Бриллиант
Шрифт:
— Ты уже оделась? — спросила Твайла из гостиной.
— Почти, — сразу откликнулась Даймонд, несмотря на то что, кроме нижнего белья, на ней ничего не было.
Машинально она принялась шарить у задней стенки шкафа. Найдя то, что искала, Даймонд сняла одежду с вешалки и разложила ее на кровати.
Это было именно то, что нужно. Теперь, если только удастся сломить сопротивление Твайлы, она это наденет. Надо еще немного потянуть время, тогда Твайле не останется ничего другого, только согласиться.
Медленно, словно выполняя ритуал, Даймонд
— Хорошо! — Больше Твайла ничего не могла сказать. Взгляды обеих встретились, и женщины сразу поняли друг друга. Твайла почувствовала, что выбранный Даймонд наряд произведет нужный эффект.
— Давай скорее двигаться, — поторопила Твайла. — Нельзя долго задерживаться, иначе мы попадем в пробку около Оприлэнда.
— Я готова, — откликнулась Даймонд. — Вот только возьму пальто и гитару.
— Косметику не забудь, — напомнила Твайла.
— У меня все, что нужно, в сумочке.
— Господи, да я беру больше, чтобы приготовиться ко сну. Ты меня иногда просто бесишь! — сердито заметила Твайла, хорошо зная, что Даймонд почти никогда не придает значения ее ворчанию.
— Сегодня вечером я — это я! — сказала Даймонд. — Они получат то, что увидят!
«Они увидят гораздо больше того, что ожидают, — подумала Твайла, заводя машину. — Поклонники, которые придут в Опри, увидят, как делается история!»
— Я буду там, — напомнила Твайла. — И, вероятно, твой друг Дуг Бентин. Господи, нельзя забывать и про Дули Хоппера! Он, наверное, так всем надоест, что его выбросят из зала.
Даймонд слушала и кивала, не утруждая себя ответом. И в этом не было нужды. Даймонд знала, что Твайла говорила с ней только для того, чтобы она поменьше думала и не нервничала. Но было уже поздно: Даймонд окончательно разволновалась. И еще ей было грустно. Должно было произойти самое значительное событие в ее жизни, а рядом с ней не было ни одного родственника или любимого, с кем можно было бы разделить это. Она поежилась и поплотнее запахнулась в пальто.
— Замерзла? — спросила Твайла, включая печку. Даймонд кивнула. Было легче кивнуть, чем сказать, что она только что увидела призрак. Призрак Джесса или Джонни, который напомнил ей, что она одинока из-за собственного выбора, а не из-за прихоти слепой судьбы.
Глава 20
Это было не то, чего она ожидала. Недоставало немного волшебства. Но она знала, что волшебство на самом деле исходит от самих артистов, а большинство из них еще не приехали. Сцена и зал все еще были пустыми.
Даймонд стояла на самом краю сцены и с восхищением смотрела на тяжелый, цвета бургундского вина занавес у себя над головой, который позже опустится и отделит ее от зала. Она вздрогнула, предвидя это, и посмотрела на незанятый балкон, затем на ряды стульев
Инженер над балконом проверил освещение и проекцию рекламы спонсоров. «Гранд Оул Опри» на большом экране, висевшем над выходом из-за кулис. Знакомые имена спонсоров заставили ее улыбнуться.
Она росла, слушая радиопередачи из Опри на волнах АМ 650 «Дабл-ю-эс-эм» каждую пятницу и субботу по вечерам. Но никогда, даже в самых своих необузданных фантазиях, она не представляла, что когда-нибудь будет стоять напротив этих знаменитых красных кулис, ожидая своего первого выступления.
Даймонд повернулась и пошла к центру сцены, пока не дошла до темного деревянного круга. Она обошла круг, осматривая его границу с полом, убедилась, что молния не ударит, вдохнула и вступила в круг. Даймонд закрыла глаза и откинула голову, пытаясь представить себе тех известных людей, которые стояли на этой сцене до нее.
— Ты знаешь, на чем стоишь? — спросил Дули, очень удивив ее своим неожиданным появлением.
Даймонд открыла глаза и улыбнулась.
— Как я рада, что ты здесь, — сказала она и посмотрела вниз. — Конечно, я знаю, иначе я не стоила бы тех денег, которые мне платят. Это — часть сцены старой Раймон-Аудиториум, где, бывало, проводились Опри. Верно?
Дули довольно усмехнулся.
— Верно! Давным-давно, даже до твоего рождения, звезды музыки кантри оставляли свои следы на этом куске дерева. Подумай о них! Пэтси Клайн, Хэнк Вильяме, даже Джонни Кэш. Этого достаточно, чтобы тебе стало не по себе. — Дули сдвинул брови и шутливо шлепнул девушку по руке. — Ощущаешь присутствие призраков?
Даймонд кивнула головой и попыталась сосредоточиться. Если представлять себе призрака, то легче всего Джесса или ее отца. Они были самыми важными людьми в ее жизни.
— Я рада, что ты пришел разделить со мной сегодняшний вечер, — еще раз сказала Даймонд.
— Дорогая, я готов пожертвовать всем миром, чтобы не пропустить такую возможность, — сказал Дули. — Нервничаешь? — добавил он, помолчав.
Она кивнула.
— Хорошо! Это значит, что у тебя все хорошо получится. Я буду там, буду поддерживать тебя. Ты должна помнить, кто сидит там в зале, — и он взмахнул рукой. — И ты можешь положиться на тех, кто за тобой.
Дули указал на стулья на сцене, напротив кулис, на которых обычно сидели почетные гости Опри и члены семей исполнителей. Отделенные бутафорским заборчиком и инструментами оркестрантов от выступающих, они имели возможность видеть, что происходит на сцене, лучше, чем обычный зритель.
— Я всегда могу положиться на тебя, — сказала Даймонд. — Пожелай мне удачи.
— Тебе она не нужна, — сказал Дули. — Просто делай то, что, делаешь всегда. Ты лучше всех!
Он обнял ее за плечи, и они вместе сошли со сцены, направляясь туда, где Твайла беседовала с конферансье о том, как представить Даймонд публике.