Брешь
Шрифт:
Трэвис, однако, не думал, что сейчас все обернется таким образом и закончится так просто. После всего случившегося, особенно после прочтения послания на картине в доме Эллиса Кука, это представлялось маловероятным.
Сейчас он смирился с участью, уготованной «Шепотом» ему да и всему миру. Избежать ее все равно не было ни малейшей возможности. Оставалось одно: идти вперед до конца и, по крайней мере, постараться выяснить, в чем этот чертов план заключается.
Забрав у ближайшего охранника пистолет сорок пятого калибра и два запасных магазина, Трэвис направился к выходу. Но остановился.
— Лифт на три этажа ниже нас, — промолвил он. — Тросы оборваны, так что его, надо думать, удерживает трение о стены шахты.
— Ну? — Пэйдж смотрела туда, откуда доносился его голос.
— Кто-нибудь знает, как это исправить?
Глава
44
Пилгрим стоял у раздвинутых и заклиненных в открытом состоянии дверей лифтовой шахты и смотрел вниз, в полутьму. Там, десятью футами ниже, группа под руководством его толстозадого помощника Джекли неплохо продвигалась в деле вскрытия бронированных дверей. Работа была тяжелой и утомительной. Велась она с подвесной платформы, спущенной в шахту на тросах, державшихся на вбитых в пол коридора скрепах. И чем с большим напором вгрызался Джекли в сталь твердосплавными бурами, тем сильнее раскачивалась опора. Чтобы справиться с этой проблемой, работники упирались в противоположную стенку деревянными брусьями сечением два на четыре дюйма. Сам Джекли в процессе сверления налегал на один конец такого бруса спиной. Метод требовал сноровки и скоординированности действий, но давал результаты.
Пилгрим по этому поводу не переживал. По правде сказать, он вообще забыл, когда последний раз переживал. Да и с чего бы ему, если к его услугам имеется «Шепот», все эти годы ведущий его к поставленной им перед объектом цели?
Контроль над «Пограничным городом».
Контроль над всеми теми могущественными предметами, что хранились в Главной лаборатории, там, за бронированными дверями, где находилось множество чудес, сути которых «Тангенс» никогда в полной мере не понимал. Объектов, явно имевших великое и ужасное предназначение, хотя исследователи так и не научились их использовать. А в некоторых случаях — даже как их включать.
Ничего, зато это знает «Шепот». И, попав внутрь, он получит все, что ему требуется.
За прошедшие годы Пилгрим научился не задаваться вопросами относительно весьма извилистого пути к цели, проложенного для него «Шепотом». И неудивительно, ведь объект делал для него великое дело. Дело, которое самому ему нечего было бы и пытаться осилить. Естественно, этот план был загадочным. Естественно, он был сложным, сбивающим с толку. Это являлось составной частью его силы. И сейчас он близился к осуществлению.
Пилгрим находился здесь потому, что доверял «Шепоту» и во всем неукоснительно следовал его указаниям, сколь бы странными они ни казались. Как, например, указание оставить в живых находившихся сейчас наверху пленников, включая Чейза. Того, чью важность по сравнению с остальными особо подчеркивал «Шепот». В чем тут причина, Пилгрим мог лишь гадать. Может быть, из парня со временем — и после оказания должного давления — получится особо ценный помощник? Кто знает… Да и кого
Внизу, на платформе, Джекли, используя твердосплавную насадку скорее как клинок, чем как сверло, прорезал в броневой пластине в фут толщиной круг, и сейчас у него вырвалось возбужденное восклицание, поскольку он вот-вот должен был этот круг замкнуть.
Насадка завершила окружность, вернувшись с другой стороны на то место, с которого началась работа. Вырезанная стальная пробка с глухим звуком просела на дюйм вниз, так что щель сверху чуть расширилась.
— Магнит! — скомандовал Джекли.
Стоявший позади него человек поднял с платформы и подал ему электромагнит. Джекли приставил его к вырезанной стальной затычке и включил. Инструмент с гудением потянулся к металлу с такой силой, что увлек за собой державшего его Джекли. Люди, находившиеся с ним на платформе, бросив остальные дела, ухватились за ручку магнита, чтобы потянуть его на себя.
— Только аккуратно, — предупредил Джекли. — Чем больше высовывается, тем осторожнее тянем.
Благодаря усилиям работников затычка выдвинулась наружу на дюйм, потом на два, четыре, шесть. После восьми дюймов она начала крениться вниз, и Джекли жестом приостановил процесс.
— Ну-ка, отодвинемся, — сказал он.
Его люди перехватили брусья и оттолкнули ими подвесную платформу от двери, так чтобы вырезанный кусок металла упал не на нее, а в зазор, в шахту. Осторожно подавшись вперед и навалившись животом на ограждение платформы, Джекли в последний раз потянул на себя магнит.
Затычка вывалилась из отверстия и полетела вниз, во тьму. А потом упала с такой силой и грохотом, словно выстрелило палубное орудие. Пилгрим почувствовал, как удар отдался дрожью в его костях. Ему это понравилось. Ему вообще все происходящее сейчас очень нравилось. Джекли и остальные смотрели на него снизу вверх, ухмыляясь, как идиоты. При виде этого он расхохотался.
Теперь осталось последнее. Джекли предстояло протиснуться в вырезанную в броне дыру и нажать на рычаг, находившийся в лаборатории, в десяти футах от входа. Двери откроются.
Люди перестали отталкиваться от стены, и платформа снова зависла по центру шахты. Джекли взялся руками за края отверстия, потоптался, прилаживаясь, а потом просунул внутрь голову и плечи. Через несколько секунд он уже наполовину залез туда. Снаружи, комично дергаясь, оставались ноги. Остальные со смехом ухватились за них, подталкивая его вперед.
И тут откуда-то сверху, из чернильной тьмы, раздался пронзительный визг — нечеловеческий; визжал и скрежетал испытывающий трение металл. Потом звук оборвался.
Настала тишина.
Люди прекратили смеяться и задрали вверх головы.
Джекли больше не брыкался.
— Это еще что за дерьмо? — прозвучал из отверстия его приглушенный голос, поскольку большая часть дыры была заткнута его же задницей.
Еще секунду ничего не происходило. Потом Пилгрим ощутил дуновение. Легкий, словно вздох, ветерок пронесся по шахте сверху вниз, отчасти залетев в открытые двери, у которых он стоял. Люди на платформе тоже ощутили дуновение: ветер взъерошил их волосы.