Брона

Кейси Л. А.

— Оставь меня в покое. Я лишь сделала то, что мне сказал Доминик! — прокричала Бранна, взбираясь на батут, который Доминик выиграл в конкурсе на «Фейсбуке» в прошлом году.

Я понятия не имела, зачем он учувствовал в конкурсе, честно думая, что батут будет пропадать зря, но вы будете очень удивлены, узнав, как часто братья скачут на нем, словно кучка маленьких детишек.

— Я не говорил тебе выливать на неё воду, ты лживая маленькая...

— Давай Доминик, рискни, закончи это предложение, — голос Райдера резко

оборвал Доминика.

Я стащила мокрую резинку с волос, после чего завязала их в неряшливый пучок. А когда посмотрела на Доминика, то из моей груди вырвался легкий смешок, потому что в тот момент он выглядел так, словно хотел возразить Райдеру, но знал, что этого лучше не делать. Вероятно, Доминик мог уложить Райдера на лопатки, но опять же, я никогда не видела Райдера в деле, поэтому, насколько мне было известно, он вполне мог бы вырубить Доминика.

— Как мне кажется, он собирался назвать её лживой маленькой, переносящей венерические заболевания, шлюхой... что было бы в высшей степени точным описанием.

Было ли это лишком жестоко?

Доминик ахнул:

— Я всего лишь собирался назвать её стервой, а не так, как ты только что сказала!

Райдер пихнул Доминика в плечо, что заставило его зашипеть от боли. Мне это показалось забавным. Я повернулась к батуту, на котором сейчас прыгала моя сестра, как какой-то ребенок, переевший сладостей.

— Отстань от меня, Брона, — небрежно бросила она, и насколько я могла видеть, сучка улыбалась.

Она думала, что была забавной?

Ещё посмотрим.

— Ты думаешь, это забавно? Думаешь, обливать меня водой — это забавно? — прорычала я, взбираясь на батут.

— Над чем я смеюсь, так это над тобой, гоняющейся за мной в майке и трусах... хотя, лучше даже сказать в мокрых бабушкиных труселях. Они выглядят ужасно.

Я отшатнулась назад, как если бы она ударила меня.

— Возьми свои слова обратно! Они удобные... я не могу спать в стрингах или в ещё каком-нибудь подобном дерьме!

Бранна дьявольски улыбнулась.

— Что Доминик думает о твоих бабушкиных труселях?

Я сузила глаза и прокричала:

— Доминик, тебя заботит, что я надеваю бабушкины труселя в постель?

— Что? Эм, нет. В смысле, я, конечно, предпочитаю, чтобы на тебе вообще ничего не было, ну, или, по крайней мере, стринги, но все они соскальзывают одинаково, так что мне все равно.

Я услышала, как Алек прыснул со смеху, в то время как я разочарованно покачала головой. Доминик никогда не упускал возможности сказать не то, что нужно.

— Его это не заботит.

Бранна улыбнулась.

— Да, я слышала.

Я сощурила глаза.

— Иди сюда.

— Нет.

Я улыбнулась.

— Почему?

— Я что, по-твоему, идиотка?

— Да.

Бранна проигнорировала меня и сказала:

— Я не собираюсь приближаться к тебе, потому что

знаю, что ты ударишь меня сразу же, так только я подойду достаточно близко.

Я нашла равновесие на движущимся батуте.

— Ты вылила ледяную воду мне на голову и испортила мою постель... Как мне кажется, один удар — это не большая расплата за такое ужасное пробуждение.

— Но твои удары очень болезненны.

Я приподняла бровь.

— Все удары болезненны.

Бранна покачала головой.

— Ты бьешь как мужчина, поэтому твои удары гораздо болезненнее.

Я была оскорблена, но в то же время странным образом польщена тем, что она назвала меня сильной.

— Бранна, ты тридцатиоднолетняя женщина, так начинай уже вести себя подобающе своему возрасту.

Бранна с шумом выдохнула.

— Тебе сегодня двадцать один, но, тем не менее, ты гоняешься за мной по дому как десятилетка. Посмотрись в зеркало, прежде чем говорить людям вести себя «подобающе их возрасту».

Я фыркнула.

— Пофиг. Через девять лет тебе уже будет сорок.

С тех пор, как Бранне исполнилось тридцать, никому не было позволено упоминать число сорок в её присутствии, что, конечно же, означало, что я постоянно дразнила её тем, что сороковой поезд приближался к ней все больше и больше.

Завизжав, Бранна бросилась на меня, словно разъяренный бык, но по той причине, что она стояла на батуте, она плашмя шлепнулась у моих ног, не успев и пальцем меня коснуться. До меня донесся хохот парней, и сама я тоже тихо рассмеялась, однако через мгновение Бранна уже обернула руки вокруг моих лодыжек, потянув за них. Я взметнулась в воздух и приземлилась спиной на батут, предварительно отскочив от него.

— О, боже мой. Это было невероятно! Доминик, ты видел? — заливаясь хохотом, прокричала я.

— Да, видел, детка... и кроме того я вижу, как Бранна приближается к тебе.

— Бро, ты испортил весь элемент неожиданности! — рявкнул Алек на Доминика, вызвав у него смешок.

Я перестала смеяться и оторвала голову от батута как раз вовремя, чтобы увидеть надвигающуюся на меня Бранну.

— Никакой пощады! — прорычала я и откатилась в сторону.

Бранна лицом плюхнулась на батут, и пока она ещё не успела сориентироваться, я прыгнула на неё, заложив руки ей за спину и сев ей на задницу, чтобы удержать остальную часть её тела.

— Слезь с меня! — рявкнула Бранна.

Я приподняла бровь и склонилась вперед, приблизив рот к её уху.

— Какую часть от «никакой пощады» ты не поняла?

— Всю фразу! Слезь с меня!

Я даже и не подумала пошевелиться.

— Попроси прощения за то, что облила меня водой — и я слезу.

Бранна закричала от досады.

— Я не сдвинусь, пока ты не извинишься.

Бранна сделала несколько глубоких вдохов, а затем гневно выплюнула:

— Прости меня, довольна?