пока та расправляла край блузки с нежным цветным принтом. Судя по ее красным опухшим глазам, они опять ругались. Должно быть, в конце концов помирились, но вообще-то ссорились они так часто, что я не раз задавалась вопросом, остается ли у них время на что-то еще, кроме ругани и примирительного секса.
Следом за ней вышел Эрик, что-то набирая на экране смартфона. Его короткие темные волосы торчали вверх. Надо отдать ему должное, парень был хорош собой, но я никогда не понимала, почему его считали привлекательным. Он слыл крутым парнем в студенческом братстве, к которому принадлежал и Джейс, в старшей школе вообще считался звездой баскетбола местного масштаба, но характером и поведением больше напоминал загнанную в угол гиену.
Сунув телефон в карман джинсов, он изобразил на лице подобие улыбки, и я еще больше разволновалась.
– Ты в порядке? – спросила я Дебби.
– Конечно, в порядке, – усмехнувшись, ответил за нее Эрик.
Пропустив его ответ мимо ушей, я многозначительно посмотрела на соседку, однако та быстро кивнула.
– Да, все здорово. Мы собираемся пойти перекусить перед вечеринкой. Хочешь с нами?
Не успела я открыть рот, как Эрик поспешно ответил и за меня тоже.
– Похоже, ее беспокоит колено, так что ей, наверное, хочется побыть дома.
Я закрыла рот, а Эрик начал подталкивать окончательно смутившуюся Дебби к двери.
– Ты придешь на вечеринку?
На самом деле меня не приглашали, хотя я знала, что, если приду, никто ничего не скажет – за исключением Джейса, а его мне совсем не хотелось видеть.
Я пожала плечами.
– Еще не решила.
Дебби задержалась у двери.
– Ладно, тогда…
– Детка, давай, я чертовски голоден. – Эрик с силой схватил ее за руку, чуть ли не впиваясь пальцами в нежную кожу. – Уже поздно.
При виде этой мертвой хватки меня словно опалило огнем. Сколько раз Джереми вот так же хватал меня? Боюсь, не сосчитать. Зрелище вызывало тошноту, заставляя вспоминать то прошлое, что лучше было не ворошить.
Робкая улыбка дрогнула на губах Дебби.
– Напиши, если захочешь… или что-нибудь понадобится.
Эрик пробурчал что-то себе под нос, и они ушли. Я смотрела им вслед, и мои мысли сами собой перенеслись на пару лет назад.
– Ты знаешь, что я чертовски голоден, – сказал Джереми, грубо хватая меня за предплечье. Он сжимал пальцы, пока я не закричала от боли. Салон автомобиля вдруг стал слишком тесным. Мне не хватало воздуха. – Чем ты так долго занималась? Опять трепалась по телефону?
– Нет! – Я знала, что нельзя ни дергаться, ни шевелиться, потому что любая попытка высвободиться еще сильнее разозлит его. – Просто разговаривала с Кэмом.
Он чуть успокоился, и пальцы ослабили хватку.
– Он дома?
Я покачала головой.
– Я говорила с ним…
– По телефону? – Черты его лица исказились, и на моих глазах симпатичный парень превратился в монстра. Я поморщилась, когда его пальцы еще больнее впились в кожу сквозь рукав. – Кажется, мы договаривались насчет телефона?