Бригада Обреченных
Шрифт:
Некоторое время он молчал, смотря невидящим взором на стены шатра. Кэн не торопился прерывать его молчание, и пауза тянулась до тех пор, пока не вернулся помощник Сайкса.
– Первое крыло построено, мой Повелитель.
– Спасибо, капитан.
Сайкс повернулся к Кэну.
– Пойдемте со мной, бригадир, я покажу вам новую армию Повелителя Ариакана.
Они покинули шатер. За ними следовали два синих телохранителя. На близлежащей площадке расположился эскадрон рыцарской кавалерии. Все они были в черных доспехах, на черных конях, с поднятыми вверх копьями. Завидев командующего, все они замерли
– В юности Повелитель Ариакан был пленником Соламнийских Рыцарей. В течение многих лет после войны, – объяснил Сайкс Кэну. – Они обращались с ним хорошо, так как признавали его мужество и искусство. Он в свою очередь тоже уважал их.
Кэн моргнул. Вот так новость!
– Он многому у них научился, – продолжал Сайкс. – Многому из того, чем воспользовался впоследствии, когда ему удалось бежать. Кодекс и Мера – то, над чем мы когда-то презрительно смеялись, – позволили Соламнийским Рыцарям сохраниться, остаться самими собой даже в те годы, когда они были презираемы всеми. Повелитель Ариакан установил Закон для наших рыцарей. Закон и Замысел определяют нашу жизнь и в бою, и в мирные дни. Вооруженные Законом и Замыслом мы принесем спокойствие и порядок в этот хаотический мир.
Рыцари застыли как статуи, даже кони не шевелились. Казалось, что и рыцари, и кони вырезаны из обсидиана.
– Расскажите мне о Законе, Повелитель, – попросил Кэн.
– Закон различен для каждого из трех Орденов Рыцарства. Закон, установленный для Рыцарей Лилии, гласит: «Независимость питает хаос. Подчиняйся и будь сильным». Закон для Рыцарей Черепа гласит: «Смерть милосердна. Она внутри, и она снаружи. Сомневайся во всем, не принимай ничего на веру». А для Рыцарей Терновника, или серых магов. Закон гласит: «Следующий заветам сердца увидит, что оно кровоточит. Не верь ни во что, кроме победы».
– А как насчет Замысла, господин? – спросил Кэн, подумав, что ему близки все три варианта Закона.
– Замысел становится доступен всем нам по воле нашей Владычицы. Он открывается каждому, и каждому – по-своему. С его помощью мы узнаем нашу задачу и путь, по которому нам следует двигаться.
Кэн медленно и торжественно вынул из ножен меч. Два телохранителя, держа руки на рукоятях своих мечей, внимательно наблюдали за ним. Кэн протянул меч Сайксу рукоятью вперед.
– Повелитель, прошло уже много лет с тех пор, как мы служили Владычице. Но сражаться – это то, ради чего мы были созданы, то, что мы умеем делать лучше всего. Наши знания могут принести пользу вашей армии. Я предлагаю Первую инженерную бригаду драконидов для службы в качестве подразделения ваших войск. Я уверен, что таково желание нашей Владычицы.
Повелитель взял меч.
– Я принимаю предложение, бригадир Кэн. Я найду дело для ваших драконидов. Когда вы будете готовы выступить?
– Через четыре дня я могу встретиться с вами на первом перевале на пути в Торбардин. Я уверен, что вы направляетесь туда, чтобы взять твердыню гномов.
Командующий промолчал. Потом он заметил:
– Скажем просто, что вы со своим подразделением должны присоединиться к нам у первого перевала на пути в Торбардин.
– Я понимаю, господин. Мы будем там.
– До встречи, – сказал Сайке. Потом он вручил меч Кэна своему помощнику, который торжественно
Командующий отправился на смотр своих войск. Кэн был свободен. Он смотрел на рыцарей в полном вооружении, и душа его пела. Он чувствовал себя умиротворенно, словно, наконец, вернулся домой после долгого отсутствия.
Глава 16
Возвращение к горе Дашинак было долгим. Дракониды двигались в молчании, слышались только шарканье их лап и взмахи крыльев, которыми они отгоняли жару. Лето было на удивление жарким. Кэн не мог припомнить, когда последний раз шел дождь. Даже у гномов, значительно более искусных земледельцев, чем дракониды, посевы засыхали на корню. Зима, похоже, ожидалась тяжелая для обеих рас, живших в долине.
«Но теперь, – сказал Кэн себе самому, – мы не будем больше жить в этой долине. Возможно, нас разместят в каком-нбудь милом городе, например в Палантасе, а может быть, даже в Башне Верховного Жреца. И не будет никаких проблем с едой и питьем».
Эти приятные мечты скрашивали долгий путь. И только в пяти милях от дома его начали одолевать сомнения, из-за которых он даже замедлил шаг.
«Я предаю двадцать пять лет тяжелой работы, забываю двадцать пять лет сражения за выживание. И сейчас, возможно, я веду своих солдат на смерть. Но, – возразил Кэн сам себе, – как я и говорил командующему, мы созданы для войны. Мы солдаты, мы были рождены солдатами, и славу мы обретем в битве. Эта армия рыцарей не может проиграть. И на сей раз мы окажемся на стороне победителей.
Конечно, некоторые из нас погибнут, может быть, даже все, и наша раса исчезнет, но тогда, – добавил он, вспоминая слова Слита. – Мы этого уже не увидим. Значит, и волноваться не о чем».
Однако он не мог не чувствовать печали, думая так. Один из офицеров осторожно прикоснулся к его плечу, призывая к вниманию. Кэн оглянулся и увидел, что вся команда вслед за ним замедлила шаг и смотрит на него вопросительно. Он еще не объявил им о своем решении. А двум баазам, которые его сопровождали, приказал молчать. Он не собирался никого ни во что посвящать до тех пор, пока не определился сам.
– Извините, командир, – сказал его заместителю, – если вы устали, мы можем отдохнуть. Там впереди есть прекрасное места.
– Устал? – зарычал Кэн, оскалившись и сверкая зубами. – Что ты имеешь в виду? Мы отправляемся воевать. И на этот раз мы будем умнее.
Офицер поспешно отступил назад, а Кэн пустился бегом. Он покажет им, кто устал. Он запел марш, а потом перешел на боевую речевку драконидов. В этот момент Кэн принял решение. Дракониды бежали весь остававшийся до деревни путь, и Кэн бежал впереди всех.
Те, кто ожидал их возвращения, выстроились на стенах в полном обмундировании. Кэн привел свой отряд в деревню, и они направились в центр поселения.
– Баглер, труби общий сбор! – приказал Кэн. Звуки трубы разнеслись в воздухе, отдавшись эхом в горах. Многие из драконидов уже были на площади и сейчас строились побатальонно. Буквально через несколько мгновений войско было построено. Кэн не мог вспомнить, чтобы они когда-либо двигались так быстро. Он улыбнулся. Его товарищи были так же взволнованы, как и он сам. На правом фланге стоял Слит.