Бриллиант

Сэйл Шарон

Движения его стали медленными и рассчитанными. Он лег сверху, слегка приподнимаясь на локтях, затем осторожно вошел в Даймонд. Та вздохнула и теснее обняла его за шею. Джесс шептал какие-то нежные слова, покрывая поцелуями грудь Даймонд.

— Я всегда буду заботиться о тебе, дорогая, — проговорил Джесс. — Обещаю.

Любовный жар вспыхнул с новой силой. Даймонд чувствовала, что еще немного, и она окончательно потеряет над собой контроль. Губы Джесса были так требовательны, руки так настойчивы. Даймонд отчаянно выгибалась, стараясь, плотнее прижаться к нему.

Постепенно остатки самообладания покинули

Джесса. Сначала он старался двигаться осторожно, затем стал входить в Даймонд более стремительно, проникая все дальше в горячую влажную глубину.

Дыхание Джесса стало хриплым и прерывистым, словно ему не хватало воздуха. Даймонд подалась к нему, обхватив ногами его спину, и вот они уже представляли собой одно нерасторжимое целое, подхваченное волной невыразимого наслаждения.

Джесс лежал на спине, прижимая к себе Даймонд. Она крепко спала — не просыпалась до самого утра. Джесс лежал, вспоминая первое касание их обнаженных тел и все то, что последовало затем. Никогда прежде ему не приходилось испытывать такой всепоглощающей страсти.

Даймонд тихо застонала во сне, Джессу даже показалось, что послышался всхлип. Он удивленно и испуганно посмотрел на Даймонд, понимая, что женщина, которую он сжимает в объятиях, не просто очередное его увлечение, а что-то очень-очень важное. Джессу было страшно, подумать о том, что ей может быть больно или трудно. Никогда еще он не любил женщину с такой силой и страстью.

— Боже мой, дорогая, — прошептал Джесс. — Нам не нужно было так… Я не должен тебя так сильно любить. — Он нежно погладил ее по обнаженному плечу, затем укрыл их обоих простыней. — Мне нельзя так любить тебя, но это чувство сильнее меня.

Даймонд не слышала этих слов. А когда наступило утро, Джесс не повторил их вновь. Глядя, как солнечный луч переливается в волосах Даймонд, он осторожно поднял руку. И когда Джесс провел пальцами по волосам девушки, они ослепительно засверкали. Как россыпь бриллиантов.

Хенли вошел через заднюю дверь на кухню и приготовил кофе. Только после этого он заглянул в холодильник и обратил внимание на то, что еда, оставленная им накануне, так и осталась нетронутой. Хенли прошел через гостиную, подошел к лестнице и тут увидел рубашку Джесса, валявшуюся на нижней ступеньке. Затем он заметил выше сапожок Даймонд и, улыбнувшись, поспешно отправился обратно на кухню. Судя по тому, что он увидел, хозяин больше не переживал по поводу вчерашней размолвки с Даймонд. Вернувшись на кухню, Хенли вытащил авторучку, бумагу и принялся составлять список необходимых продуктов.

Он вышел на улицу через заднюю дверь и осторожно защелкнул замок. Сегодня Хенли решил устроить себе выходной. Едва ли обитатели дома будут против этого решения.

Где-то в дальнем конце дома зазвонил телефон. Через несколько секунд включился автоответчик. Несмотря на то что Томми отчаянно орал в трубку, никто ему так и не ответил.

Томми злобно швырнул трубку на рычаг. Теперь ничего другого не остается, как ехать на ранчо к Джессу. Он собирается сегодня завершить некоторые дела, а если целый день висеть на телефоне, придется отложить их до завтра.

Томми нехотя слез с кровати и начал одеваться. Он помнил, каким уставшим выглядел Джесс после своего последнего выступления. В глубине

души Томми думал, что не стоит заставлять Джесса заниматься делами в его единственный выходной. Натянув рубашку и брюки, Томми уселся на постели и вытащил нераспечатанную пачку сигарет.

Сигареты он купил еще в Денвере, сразу после того как Джесс отказался от предложения отдохнуть с Бобби Ли. Едва ли не впервые на памяти Томми Джесс отказался от такой соблазнительной женщины.

— Вот чертова баба! — в сердцах произнес Томми, имея в виду Даймонд. Затем снял с пачки обертку и вытащил первую сигарету. Вставив ее в угол рта, Томми чиркнул спичкой и затянулся. Затяжка доставила ему огромное удовольствие. После долгого воздержания вкус табака показался просто восхитительным. Ну что ж, даже если придется какое-то время мириться с тем, что эта блондиночка будет сшиваться возле Джесса, Томми потерпит. И будет начеку. Конечно, в жизни каждого мужчины должны быть свои маленькие удовольствия, но они рано или поздно приедаются. Главное — не забывать о делах.

Даймонд медленно просыпалась. Потерев глаза, она взглянула на Джесса, спавшего рядом с ней. Длинные пряди его темных волос перепутались со светлыми прядями Даймонд. Его черные густые ресницы, жесткие и прямые, отбрасывали небольшие тени под глазами.

Чуть пошевелившись, Даймонд улыбнулась: даже во сне пальцы Джесса властно удерживали ее руку. Даже во сне он не хотел с ней расставаться.

Прошедшая ночь была невероятной, волшебной и… неизбежной. Обоюдное влечение перелилось через край и обратилось в такую страсть, противостоять которой ни Даймонд, ни Джесс были не в силах. Она не хотела даже думать о том, что теперь можно жить без этого мужчины, но Даймонд все же не оставляли опасения. Своей интуиции Даймонд доверяла; но не верила интуиции Джесса. Она понимала, что происшедшее между ними — удивительно и неповторимо, но у нее не было уверенности в том, что Джесс разделяет это мнение.

Не удержавшись, она осторожно провела рукой по темным густым волосам Джесса, отведя упавшую прядь с его лба. Потом Даймонд притихла и залюбовалась его лицом.

Высокие скулы, красиво вылепленный нос в сочетании с волевым подбородком придавали решительность и упрямство выражению лица Джесса. Руки его были худыми и сильными, с длинными пальцами — руки настоящего артиста. Минувшей ночью Даймонд поняла также, что пальцы Джесса весьма умелые: он играл на ее теле, как на гитаре.

Испытывая удивительно приятные ощущения, Даймонд провела кончиками пальцев по коже Джесса, упругой и вместе с тем нежной. Даймонд ощущала крепкие мускулы, сейчас расслабленные, отдыхающие. У пояса заканчивался загар. Взгляд Даймонд упал ниже — и она почти сразу пожалела об этом. Ею вновь овладело желание.

Последние несколько минут Джесс лежал, наблюдая за тем, как Даймонд разглядывает его тело. Как только она посмотрела на его живот, Джесс плотно закрыл глаза и расслабился: пусть его тело само заявит о своих желаниях. Так оно и произошло.

Джесс приподнялся на локте и, взяв Даймонд за подбородок, посмотрел ей в глаза. Зеленые, как весенняя трава, они манили его, обещая наслаждение.

— Ну что ж, доброе утро, — сказал он и поцеловал девушку в губы. — Теперь самое время признаваться, что ты знаешь больше, чем знаю я.