Бродяга
Шрифт:
— Я слушаю, Порода.
— Что нового в эфире?
— Все идет по плану, до выхода в заданный квадрат еще тридцать восемь дней пути.
— Ну и порядок… Хочешь кусочек?
— Не понял вопроса. Повторите.
— Торта кусочек не желаешь?
— В моем устройстве не предусмотрен пищеварительный тракт. Питание осуществляется… Так это что? То, что называется «шутка»?
— Да, это шутка, КоК.
— Тогда я должен сказать «ха-ха-ха».
— Да говори что хочешь, тебя никто не заставляет.
— Ха-ха-ха-ха-ха-ха…
— Ну хорош, хорош,
— Да, шеф.
— Лучше придумай нам анекдот. Ну, допустим, про двух бродяг…
— Сейчас, шеф… Готово. Встречаются два бродяги-робота. Один спрашивает у другого: «Не подскажешь, дружище, где мы сейчас находимся?» — «У меня нет глаз», — отвечает второй. — «А чего же ты бродишь во тьме?» — «У меня есть ноги, вот и брожу. Я должен выполнять свою программу». — «А что написано в твоей программе? Для чего ты бродишь во тьме?» — «Я ищу истину», — отвечает робот. «Ну и как, нашел?» — «Пока нет, в программе не написано, что это такое».
Чел с Бородой рассмеялись.
— Ты делаешь успехи, КоК!.. В свободное время можешь заниматься сочинительством, вдруг у тебя талант… Только будь внимателен и не столкнись с чем-нибудь, вдохновение, запомни — коварная штука.
— Есть, шеф.
— По-моему, Чел, это просто плагиат, он нас подслушивал. Так, КоК?
— Вы мне сами задали программу: слушать, о чем вы говорите и делать выводы.
— Ну, и какие ты сделал выводы еще?
— Я знаю, что такое истина.
Чел с Бородой перестали улыбаться и посмотрели друг на друга.
— Это что-то новенькое. Ну и что же такое «истина»?.. Чего же ты молчишь?.. В чем дело, КоК?
— Это была шутка. Вы должны были ответить «ха-ха-ха».
В один из вечеров Бороде стало плохо. Он стал бледен, затруднилось дыхание. Ему становилось все хуже и хуже… Чел достал из рюкзака Бороды пакет с ампулами, сделал какой надо укол. Борода, задышав свободнее, обмяк и скоро уснул. Чел включил сигнал СОС, а сам полез в «коковскую» медэнциклопедию и стал выяснять, что делается в таких случаях…
— Дело дрянь, Чел, — Борода лежал в своей каюте и смотрел в потолок. — Извини, придется доставить тебе лишние хлопоты.
— Перестань, слушать твое нытье не желаю.
— Я хотел бы, чтобы ты похоронил меня на той планете… Координаты я оставил КоКу…
— Слушай, кончай…
— Помолчи, Чел. У меня мало времени, уколы не спасут… Разыщи этого отставного чиновника, — заторопился Борода, — его зовут Отец Алексий… он поможет…
Чел внимательно следил за Бородой, держа наготове ампулу.
— …Чел… — голос становился все тише, — Чел… не верь им… они…
Тут лицо Бороды искривило судорогой. Чел сделал укол…
…Сигнал СОС тоже не помог, никаких кораблей поблизости не было… К утру Борода скончался, не приходя в сознание.
«Судьба похожа на маятник. То — вверх, то — вниз. То
Сбоку на экране засветилась голубовато-зеленая планета, увеличиваясь в размерах. После расспросов: кто, куда и зачем, КоК получил разрешение и стал заходить на посадку. Планета вспухла до границ экрана. Блеснул матовым светом отблеск здешнего солнца в океане, тонкий ровный слой облаков, увеличиваясь, стал распадаться на части, звездолет врезался в жесткую воздушную оболочку, раскаляясь и светясь, как метеорит…
Чел заказал такси. Вдвоем с водителем они осторожно перегрузили гроб в машину, что не вызывало никаких эмоций у водителя. Он, это, видно, понял и вежливо посочувствовал Челу, поинтересовавшись, кто умер…
Около часа они летели над лесами, полями и озерами, пока не приземлились на опушке леса около холма. Невдалеке от маленького уютно присевшего на изумрудную траву деревянного домика, шумело камышами озеро. Чел ступил на песчаную дорожку, проходившую через клумбы цветов к дому, вдвоем с водителем они выгрузили гроб, водитель поблагодарил за чаевые и отчалил, а Чел направился к домику, осматриваясь по сторонам. Навстречу ему с крыльца вышел маленький сухонький старичок с палочкой в руке. Он засеменил к Челу и остановился рядом, внимательно всматриваясь и благожелательно улыбаясь.
Чел вежливо представился и спросил, туда ли он попал, и знает ли о Бороде Отец Алексий, если с ним имеет честь разговаривать Чел. Старичок утвердительно закивал головой, они прошли к гробу, и Отец Алексий почтительно склонил голову:
— Я хорошо его знал, молодой человек…
— Можете называть меня Челом.
— Да, Чел, я хорошо его знал… Он очень хотел здесь поселиться и пожить. Но, болезнь, болезнь… Он недолго страдал?
— Нет.
Старичок кивнул. Он вытащил из кармашка коробок, вызвал дежурную бригаду.
— Пройдемте в мою обитель, Чел… Вы пока отдохните, отойдите от происшедшего с Вами горя. Чувствуйте себя как дома. Я все улажу, все формальности.
Навстречу им уже спешили несколько молодых людей в шортах и майках. Они по приказу Отца Алексия осторожно подняли гроб И понесли к дому.
Гроб занесли под навес, открыли крышку. Отец Алексий посмотрел на Бороду, скорбно молча. Из дома выбежала хозяйка, по-видимому, жена Отца Алексия, запричитала, заохала, засуетилась…
Они зашли в дом, хозяйка накрыла на стол. Из угла комнаты, там, где стояла печь, пахло кислым хлебом, молоком и чем-то еще незнакомым Челу. Обстановка дома была простая, деревенская, как в старых музеях, где рассказывалось о крестьянском быте.