Бригада
Шрифт:
– Не понял, - удивлённо уставился на него Иван, - а где ещё две головы?
– Так это...
– пробасил грустно хриплым басом Горыныч.
– Кащей когда меня усыпил, перед тем как меня превратить в того мерзкого червяка, которым я был последнее время, отрезал две мои головы, запечатал их в сосуд с живой водой, и где-то теперь их прячет. Он специально это сделал, гад. Держит их у себя в заложниках. А знаете, как с одной головой тяжело! Одной есть, одной думать, одной следить за всем, что происходит вокруг...
– Одна - одежду шьёт, одна - пищу варит, одна - детей
– давясь от смеха, продекламировал Вовчик.
Все кто был в зимнем саду, кроме Горыныча, прыснули от смеха. А Горыныч непонимающе их осмотрел, и обиженно поинтересовался у тролля:
– Это ты сейчас о чём?
– Да так! Ты не парься Горыныч, продолжай, - сквозь смех ответил тролль.
– А чего продолжать, - также обижено оглядывая смеющихся друзей, проворчал трёхметровый ящер, - я уже всё рассказал...
И как раз после этих слов Горыныча, сверху раздался треск рам, и на пол посыпались обломки от них. Все отпрянули в стороны, а в центр, свободной от растений, площадки плавно опустился огромный тюк. Внутри него при соприкосновении с полом, что-то звякнуло, явно металлическое.
– Фуух!
– проговорил Жорик, садясь на огромный узел, намотанный на верхушке тюка, - ну и замаялся же я, переть этакую груду золота через весь город.
– Это где ты столько золота надыбал?
– поинтересовался опешивший Вовчик, да и не только он опешил, от такого эффектного появления фея.
– Где-где! На складе, где меня столь любезно запер этот крокодил, был здоровенный сейф. Ну, я его и подломил...
– Невозможно!
– перебил его изумлённый Горыныч.
– Там десять степеней магической защиты стоит. Он сделан из толстенной заговоренной стали.
– Это ещё что за чудо? Постойте-постойте, - не дал никому высказаться Жорик, - я его, кажется, видел, в твоих лубках Вовчик. Он чем-то напоминает Змея Горыныча! Но у того вроде три головы, а у этого...
– Так это он и есть, - подтвердил Тролль, - только Кощей у него две головы спионерил, и ещё коготь магический срезал, а потом его превратил в Адольфа. И заставил на себя работать, а головы в заложниках держал.
– Абалдеть, - поджал нижнюю губу Жорик, а затем, что-то вспомнив, стал развязывать узел на тюке.
– Слушай Горыныч, тогда это наверно твои головастики в этом запаянном аквариуме плавают. Они тоже были в сейфе. Ну, я и их решил прихватить заодно. Знаешь прикольно! Плавают такие в синюшной воде и глазами на тебя так - луп-луп.
– Да как же ты сейф то вскрыл, - опять удивился Горыныч, ласково так поглаживая аквариум, с двумя своими головами.
Те, как только увидали своего хозяина, так от радости и застучали в стенки аквариума носами, и весело забарахтались в воде.
– А чего тут штланного, - ответил за фея Юрец, - он в плошлом жнаменитый медвежатник. Он по таким шейфам шпец, што тебе и не шнилось.
– А-а, можно мне их обратно прирастить?
– Горыныч в надежде посмотрел на Смерть.
– Ну, знаешь дорогуша, - покачала та головой, - я вообще-то Смерть. И привыкла лишать всех жизни. А приращивать... Я таким просто не занималась. НЕ ПРИХОДИЛОСЬ! Могу,
– Да ладно не парься, - махнул ручищей в её сторону тролль.
– Час, полтора и я эти головы присобачу Горынычу на старое место, и они будут как новенькие.
– А ты сможешь?
– Горыныч испуганно кинул взгляд вначале на беззаботного тролля, а потом перевёл его на плещущие в аквариуме головы, и посильней прижал его к груди.
– Да я же в прошлом ветеринар, - почесал подбородок тролль.
– Не Айболит конечно, но всё будет чики-пуки!
– У вас из бригады хоть кто-то есть настоящий строитель, - усмехнулся Иван, обнимая Василису за талию.
– Один медвежатник, другой ветеринар, третья царица, четвёртая Смерть.
– А что, - вопросительно посмотрел на него тролль, - ветеринар не может быть строителем? Вон, папа у нашей царицы, - он кивнул на Василису, - царём ведь был, а заборы красил. Ну, если человеку это по душе. Мне вот по душе, я и решил попробовать себя в строительстве. А знаешь как это интересно. Возьмем, к примеру, плитку...
– Эй, алё! А мне кто-нибудь разъяснит, почему тут так много лишнего народу, - прервал Вовчика осмотревшийся, наконец, к этому моменту Жорик.
– Ну, с Горынычем всё понятно. А эти двое кто?
– он кивнул на Смерть и на Ивана-Царевича.
– И когда это Вася царицей успела стать?
– Знаешь, братан, - начал тролль, - тут такое дело, что без пол-литра не разберёшься. А так как нам сейчас не до пол-литра, разбашляю тебе вкратце, а потом когда всё устаканиится подробнее побазарим, - Жорик кивнул в знак согласия и уселся поудобнее на тюке с сокровищами.
– Так вот, этот мужик в железе - это Иван-Царевич, жених Василисы, которая на самом деле царица Тридевятого царства, а вот эта красотка с голубыми волосами, это наш маклер Смерть, а заодно и крёстная Ивана-Царевича и его матери. Её и Ивана сюда прислала Баба-Яга. Одну в поисках Кащея, так-ка тот похитил мать Ивана, а другого в поисках Василисы, так как этот Кащей, когда был мужем матери Ивана, и окрутив мороком всё королевство, выгнал Василису взашей из того самого королевства, когда увидел её целующуюся с Иваном. Ну, а Горыныча Кащей напоил, тот задрых, а Кащей ему недолго думая отрубил магический коготь и две головы. Коготь воткнул себе в башку и став могучим колдуном благодаря ему, захватил власть в этом городе. А теперь ещё хочет второй раз жениться на матери Ивана.
– Ну, прям как в индийском кине, - присвистнул обалдевший Жорик.
– Теперь ещё прикол будет, если выяснится, что Кащей чей-нибудь папа.
Раздался негромкий кашель, и все подозрительно посмотрели на смутившуюся Смерть.
– Только не говори, что ты его мама, - нервно захихикал Жорик.
– Неужели я такая старая, - подошла Смерть к тюку с сокровищами, и почесала фею, его мохнатое брюшко, от чего тот разомлел, а она продолжила: - Я...его сестра. Старшая.
В наступившей тишине, раздался голос Ивана: