Будь хорошей, девочка

Третьякова Марина

— Катю привез в роддом, — Дэн переминался с ноги на ногу, явно замерзая в легкой курточке.

— Она рожает? Уже? — заметила, что к остановке подъехал мой автобус, но прощаться не спешила. Сама удивилась радости, которая охватила меня, когда увидела знакомого.

— Да нет, пока на сохранение. Вдруг роды начнутся, а она в деревне, скорую пока дождешься…

Не успела сообразить, как слова сорвались с языка, удивив, кажется нас обоих.

— А к ней можно приходить? Я бы заскочила вечерком.

Денис

ненадолго завис, но тут же пожал плечами.

— А почему нет? Конечно. Там посещения с семи до полдевятого. Мне на работу надо, но я хотел ей завезти пакет.

Я только сейчас обратила внимание на ношу в его руках.

— Я могу, если хочешь. Все равно вечером свободна. Да и с Катюхой бы с удовольствием повидалась.

Дэн, не долго думая, передал мне пакет и благодарно улыбнулся.

— Слушай, спасибо, Мариш. У тебя номер ее есть?

— Есть. Я сейчас домой заскочу, а после заеду.

Денис облегченно вздохнул.

— Я думал, придется отпрашиваться с работы, чтобы ей передать, а тут ты.

Второй автобус подъехал, и я засобиралась, торопясь закончить с делами.

— Слушай, мой автобус. Я побегу?

— Ладно, спасибо, ты меня очень выручила. Я Кате позвоню, передам, что ты заедешь.

— Без проблем. Пока!

Бегом нырнула в автобус, помахав Денису на прощание.

Сейчас заеду домой. Потом отвезу пакет Кате, и сразу заберу машину у родителей, этот козлина наверняка уже уедет.

Со спокойной душой рассчиталась за проезд и села на свободное место, ощущая себя почти счастливой.

Почти.

Катя спустилась на первый этаж приемного покоя в цветастом халатике и домашних тапочках. Русые волосы были заплетены в длинную косу, открывая взгляду миловидное лицо и изящную шею. От неё веяло уютом. Мягкая улыбка, добрые глаза и округлившийся животик сделали из девушки самого милого человека на свете.

— Привет, Мариш, — Катя так крепко меня обняла, что стало страшно за малыша в животике. — Я так рада тебя видеть. Денис сказал, ты заедешь.

Она отстранилась и села на деревянную лавочку, кивая на место рядом.

— Привет. Слушай, хорошо выглядишь, — опустилась я на сиденье и поставила между нами пакет. — Тут Денис передал вещи, а я принесла фрукты. Хотела пирожное, но побоялась, что нельзя.

В прошлый раз на гулянке Катя с удовольствием уплетала черничное пирожное, и я едва удержалась, чтобы не купить ей его сейчас.

— Нельзя, врач меня посадил на диету, перед родами поменьше сладкого и мучного.

— Но ты и так худая, куда еще?

— Думаю, перестраховывается. Успею еще наесться, когда рожу.

Логично.

Улыбнулась, и, убрав пакет вниз, замерла, услышав голос подруги.

— Как у Никиты дела? Не видела его с гулянки. Купил он квартиру-то?

Напряглась, с отвращением осознавая,

что сердце сбилось с ритма, стоило услышать знакомое имя. Но ведь это от ненависти, так?

Натянула рукава кофты ниже, скрывая запястья, и пожала плечами.

— Насчет квартиры не знаю. А в остальном нормально у него. Побрился.

— Серьезно? Ты шутишь? Кириченко побрился? Да не поверю ни в жисть!

— Эээм. Ну да, вчера видела его без бороды. А почему не поверишь?

Стало не по себе. Не хотелось тратить время на разговоры об этом мудаке (уроде), но, к сожалению, мое сердце считало иначе.

— Он же с Базиком поспорил, что побреется только в крайнем случае. Да-да. Леха тогда еще пошутил, что он как бомжара с бородой, а Никита сказал, что будет обрастать, пока не появится стимул побриться. Или девушка, ради которой он возьмет в руки бритву.

Бред какой-то. Хотя… Может, он побрился ради Вероники?

Настроение вконец испортилось, и теперь его вряд ли что-то заставит подняться. Катя недоуменно покачала головой и повторила, глядя в пространство.

— Надо же, Кириченко побрился. Капец…

И тут в голову пришла мысль и, подпитавшись неизвестно откуда взявшейся храбростью, я задала вопрос, мучивший меня столько времени.

— Кать, а почему вы звали его Кирилл?

— Не Кирилл, Мариш. Кирьян. У него еще со школы такое погоняло. Из-за фамилии Кириченко. У нас вообще погоняла часто вместо имен использовали. Базик, Каштан, Кирьян. Ну ты поняла, — Катя коснулась моей коленки и доверчиво посмотрела в глаза. — А я думала, ты пошутила тогда, когда спросила про владельца клуба. Просто у тебя такое лицо было серьезное, хотя все знали, что Кирьян — Никита. Постой, ты реально не знала?

Опустила взгляд и помотала головой. Не знала того, что знали все… Глупо.

— Аленка тогда, конечно, изводилась из-за тебя. Никита когда в отпуск приехал, ее окучивал. А потом внезапно тебя привез и на нее перестал обращать внимание. А знаешь… — Катя оживилась, и сев вполоборота ко мне, затараторила: — После пятого я уеду домой, и мы устроим посиделки. Не знаю пока точную дату, но хочу, чтобы ты была. Пообещай, а?

В её глазах было столько неприкрытого восторга, что я невольно улыбнулась.

— Я, наверное, не смогу… — прикинула, но отпуск у меня до двадцать пятого, так что… Успею. — А что будет после пятого апреля?

— Как что? Сынок родится…

Ладошкой по лбу и засмеялась. Блин. Ну конечно.

— Я приеду. Только скажи сразу, что вам подарить, а иначе куплю десятый по счету горшок или ванночку. Как бывает по закону подлости.

Катя рассмеялась и махнула рукой.

— Да не волнуйся. Главное, сама приезжай…

— Спасибо за приглашение.

Мимо нас прошла женщина в униформе медсестры.