Бродяга

Кружевский Дмитрий Сергеевич

Лайм молча кивнула и, снова поправив сползший ремень импульсника, спросила:

– Интересно, зачем он стрелял по девушке?

Рен пару минут молчал, затем отошел в сторону и, выковырнув из песка плоский камень, запустил его по поверхности воды, затем вновь повернулся к девушке.

– Не знаю, возможно, хотел пугануть, но промахнулся. «Оружейники» никогда не поворачивают оружие против человека – это их неписаный закон.

– А зачем их вообще на Землю пустили?

– Так не было причин отказывать, – ответил Айко, рассеянно оглядываясь. – Ребята уже пару раз у нас бывали и до этого момента ничего подобного

не делали, вели себя вполне цивилизованно. К тому же они друзья дочери одной высокопоставленной дипломатической шишки. Так что, – он развел руками, – сама понимаешь, причин для отказа не было.

– И все-таки…

– А вот. – Рен нагнулся и, вытащив из песка еще один голыш, вопросительно посмотрел на Лайм. – Что «все-таки»?

– Все-таки их подозревали?

– Не сразу. Первые подозрения возникли после того, как в блогах сталкеров появились заявления о предстоящем «Большом Шухере на задворках миров». По фоткам стало ясно, что намечается это действо именно на Земле – вот тогда наши службы начали шевелиться, шерстить подноготную всех прилетевших за последнее время. Ну а после того как выяснили, что эта троица относит себя к сталкерам, меня послали проверить возможность их причастия к этой афере, причем сделать это надо было без лишнего шума. Кое-кто в верхах, – он ткнул пальцем в небо, – боится шаг лишний сделать, чтобы не дай бог вызвать недовольство в Анклаве, – политика, мать ее за ногу, во всей красе.

– Хм. – Лайм окинула товарища задумчивым взглядом. – Рен, скажи честно, ты ведь сейчас работаешь совсем не в ЦИВК. [54]

– В точку, красавица. – Айко наставил на нее оба указательных пальца. – Разрешите представиться: майор госбезопасности Земной Федерации Рен Айко. – Он вытянулся в струнку и попытался щегольски щелкнуть каблуками, но вместо этого только сгреб сапогами песок, вызвав у девушки короткий смешок.

– Ну тогда понятно, – улыбнулась она. – А то я все гадала, что это тебя подтянули для подобной операции, ты же из «Искателя» лет пять назад ушел.

54

ЦИВК – Центральный институт высокосложных киберсистем.

– Семь, – поправил ее Айко и, бросив из-под ладони взгляд на сияющее в горизонте солнце, добавил: – Жарко, может, искупаемся, а то пока в Центре решат, что нам делать дальше, делать все равно нечего.

– Я без купальника.

– Так это же еще лучше, такие обводы грех прятать, поверь ценителю.

Его восхищенный взгляд скользнул по телу девушки, заставив ее тонкие брови сойтись к переносице.

– Ты что думаешь, если я не совсем человек, то у меня стыда нет? – В голосе Лаймалин зазвучали ледяные нотки, заставившие Айко смутиться. – Не переходи границы, Рен, рука у меня тяжелая.

– Нет, Лайм, я совсем не это… я, эх… – Он махнул рукой. – Прости дурака, ляпнул не подумав. Ты действительно красивая, но у меня и в мыслях ничего не было. Ты же знаешь, что для меня, кроме Минако, других женщин не существует.

– Ты сам-то в это веришь? – буркнула девушка, криво улыбнувшись. – Ладно, лезь купайся, а я лучше посторожу: кто знает, что от этих «туристов» еще ожидать можно.

– Лады, заодно и до сейпера сплаваю. Гляну, может,

что уцелело.

Он растегнул комбинезон, и тут его «запястник» издал пищащий звук. Рен бросил на него быстрый взгляд и нажал пиктограмму приема, развернув перед лицом тонкую полоску плазмоэкрана.

Видимо, вызов был личный, потому как вокруг головы Рена заклубилась серая дымка, не позволявшая слышать, о чем он говорит с невидимым собеседником. Впрочем, продолжалось это недолго. Экран с легким звоном разлетелся мелкими искорками, и на Лайм взглянули карие глаза мужчины, полные неприкрытой тревоги.

– Что-то случилось?

– Да. – Айко одним резким движением руки заставил ткань комбинезона срастись. – Нужно идти.

– Куда?

– Судя по карте, недалеко, всего пара-тройка километров к востоку отсюда.

– И что там?

– Старая база ОША, и в ее районе замечена какая-то активность. Черт, времени мало…

Лаймалин пристально посмотрела на мужчину, на лице которого нервно играли желваки, и тихим голосом спросила:

– В чем дело, Рен?

– В том, что там некогда базировались гиперзвуковые бомбардировщики ДРК-69 класса «Смертоносец», – так же тихо ответил он. – Представляешь, что эти дуры могут натворить?

Девушка нахмурилась, а перед глазами уже возникла картинка плосконосой машины с треугольными крыльями, услужливо подсовываемая одним из встроенных в мозг имплантов.

– До пяти термоболических ракет во внутрикорпусных пилонах, – пробормотала она, вчитываясь в бегущие строчки ТТХ. – Надеюсь, ваши предки додумались их демонтировать.

– И я на это надеюсь, – ответил Рен, – очень надеюсь, однако в Центре хотят перестраховаться. Нам дали всего час, чтобы попытаться стабилизировать ситуацию. Если это не удастся, то при малейшем подозрительном шевелении ее сотрут в порошок вместе с этой частью острова. Пострадают люди… много людей. Тут в округе несколько мелких деревушек плюс туристы плюс… – Он скрипнул зубами. – Всех эвакуировать даже за пару суток не успеют, хотя нас могут забрать хоть сейчас. Но ты же понимаешь?

– Конечно, понимаю, не дура. – Лайм перекинула ремень импульсника через голову, чтобы тот не мешал при беге, и, посмотрев на товарища, добавила: – В конце концов, мы же спасатели и давали клятву рисковать… Ну что, давай наперегонки?

Айко улыбнулся и коротко кивнул.

* * *

Аманда осторожно приоткрыла дверь и, оглядев пустую спальню, мысленно бросила: «Чисто, похоже, наш профессор на первом этаже, или же его вообще нет дома».

«Будем надеяться, что он внизу, а то неохота уходить пустыми», – так же мысленно отозвался Таниел, послав вдогонку мыслеобраз поцелуя, и, получив в ответ изображение изгибающегося обнаженного тела, расплылся в довольной улыбке предвкушения.

«Если никого не найдем, может, попрыгаем немного перед уходом?»

«Я не против, дорогой, – в голове Тана послышалось шаловливое мурчание. – Тем более там, в спальне, приличная кроватка. Чур, я сверху и…»

Внизу что-то звякнуло, заставив агента замереть, вскинув руку в предупредительном жесте. Голос Аманды в голове послушно умолк, словно боясь, что его услышат. Ланк указал пальцем вниз и передал своей напарнице мыслеобраз с довольной ухмылкой.

«Похоже, наша мышка все же в норке».