Бродяга

Кружевский Дмитрий Сергеевич

Нигранец несколько мгновений молчал, косясь куда-то вправо, на что-то находящееся за пределами видимости камеры, затем быстро дернул плечами друг к другу, что, судя по всему, означало знак согласия.

– «Энвенс-Эк», это командующий трейком [38] артал [39] Торус. Мы вас слышим.

– Артал, я хотел бы получить объяснения по сложившейся ситуации и узнать, почему вы ведете преследование данного корабля. В противном случае мы должны будем вмешаться.

38

Трейк – небольшая группа из 3–5 кораблей.

39

Артал,

ка-артал, нирус, ка-нирус, урак – звания высшего офицерского звена во флотах Федерации.

– Вы уверены, что ваше вмешательство поможет? – Безгубый рот нигранца скривился в некоем подобии презрительной ухмылки.

– Хотите попытаться? – В голосе торкленца скользнули ледяные нотки.

– Что вы, капитан, помилуй меня Великие Созидающие…

– Капитан, крайтер СиБЭЗа перешел на среднеорбитальную орбиту и идет на сближение. – Голос Тайк заставил Кира отвлечься от мониторов и бросить взгляд на центральный экран, где появилось изображение сигарообразного корабля. Кирилл облегченно вздохнул и с благодарностью посмотрел на торкленского капитана.

– …И тем не менее я настаиваю, что имею право задержать этот космолет и даже прибегнуть к силовому захвату в случае неподчинения в связи с тем, что на борту этого корабля находится беглый преступник, нанесший значительный материальный урон Конгломерату.

– И кто же это?

– Некий Рикан кер Нум Давор, бывший бортмеханик второго класса торгового корабля «Таурис» гильдии свободных торговцев Аркаса. Он был осужден на тридцать стат-лет каторжных работ, но, не отбыв и половину срока, бежал.

Сибэзовец нахмурился.

– Почему вы уверены, что он на этом корабле?

– Позвольте, я передам вам все данные, а заодно свой личный номер, чтобы подтвердить свои полномочия.

Кирилл, наблюдавший за этой беседой, мысленно выругался. Такого поворота события он не ожидал. Несмотря на скандал с мековской базой на Энгмаре, с Рика действительно до сих пор не были сняты ложные обвинения. Некогда его торговый корабль преследовал транспорт Конгломерата в надежде, что тот выведет их к планете с дайтанскими артефактами, а в результате эта погоня привела их прямо в лапы мековского патруля. Те недолго думая взяли нахальный космолет на абордаж и, перебив половину экипажа, отправили выживших в тюрьму, обвинив их в нападении на какую-то окраинную колонию и убийстве мирных жителей. Обвинения были довольно серьезными, ибо за подобные преступления любой разумник объявлялся вне закона и на него начиналась настоящая охота. Кирилл скрипнул зубами. Мековцам нужна была причина для нападения – официальная причина, и, к сожалению, она у них была. Сейчас они действуют по закону, и патрульный вряд ли будет им мешать, скорее уж поспособствует в случае чего.

– Не могу вам препятствовать, – словно в подтверждение его мыслей раздался голос торкленского капитана. – Однако все же настаиваю, чтобы огонь вы открывали только в случае прямого неповиновения.

– Естественно, капитан, естественно, – довольно оскалился нигранец. – Именно так и будет в случае прямого неповиновения.

Капитан патрульного крайтера бросил быстрый взгляд на Кира, и в его глазах мелькнули искорки сочувствия. Землянин зло впечатал кулак в мягкий подлокотник кресла, быстро перебирая в уме варианты дальнейших действий. Несмотря на все преимущества «Геры», бой с тремя мековскими ханлайнерами, да еще на низкой орбите, где возможность для маневра куда меньше, чем в открытом пространстве, был бы чистым самоубийством. К тому же проблемы с двигателями… Конечно, можно было попытаться уйти в атмосферу, приземлиться где-нибудь и, оставив космолет, затеряться среди множества туристов, однако эту мысль Кир отверг сразу. Бросать «Геру» он не собирался. И дело тут было не только в том, что хранящаяся в закрытых блоках ее памяти информация, возможно, была его единственной надеждой на возвращение. Он просто сроднился с этим кораблем, сросся с ним душой. К тому же однажды он

