Бригады призраков

Скальци Джон

Помолчав, она продолжала:

– … а в этом случае какой мне смысл выполнять ваши требования?

– Фхилеб Сер, – сказала Саган, – твоя дочь бесплодна.

Молчание.

– Нет, вы этого не сделали! – наконец в отчаянии простонала матерь нации.

– Сделали.

Фхилеб потерла друг о друга ротовые органы, издав жуткий тоскливый звук. Джаред понял, что она плачет. Встав с места, Фхилеб Сер вышла из кадра и вдруг появилась вновь, перед самым объективом.

– Ты чудовище! – выкрикнула она.

Саган промолчала.

Провозглашение

наследницы состоялось, и обратного хода нет. Бесплодная наследница означает конец династического рода. Конец династического рода означает долгие годы смуты и гражданских войн между кланами за право выдвинуть на престол свою матку. А о бесплодии наследницы станет известно, кланы не станут ждать, когда ее жизнь угаснет естественным путем, и междоусобицы начнутся сразу же. Первым делом будет физически устранена царствующая матерь нации, чтобы престол перешел к ее бесплодной наследнице. А после этого уже та станет мишенью наемных убийц. Когда до власти рукой подать, мало у кого хватит терпения просто ждать в бездействии.

Лишив Вийут Сер способности производить потомство, Союз колоний приговорил династию Сер к смерти, а Энешию – к хаосу. Единственное спасение заключалось в том, чтобы матерь нации уступила требованиям людей и согласилась на нечто немыслимое. И Фхилеб Сер это прекрасно понимала.

И тем не менее она предпочла сражаться до конца:

– Я не позволю вам выбирать мне консорта! – возмущенно произнесла она.

– В таком случае мы сообщим маткам племен о том, что твоя дочь бесплодна.

– Я уничтожу ваш шаттл и свою дочь вместе с вами! – взвизгнула Фхилеб Сер.

– Давай, валяй, – невозмутимо промолвила Саган. – И все матки узнают о твоей полной некомпетентности на престоле, которая привела к этому нападению и гибели консорта и наследницы. После чего, скорее всего, ты выяснишь, что, хоть у тебя и будет возможность самой выбирать себе консорта, племена, вероятно, не согласятся вступать с тобой в брачный союз. А не будет консорта, не будет и наследницы. Не будет наследницы, не будет и мира. Нам хорошо известна история Энешии, Фхилеб Сер. Нам известно, что племена и за меньшие провинности не соглашались выдвинуть консорта, после чего матери нации, столкнувшиеся с бойкотом, долго на престоле не засиживались.

– Сейчас этого не произойдет, – заявила Фхилеб, но в ее голосе не было уверенности.

Саган небрежно пожала плечами:

– Что ж, в таком случае убивай нас. Или откажись от наших требований, и мы вернем твою бесплодную дочь. Но ты можешь согласиться на наши условия, и тогда мы окажем тебе всяческое содействие в укреплении династической линии. Только в этом случае энешанское общество не скатится в пучину междоусобных войн. Итак, выбор за тобой. И время для размышлений подошло к концу.

На лице и всем теле матери нации отразилась игра чувств, непривычных из-за чуждой природы существа, которое их испытывало, но от этого ничуть не менее сильных. Душераздирающая борьба

проходила безмолвно. Джаред вспомнил, что говорила на совещании перед операцией Джейн Саган: человечество не в силах одержать верх над энешанцами на поле боя – необходимо сломить их психологически.

Матерь нации гнулась, гнулась и наконец сломалась.

– Говори, кого я должна взять, – убитым голосом произнесла Фхилеб Сер.

– Ху Гельна, – ответила Саган.

Обернувшись, матерь нации бросила взгляд на Ху Гельна, молча застывшего поодаль, и издала энешанский эквивалент горького смешка:

– Я нисколько не удивлена.

– Он отличный парень, – продолжала Саган, – и будет тебе хорошим советчиком.

– Человек, если ты еще раз посмеешь утешать меня, я плюну на все и начну войну!

– Покорнейше прошу меня простить, матерь нации, – сказала Саган. – Итак, мы договорились?

– Да, – пробормотала Фхилеб Сер, снова принимаясь скулить. – О боже! О моя Вийут! О боже!

– Ты знаешь, что должна сделать, – продолжала Саган.

– Я не могу. Не могу! – воскликнула матерь нации.

При звуках ее голоса Вийут Сер, притихшая было, снова принялась корчиться и закричала, призывая мать. Фхилеб Сер отвернулась от объектива.

– Ты должна, – настаивала Саган.

– Пожалуйста! – взмолилось самое могущественное существо на планете. – Я не могу. Пожалуйста! Пожалуйста, человек… Смилостивься, помоги мне!

"Дирак, – приказала Саган, – давай!"

Достав из ножен нож, Джаред приблизился к существу, ради которого погибла Сара Полинг. Огромная личинка, привязанная к столику, извивалась и плакала. Ей предстояло умереть в одиночестве, вдали от всех, кто ее любил.

Не выдержав, Джаред расплакался. Сам не зная почему.

Подойдя к нему, Джейн Саган отняла нож. Джаред отвернулся.

Плач оборвался.

Часть вторая

8

Все началось с черных мармеладных орешков.

Джаред заметил их, изучая товар, разложенный на прилавке кондитерского отдела столовой станции "Феникс", и перевел взгляд дальше, больше заинтересованный шоколадными конфетами. Но затем его глаза сами собой снова возвратились к маленькой коробочке, отложенной отдельно от остальных разноцветных орешков, ссыпанных вместе в большой контейнер.

– Почему вы положили их отдельно? – спросил Джаред продавщицу, когда его взгляд в пятый раз вернулся к орешкам в желе. – Чем черные мармеладные орешки отличаются от всех остальных?

– Их можно или очень любить, или ненавидеть всей душой, – объяснила та. – И те, кто их ненавидит – а таких большинство, – терпеть не могут выбирать их из остальных орешков. А те, кто их любит, предпочитают брать отдельно целый пакетик. Вот потому я и держу их на прилавке особняком.

– А вы сами к какой категории относитесь?