Шрифт:
Часть первая
ОСОБЕННОСТИ КОЧЕВОГО ОБРАЗА ЖИЗНИ
Глава 1
Он был последним из клана «Ловцов удачи», последним из когда-то мощной, широко известной в этих краях банды бредунов, одной из тех, что возникли сразу после Тьмы. Он и родился в кузове грузовика, прямо во время очередного мародерского рейда. Свое первое оружие — нож, он взял в руки, едва научившись ходить. А «калашник» заменял ему детские игрушки. В первый рейд его взяли в возрасте десяти лет. И уже через три года он прославился среди местных
Но все хорошее когда-нибудь кончается. Удача отвернулась от «Ловцов» после злополучной попытки пощипать окраинные деревушки республики Сергиева Посада. Бредуны рассчитывали взять хорошую добычу и спокойно уйти. Они знали, что силовую поддержку республики осуществляют профессиональные бойцы сергиевопосадского ОМОНа. Ребята чрезвычайно серьезные, не растерявшие воинского умения за прошедшие после Тьмы десятилетия. И сумевшие так же хорошо подготовить новое поколение бойцов. Но бредуны не рассчитывали, что реакция на их рейд будет такой быстрой.
Омоновцы подоспели, когда бредуны грабили вторую деревню. Несколько бронетранспортеров с КПВТ не оставили «Ловцам» никаких шансов на успешный исход боя. Те бредуны, что остались прикрывать отход основного отряда, продержались ровно десять минут. Затем начался ад. Клан гнали полдня. «Ловцы удачи» потеряли весь награбленный хабар, три четверти грузовиков и более половины личного состава, но все-таки стряхнули погоню со своего хвоста. Это не помогло — обозленные спецназовцы быстро вычислили нападавших. Не успели уцелевшие бредуны вернуться в свой базовый лагерь, как по ним ударили минометы. А затем началась тотальная зачистка. Тех, кто не погиб в бою, а в основном это были женщины и дети (мужчины-воины клана бились до последнего), победители увели в Сергиев Посад.
Отец погиб на глазах Паши еще во время бегства от спецназовцев. Мать бросилась с самодельной гранатой под БТР уже во время штурма лагеря. Младшая сестренка, пигалица двенадцати лет, попала под шальную очередь из крупняка, когда тащила на позицию боеприпасы и воду. Сам Пашка отстреливался до тех пор, пока рядом с его стрелковой ячейкой не рванула граната.
Очнулся Паша только глубокой ночью. Его ячейку засыпало землей почти до верха. Да так, что проводившие контроль спецназовцы просто не стали возиться с раскапыванием, справедливо решив, что на дне труп.
С тех пор он вел одинокую жизнь дикого бредуна. Хорошо хоть, что Паша наткнулся на тайник, не найденный устроившими тотальную проверку местности спецназовцами, и стал обладателем парочки стареньких АКМ и вытертого до белизны «стечкина». Без оружия в здешних местах его жизнь не продлилась бы долго.
Несколько раз он вступал в различные мелкие шайки (крупные кланы практически никогда не брали чужаков). Поскольку вся окрестная территория уже давно была поделена между большими бандами, таким шайкам оставалось пробавляться мародеркой в разрушенной Москве. Иногда им везло, и они брали небольшой хабар, но чаще возвращались ни с чем, оставляя в развалинах трупы погибших от радиации товарищей.
Потом, в одном из торговых городков, где они сбывали скудную добычу, Пашу разыскал дядя Андрей,
С первыми пунктами программы Паша справился довольно легко. И оружие он имел, и поручителя, да и экзамен (стрельбу из пистолета, автомата и пулемета, а также знание матчасти) сдал на отлично. А на испытательный срок его назначили в дядину десятку, что отнюдь не являлось синекурой — торговые конвои были желанной добычей для диких бредунов-беспредельщиков. За полгода личный состав отряда Мозголома обновился на треть. И это при том, что в нем находились только очень опытные и умелые бойцы.
Сейчас Паша-Скорострел вместе с соратниками отдыхал в Мухосранске — торговом городке на перекрестке дорог. Городок был из новых — возникший на пустом месте после Тьмы. Тогда поселениям любили давать весьма странные названия — насколько хватало фантазии отцов-основателей. Например, соседний поселок носил гордое имя Усть-Жопинск.
Как правило, такими городками совместно владело несколько кланов. Они собирали мзду с проезжих, имели процент от каждой совершенной в городе официальной сделки, держали кабаки и публичные дома. За порядком присматривали сборные отряды под началом выборных (советами контролировавших поселение кланов, а вы подумали — народным голосованием?) командиров. В разных местах такие командиры носили разные звания. Их называли шерифами, генералами, мэрами, директорами, председателями и даже президентами.
Андрей-Мозголом весьма успешно расторговался и решил устроить команде небольшой праздник. Программа была стандартной — бухло и девочки. Зато много и сразу. Начали в полдень. К вечеру Пашка уже успел как следует накатить, сходить разок перепихнуться и снова вернуться за стол. В связи с успешным прохождением всех пунктов праздничного гуляния настроение Скорострела было радужно-приподнятым и, пожалуй, благодушным. Черная меланхолия, мучившая Пашу с тех пор, как он очнулся в разгромленном лагере «Ловцов удачи», временно отступила. Поэтому Пашка не сразу обратил внимание на старика, что-то бубнящего ему в самое ухо.
— Вася-Танцор из клана «Папуасов» в городе, — тихо повторил старик. — Он ищет встречи с тобой!
— И чо? — не сразу въехал в ситуацию Паша. — Зачем я ему нужен?
— Дуэль! — выдохнул старик. — Он хочет тебя убить!
Скорострел захохотал так, что свалился с лавки. С пола его подняла твердая дядина рука. Андрей выглядел свежим, словно не квасил полдня, но мрачным и озабоченным.
— Дядь, ты слышал, а? Какой-то крендель хочет устроить со мной дуэль! — заплетающимся языком проговорил Пашка и снова пьяно захохотал.