уже потерял одну Геру… Кирилл вздохнул, отгоняя видение яркой вспышки над морем, и с хрустом сжал кулаки. Из сложившейся ситуации был только один выход, хоть и весьма рискованный. Только вот имел ли он право подвергать опасности остальных членов экипажа? На миг перед его внутренним взором встала заплаканная мордашка Эйры, которая расстроилась из-за отлета Кианы. Черт! Кир скрипнул зубами. Что же делать? Сдача мековцам тоже ничего хорошего не сулила: об их варварском обращении со своими пленниками и теми, кого они считали преступниками, ходили весьма пугающие истории. Говорили об избиениях, пытках, биологических экспериментах и практически рабском положении многих заключенных, которых корпорация использовала для различных работ на своих базах. Впрочем, о последнем факте Кирилл сам знал не понаслышке. Перед глазами был пример Рика, который как раз сбежал с подобной каторги на Энгмаре. А уж как использовали на мековских базах заключенных женщин, Давор рассказывал много раз. И ведь эти гады могут не пожалеть даже Эйру. Кирилл резко выпрямился в кресле, чувствуя, как отступает последняя тень сомнения, и решительным голосом скомандовал:

– Гера, самую малую мощность на носовые излучатели. Цель – патрульный крайтер.

Мековец на экране непонимающе вскинул брови, а сибэзовец на мгновенье нахмурился, затем в его глазах вспыхнул огонек понимания, а губ коснулась легкая улыбка.

– «Поисковик», вы понимаете, что хотите сейчас сделать? – спросил он.

Кир коротко кивнул.

– Гера, три импульса, беглым, огонь.

Изображение торкленского корабля на миг полыхнуло разноцветными сполохами, показывающими срабатывание защитного поля, а лицо мековца на экране вытянулось от удивления.

– Космолет «Гера» бортовой номер «3789терна3». – В голосе капитана патрульного корабля зазвучали официальные нотки. – Вы подвергли нападению боевой космолет СиБЭЗа. Требую заглушить реакторы, лечь в дрейф и ожидать прибытия абордажной команды. В случае неподчинения буду вынужден открыть огонь на поражение.

– Мы подчиняемся, капитан, и заранее приносим извинение за это досадное недоразумение, – ответил Кир, с победной усмешкой смотря на офицера МеКТоКа, до которого, судя по его несколько ошарашенному виду, только сейчас стала доходить суть происходящего.

Хрипло выругавшись на торкленском, он бросил на ухмыляющегося землянина уничтожающий взгляд и отключил связь. Угловатые туши мековских ханлайнеров тут же стали медленно отворачивать в разные стороны, посверкивая сполохами маневровых двигателей. В это же время от сигары патрульного корабля отделилась черточка десантной капсулы и неторопливо поплыла в сторону «Геры».

– Капитан, вы рисковали, – как всегда, невозмутимым голосом заметила асторка, разворачивая свое кресло и пристально смотря на Кира своими бездонно-черными глазами.

– Я знаю, Тайк, я знаю. – Кир обессиленно откинулся на спинку, чувствуя легкую нервную дрожь в теле. – Выбора все равно особого не было.

Девушка пару минут не сводила взгляда с капитана, при этом ее рожки стали дымчато-серыми, затем коротко кивнула и повернулась обратно к пульту.

– Мы могли бы попытаться уйти, – бросила она. – Наша «Гера» куда быстрее мековских «банок».

– Не в этой ситуации, Тайк, – понимающе улыбнулся Кир, потянувшись к кнопке внутренней связи. – Реакторный, Рик, глуши двигатели.

– Что-то случилось, кэп? – раздался из динамика удивленный голос бортинженера.

– Да, кое-что. Глуши движки и готовься встречать гостей.

– В смысле?

– В прямом, – ответил Кирилл уклончиво. – Выполняй приказ, все объяснения потом.

Он отключил связь и несколько минут угрюмо смотрел на экран, следя глазами за приближающейся капсулой, затем тяжело вздохнул и, протянув руку к воротнику, нажал пальцем в центр треугольника эсвээски.

– Всему экипажу. В данный момент мы ожидаем прибытия абордажной команды с патрульного крайтера СиБЭЗа. Прошу соблюдать спокойствие и не оказывать сопротивление. Так было нужно.