Брутфорс 2
Шрифт:
Гелий снова взял слово:
— Как видите, предусмотрены и некоторые опасности. Наши неведомые оппоненты постарались. Поэтому взвесьте свои силы. Вас здесь сейчас пятнадцать человек. Нам нужно десять добровольцев, потому что больше в помещении все равно не поместится. Кто готов посмотреть на объем работ, следуйте за Вадимом.
— Я готов не глядя! — раздался сзади веселый голос. — Больеш. Абитуриент. Вроде как поступил, но не успел оформить зачисление. Я теперь бездомный, карточка в общаге не работает. Подозреваю, что столовская тоже. Можно это как-то
Ага, этот был тот самый последний в списке парень. Выглядел он самым разгильдяйским образом — в шортах и рубашке, которая своим видом не уступала рванине, которую я на побережье носил.
Марго подняла голову:
— Да, с этим решено. После сегодняшней встречи подойдите в Администрацию, там выдадут новые карточки. Они должны были уже сделать объявление об этом.
Одна из девушек подняла руку:
— Карточки дадут только тем, кто согласится?
Марго гневно вскинула брови.
— Конечно, нет! Карточки дадут всем. Тем, кто согласится, будут выплаты и благодарность университета.
Девушка кивнула и руку опустила.
— Чо, хочешь отказаться? — спросила ее вторая девушка.
— Ни за что! Спрашиваю для друга, — огрызнулась та.
Марго продолжила.
— У тех, кто успел оформить зачисление, должно быть всё в порядке. Но если нет, то тоже подойдите в Администрацию. Карточки в корпус, библиотеку и столовую восстановят. Только новые зачисления пока оформить нельзя.
Народ закивал в знак того, что всё понятно.
— Тогда мы можем взглянуть на размер ущерба, — объявил Гелий. — Идите и смотрите, я останусь здесь. Потом вернетесь и продолжим. Вам понадобятся рабочие очки, у кого с собой нет, попросите у тех, у кого есть.
Мы потянулись к лестнице за Вадимом и Марго.
— А что это за здание? — шепотом спросила одна из девушек. — Я на кампусе уже неделю, но его совершенно не замечала.
— Это Корпус-концентратор, — выдала загадочную фразу Марго. Поняв, что никто ничего не понял, пояснила. — Сюда попадает всё, что не должно пропасть. Два этажа сверху просто поддержка, основное в подвале. Мы сейчас зайдем на первый этаж, сдадите слепок.
— Разве мы еще его не сдали, когда нам замеряли способности?
— Нет, там это не снимается. Мы берем его только при оформлении практики в инкубаторе. В нормальном состоянии мы должны были прийти к вам с этим зимой, но нужно сейчас.
Я задумался. А у меня брали? Должны были. Мы подошли к комнате с надписью «Органика» и выстроились в очередь.
— Риц, — выдернул меня Швед из очереди. — Не тупи. Ты всё сдал, когда тебе пропуск в инкубатор оформляли — с обеих ладоней. Иначе ты бы внутрь не мог самостоятельно попасть.
— А, понял, — согласился я. — Я что-то не понял, что это за слепок. И когда вы его сняли?
— Я же тебе говорю, когда пропуск делали.
— А сейчас зачем? Там будет дверь?
— Дверь там будет. Но слепок снимают не за этим, — усмехнулся Вадим. — Нужно чтобы сейчас внутрь не попал никто из тех, кто эту аварию устроил. Поэтому
Зима, которой тоже не надо было ничего сдавать, подняла брови:
— Вы тогда сразу узнаете, это взлом или авария?
— Нет, потому что мы не можем по слепку определить намерение. Хотели люди всё это сломать, или просто идиоты. Это мы определим в процессе.
Зима кивнула.
После того, как все сдали слепки, мы двинулись на подземный этаж.
У двойных дверей в помещение стояли два человека, похожих на Вадима, только моложе.
— У кого есть, надеваем очки, — скомандовал Вадим и вытащил из кармана свои.
Рабочих очков не было только у Больеша, остальные немедленно откуда-то повытаскивали очки и надели. Вадим протянул руку к сенсорной панели, дверь отщелкнулась, он вошел внутрь, а мы за ним.
Зрелище и впрямь поражало воображение. Я, пожалуй, согласился бы с Гелием — это было и правда красиво. Перед нами стоял прозрачный силовой барьер, отделяющий содержание хранилища от нас. Само же хранилище сверху донизу было заполнено светящимися клубочками разного цвета и размера.
— Ох, — вздохнула одна из девушек.
— Да, — отметил Вадим. — Сложность в том, что здесь, как легко догадаться, данные не только за этот год. А за последние двадцать лет. И мы не знаем, что тут где, чтобы вытащить в первую очередь это лето. Поэтому разобрать надо всё. Вот смотрите, что надо будет делать.
Вадим подошел к рабочему месту, которых действительно было ровно десять. Сел за планшет, протянул руку сквозь силовой барьер и вытянул один клубочек. После чего осторожно его развернул, распрямил и скормил в планшет. Развернутые нити клубочка бодро всосались внутрь. Выглядело все это довольно легко, но клубков этих было какое-то космическое количество.
Сзади Больеш зашептал кому-то:
— Дай очки посмотреть, ща верну.
— Можно мне попробовать? — попросил Вадима я.
— Можно, — разрешил Вадим. — Только еще момент. Внутри этого клубочка может быть ловушка. Я не могу сказать, что это будет, попытается ли она уничтожить планшет, взорваться или вцепиться вам в лицо. Поэтому правило: вы ничего не делаете с данными, пока в помещении нет никого из нашего ведомства, либо кого-то из ваших преподавателей. Они смогут купировать угрозу. Например, сейчас меня страхует Марго.
Я моргнул. Вот это да. Даже этого мужика надо страховать. Все равно хочу попробовать. И я снова подал голос:
— Я понял. Можно уже попробовать?
— Идите, — Вадим нахмурился. — И будьте внимательны. Если вам покажется, что с фрагментом что-то не так, вы немедленно привлекаете внимание того, кто страхует. И объявление всем остальным. Слушайте внимательно, если кто-то из ваших попросил о помощи, вы не берете новые фрагменты, а заканчиваете свою операцию и ждете, пока ситуация не разрешится. Лучше проявить осторожность. Мы до конца не знаем, с чем имеем дело.