Бродяги
Шрифт:
Рация Хоука три раза щелкнула, и через статистическое потрескивание прорвался голос генерала.
— Подкрепление на подходе. Расчетное время прибытия — четыре минуты. Отбой.
Получив сообщение, Джеральд кивнул и принялся снова пристально следить за лачугой. У него вспотели ладони, и он покрепче ухватился за ветку. Следующие четыре минуты могли растянуться на миллиард лет.
Внезапно раздался пронзительный женский крик, полный ужаса.
— Оливия! — не успев понять, что делает, Джеральд соскользнул вниз по дереву и выхватил оружие.
Хоук последовал за
— Кричала девочка.
— Да, она.
— Ох, черт, мы выступаем немедленно, да?
***
Вошло двое мужчин, улыбавшихся как Чеширские коты и переводивших взгляды с одной женщины на другую. Тот, что повыше, смотрел на Стеллу, гордо расправившую плечи.
— Мне нравятся сочные блондиночки постарше, — судя по голосу, Филиппе. Он указал на Дакоту. — Вот эта шлюха убила Альфонсо.
— И тебя я тоже прикончу, дружок, — выплюнула она, присев в низкую защитную позицию.
— Черт, Мигель, — расхохотался Филиппе, — на твоем месте я бы опасался ее коготков.
— На твоем месте я бы опасалась не только их, — продолжила задирать его Дакота, — и на твоем месте я бы сию секунду развернулась и вышла за дверь.
Стелла увидела свой шанс противостоять похитителям. По тому, как Мигель распушил перья, она определила его как человека, жаждущего проявить себя, отчего он становился легкой мишенью.
— Мне кажется, они не так умны, как ты думаешь, — Стелла окинула его взглядом и цокнула языком. — Думаю, ты им не по зубам. Только взгляни, какие они тощие. Неудивительно, что их назначили прислугой.
— Закрой пасть, тупая сука! — закричал Филиппе и отважился шагнуть к ней.
— О, да, — она небрежно откинула волосы за плечо. — Определенно внизу списка. Иначе с чего назначать двоих мужчин охранять трех женщин и маленькую девочку? Сразу видно, ваш босс считает, что вам…
Филиппе напал, но Стелла была готова. Увернувшись, она быстро запрыгнула ему на спину и, обхватив ногами, руками сдавила его шею. Он попытался выкрутиться, однако Стелла держалась изо всех сил. Она чувствовала, как по ее животу потекла теплая кровь из открывшейся раны. И все же Стелла не решалась отпустить Филиппе, несмотря на боль от его попыток освободиться. Приложив все свои силы до последней капли, она сдавливала его шею, пока ей в руку мучительно не впился кадык. Стелла подналегла еще немного.
Когда напарник Филиппе попытался вмешаться, Дакота ушла вниз и сделала подсечку. Он повалился и растянулся на полу. Дакота моментально запрыгнула на него и прижала к земле. Они начали бороться, и она почти нащупала на его ремне нож. Мигелю удалось побороть ее и, выхватив оружие, вонзить ей в плечо. Повернув нож, он вогнал его глубже, и Дакота вскрикнула. Мигель повалил ее на бок и навис над ней.
— Давай, Жасмин! — выкрикнула она.
С оглушительным визгом Жасмин сорвалась с места и, метнувшись через лачугу, налетела на Мигеля, упав вместе с ним. Освободившись от него, Дакота встала на ноги и вскрикнула, вытаскивая нож из плеча. Жасмин уже снова была на ногах и бросилась в угол, где ее ждала перепуганная девочка. Оливия истерично рыдала, закрывала ладонями уши и, стоя
— Я же говорила, что убью тебя, — зарычала Дакота с гримасой на лице и склонилась над растерявшимся Мигелем. Больше не проронив ни слова, она стремительно рухнула на колени и со всей силы вонзила лезвие по центру его лба.
Стелла продолжала душить Филиппе, спотыкавшегося и метавшегося из стороны в сторону. Она боялась, что руки подведут ее прежде, чем он потеряет сознание. С каждой секундой они немного слабели, как бы Стелла ни старалась сохранить твердость.
— Немного помощи не помешает! — крикнула она Дакоте, пару раз пнувшей Мигеля, ставя точку и обозначая свою позицию.
— С радостью, — подскочила она к Филиппе. — Отпускай его, — велела Дакота.
Стелла послушалась и, ослабив захват, наконец-то рухнула на грязный пол. Она осталась на месте, хватая ртом воздух и зажимая рану. Видение Стеллы начало темнеть по краям, и она неуклонно слабела от кровопотери. Кто бы мог подумать, что крошечная дырочка может нанести столько ущерба?
Филиппе вынул из-за пояса свой собственный нож, и они с Дакотой несколько раз прошлись по кругу, выискивая друг у друга слабые места. У него часто вздымалась грудь, и он судорожно пытался отдышаться, возвращая кислород, которого его лишила Стелла.
— Думаешь, я боюсь тебя, девчонка?
Он бросился вперед и повалил Дакоту на пол. Она с размаху приземлилась на спину и хватала ртом воздух. Филиппе обеими руками занес нож и приготовился вонзить его ей в грудь.
Закричав, Стелла с Жасмин сорвались с места и бросились на защиту.
«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, Боже», — взмолилась Стелла, напав на Филиппе. Жасмин поскользнулась и упала на Дакоту. Он нанес удар.
По тесной лачуге разнесся треск разрываемой плоти и повторялся, пока Филиппе полосовал Жасмин ножом. Оливия завалилась на грязный пол в позу эмбриона, где ее рвало между душераздирающими рыданиями и криками.
Оказавшись в ловушке под Филиппе и телом Жасмин, Дакота пыталась освободиться.
— Стелла! — закричала она, отбросив свой нож. — Я не могу выбраться!
Стелла уставилась на окровавленный клинок в шаге от нее. Могла ли она зарезать человека? И стало бы ей легче, если считать убийство самообороной? Стелла с легкостью прощала людей, убивавших ради выживания. Но могла ли убить сама?
Дакота продолжала бороться и, используя труп Жасмин в качестве щита, прикрывалась им от ударов. На очередном особо сильном выпаде она обеими руками схватила Филиппе за запястье, отчаянно удерживая лезвие над своей шеей.
— Чтоб тебя, Стелла! Прикончи его!
— Черт! — выругалась Стелла и бросилась к ножу. Схватив его, она замахнулась и со всей силы вонзила прямо в мягкую плоть на горле Филиппе.
Он зашипел и, содрогнувшись, повалился на Жасмин и Дакоту.
Внезапно раздался грохот выстрелов, настолько перепугавший Стеллу, что ей на миг показалось, будто Филиппе чудом выжил и открыл огонь. Лишь через долгую секунду, услышав вопли Оливии, она поняла, что стреляли за стенами лачуги. Совсем близко.