Бронтозавр

Плавильщиков Николай Николаевич

Мегалозавр рассвирепел. Он не ел уже несколько дней и был очень голоден. Гора мяса мелькала перед его глазами и раздражала его. Он утратил всякую осторожность и стал прыгать, как попало. Он бросался бронтозавру прямо на шею, прыгал навстречу тому страшному цепу, который сбивал его на землю.

Тем временем молодой бронтозавр успел встать. И когда около него тяжело рухнул снова сбитый на землю мегалозавр, он поднял ногу и придавил хищника.

Мегалозавр захрипел, забил по земле хвостом…

Старик-бронтозавр, увидев соперника, снова бросился

на него. Но теперь бронтозавр не принял боя. Он попятился, повернулся и быстро зашагал прочь от поляны. Громовый рев понесся ему вдогонку, но он не ответил на вызов, даже не оглянулся. Он — бежал.

Соперник остался на поляне. Его ярость нашла выход — он набросился на мегалозавра и принялся топтать его. Он топтал его до тех пор, пока от мегалозавра не осталось и следов. Тогда он поднял голову и заскрипел. Беглец не ответил, хотя и слышал вызов, — он пробирался сквозь заросли, чтобы уйти подальше от опасного соседства.

IX. БЕГСТВО

«ОЙ, КАК СТРАШНО!»

Небольшой зверек промелькнул меж листьев цикадеи, пробежал по длинному черешку и перебрался с листа на лист. Он был величиной с крысу, его тело покрывала реденькая шерстка, небольшие глазки смотрели бойко и лукаво. Когда к цикадее подошел бронтозавр, зверек на миг замер, притаившись на листе, а потом снова побежал по черешку. Ящер задел боком ствол цикадеи, дерево вздрогнуло, черешки качнулись, и зверек упал на бронтозавра. Он уцепился коготками за толстую кожу, повис на ней, а потом побежал по спине ящера.

Бронтозавр вздрогнул. Он не видел того, кто бежал у него по спине, но ощущение чего-то копошащегося на коже было неприятно. Потом страх охватил гиганта, он вздрогнул еще раз, встряхнулся и быстро зашагал вперед. Зверек еще крепче вцепился в кожу, притих на несколько минут, а потом побежал к шее, перебрался на нее…

Громкий рев вырвался из пасти бронтозавра — рев страха. Его ноги подогнулись, хвост взметнулся, шея задергалась… Зверек повис на коже, цепляясь за шею ящера изо всех сил… Тогда бронтозавра охватил такой ужас, что он упал на песок, повалился на бок и принялся елозить шеей по песку, стараясь сбросить с нее то, что цеплялось, царапало, щекотало.

Зверек тотчас же соскочил на песок. И тут-то перед глазами бронтозавра на миг мелькнуло крохотное тельце. Бронтозавр встал и зашагал прочь.

Он продолжал встряхиваться, подергивать кожей, размахивать шеей и бить хвостом по сторонам. Ему казалось, что по спине кто-то ползает, кто-то царапает кожу. От этого ощущения он не мог освободиться весь день. И поздно вечером, начав коченеть, он нет-нет — подергивал кожей, словно вспомнив про маленького зверька, пробежавшего днем по его спине.

Крохотный зверек был одним из сумчатых зверьков, недавно появившихся на земле. Он принадлежал к тем маленьким, смелым животным, с большим мозгом в большой голове, которые шли на смену громоздким ящерам и должны были со временем сделаться настоящими властителями земли.

БРОНТОЗАВРИХА

Спасаясь

от зверька, бронтозавр отошел, далеко в сторону от дельты реки. Здесь болота и озера встречались уже не так часто, но и тут было много зарослей, и тут инстинкт продолжал шептать «здесь» и гнал ящера вперед.

И вот, на одном из озер, бронтозавр издали заметил голову на длинной шее. Он заскрипел, сверкнул глазами и пошел к озеру. С озера донесся ответный скрип. Этот скрип не был вызовом на бой, он был нежен и призывен, — то был скрип самки.

Бронтозавр подошел к озеру, вошел, не останавливаясь, в воду и двинулся к голове, видневшейся вдали от берега.

Волны плескались о берега, хвощи гнулись и качались, ил клубами поднимался сзади ящера и мутил воду. «Тук-тук-тук» билось сердце бронтозавра, и кровь все быстрее и быстрее текла по его телу.

Самка подняла голову, повернулась и медленно пошла навстречу бронтозавру.

Они сошлись, вытянули шеи и дотронулись друг до друга кончиками морд. Потом встали рядом, опустили головы под воду, выдернули по пуку водорослей и принялись жевать их. Это была странная встреча и еще более странное приветствие, но бронтозавры были очень прожорливыми животными и никогда не упускали случая поесть.

Так стояли они рядом и ели почти полдня. И только когда солнце перешло на запад, они почувствовали себя сытыми. Все реже они опускали морды в воду, реже выдергивали пучки водорослей, медленнее жевали. И когда они перестали есть, то снова конец морды бронтозавра прикоснулся к телу самки…

Они двинулись к берегу, но не успели дойти до него. Солнце нырнуло за облака, побежали тени, сразу потянуло холодом. Бронтозавры остановились, огляделись, повернули и пошли к середине озера. Наступала ночь, время оцепенения.

Утром они проснулись и принялись за еду. А пока они ели, откуда-то донесся рев. Бронтозавр сразу перестал жевать, выронив из пасти пук водорослей. Он поднял голову, прислушался, и глаза его заблестели, а шея начала раздуваться. В реве слышался вызов, ревел — где-то еще очень далеко — самец, ревел соперник. Теперь, когда самка была рядом, бронтозавр стал смел и решителен, он никого и ничего не боялся и он не намеревался уступить место без боя. Раскрыв пасть, он ответил таким криком, что самка, привыкшая к реву самцов, даже отшатнулась от него, оглушенная этим громоподобным ревом.

СТАРЫЙ ЗНАКОМЫЙ

Бронтозавры перекликались долго. Чем ближе раздавался рев соперника, тем сильнее раздувалась шея бронтозавра и тем ярче отливалась она то красно-бурым, то фиолетовым цветом. Иногда он в ярости взмахивал хвостом, и тогда волны вперегонки бежали к берегу и гнули хвощи. Он то высоко вскидывал голову и ревел в небо, то вытягивал шею по воде, и звук катился по озеру, отталкивался от берега и гремел среди зарослей. Он в нетерпении переступал ногами, и все глубже опускалась в воду его спина — такую яму протоптал он в мягком дне озера.