Бубновая дама
Шрифт:
И Гарри не стал спрашивать. Лучше вообще ничего не знать, чем быть обманутым. Мадам Лекарт откроет ему правду, когда сможет, а он пока подождет. Ведь только благодаря своему терпению он постепенно восстановил семейную репутацию, состояние, поля. Он восстановит и ее доверие к мужчинам. Но до тех пор не вернется домой, потому что каждую минуту будет беспокоиться за нее, думать, в безопасности ли она и не увлечена ли другим мужчиной, который не достоин ее.
Если он оставит мадам Лекарт одну в столице, то лишится покоя дома. Он просто обязан завоевать доверие cherie. Как друг. Большее вряд
В гостинице их встретили шумно и доброжелательно. Все Брауны хотели, чтобы гости чувствовали себя как дома, в особенности леди, избранница их молодого успешного грамотея.
Джон Джордж был любимцем всех братьев и сестер, племянников и племянниц. Они были готовы принять любую женщину, которую бы он привел в семью. Конечно, Хеллен не привыкла общаться с такими людьми, но все были ей очень рады, и Джон Джордж с удовольствием представил ее как свою невесту. Куини с облегчением увидела, что та произвела хорошее впечатление, а семейство Браун, в свою очередь, произвело хорошее впечатление на Куини.
Они были доброжелательны, без всякого намека на порицание происхождения Хеллен или Чарли. Помощника Куини поздравили с новой для него должностью грума и отправили с двумя старшими мальчиками ухаживать за «его» лошадьми.
Просто люди, которые держат в своем доме убийц и сумасшедших, подумала Куини, должны быть терпимее и снисходительнее других. Что значит какое-то пятно незаконнорожденности в сравнении с болезнью этого толстого человека, который сидел, завернувшись в простыню, словно в тогу?
Они были сплоченной, дружной семьей. Все помогали накрывать длинный стол в общей комнате гостиницы, даже сыновья Браунов носили подносы с едой. Все проявляли внимание к старой глухой тетушке, которую требовалось кормить с ложки, и к худой женщине, которая отказывалась есть из своей тарелки, потому что она не белая.
Произнесли тосты за гостей, в ответ Гарри от лица приехавших тепло поблагодарил хозяев. Когда подняли бокалы за молодую пару, миссис Браун кашлянула, чтобы предупредить возможные непристойности.
— Только не при детях. И не будем смущать дорогую мисс Петтигру.
Как будто чье-то сочное замечание могло вогнать в краску Хеллен, общавшуюся с матерью и ее друзьями. Миссис Браун все больше нравилась Куини, ей также нравилось что Хеллен подходит этой милой, веселой семье.
Чего она не могла сказать о себе. Куини делала вид, что ест и потягивает вино, улыбалась добрым шуткам, по возможности неопределенно отвечала на вопросы. Никогда в жизни Куини не обедала за столом с таким количеством людей. Может, только в приюте, который совсем не помнила. Тут все друг друга знали или были родственниками.
Гарри увлеченно разговаривал с братьями о фермерских заботах, отец семейства, к радости миссис Браун, ел так, словно голодал несколько дней. Хеллен была в центре внимания, упиваясь им. Чарли почти ни к чему не притронулся от возбуждения, ему впервые предстояло увидеть поросят и цыплят, живых, на свободе. Парфе расположился под стулом худой хозяйки, поедая зеленые бобы, оранжевую морковку, красное мясо.
Даже Рорк чувствовал себя как дома.
Куини была посторонней
Эти милые, приличные люди хотели знать о ней, и она не должна им лгать. Если бы не Гарри, сидящий рядом, она бы сбежала. Пешком вернулась в Лондон, в свое гнездышко над магазином, где могла спрятаться, пока опять не станет мадам Лекарт.
Но Куини не хотела испортить удовольствие другим, разочаровать Гарри. Он считал ее храброй, что, наверное, было величайшим заблуждением. Она продолжала говорить себе, что доверяет Гарри, хотя и не может открыть ему все секреты ради его же безопасности. Но несмотря на это, он не даст ей утонуть в море незнакомых людей.
Гарри все время смотрел на нее с улыбкой, один раз даже коснулся руки, передавая тарелку. Потом озабоченно нахмурился, заметив, как побелели у нее костяшки пальцев, державших нож, которым она резала мясо на мелкие кусочки. Она заставила себя проглотить один из них и улыбнулась в ответ. Под скатертью Гарри ободряюще похлопал ее по колену, и Куини почти успокоилась.
Ей нужно улыбаться, смеяться, выглядеть счастливой, потому что Рорк наблюдает за ней. Могло показаться, что он занят едой и женщиной, сидевшей рядом, но его взгляд постоянно обращался к ней, а не к Гарри или человеку, ради которого он приехал. Неприятный, пронизывающий взгляд. Куини опасалась, что он видит не только ее дрожащие колени, но даже комок в горле и спазмы в желудке. Он знает, что она подделка.
Куини рассмеялась, пытаясь флиртовать с бородатым главой семьи, мистером Джозефом Джейкобом Брауном, сидевшим напротив нее.
Тот покраснел. Гарри уронил вилку. Рорк наконец отвел взгляд.
В конце концов, она довольно искусная подделка.
Глава 21
Единственным, кого абсолютно не интересовало происходящее за столом, был худой мужчина с бесцветными поредевшими волосами, одетый лучше, чем остальные мужчины. Он ел и пил, как все, но разговаривал только с одной девушкой, его соседкой. Хотя Куини не видела этого человека перед обедом, ей не составило труда определить, кто это, даже сидя на противоположной стороне длинного стола. Издалека он совсем не выглядел сумасшедшим, только отчужденным и несколько высокомерным.
Филан Слоун.
По-видимому, она произнесла это имя вслух, потому что Джозеф Браун тоже посмотрел в его сторону.
— Да, это наш мистер Слоун. Вы, должно быть, слышали, что он в некотором роде чудовище. Все это знают, хотя граф и пытается утаить правду. Но здесь он ведет себя прекрасно. Вежливый, спокойный, он не доставляет нам ни малейших хлопот.
Слоун действительно не выглядел буйным. Вряд ли бы ему позволили сидеть за столом, если бы он бросался тарелками с едой… или ножами.