Браво-брависсимо
Шрифт:
М и х а и л. Уже семнадцать. Только не надо с мной, как с дитяткой. Я давно уже бреюсь.
С у с л о в а. И на фоно играешь?
М и х а и л. С пяти лет.
С о ф ь я. Миша учится в консерватории и преподает.
С у с л о в а. Ужасно жалею, что папенька не нанял для меня учительницу музыки. Музицирование так скрашивает одиночество.
С о ф ь я. Как же ты стерпела свое заточение в деревне?
С у с л о в а. Читала рыцарские романы, изучала историю Средневековья. Восхищалась Бланкой Кастильской, мечтала отбить у нее Филиппа VIII. Что за судьба у этой Бланки! Выйти замуж в 12 лет, родить 13 детей.
С о ф ь я. Думаю, этого маловато для восхищения. Тебе, по-моему, больше нравится та эпоха, XVIII-й век. Рыцари, трубадуры, стихи о прекрасной даме. То, чего даже близко не было у нас.
С у с л о в а. Как же ты меня знаешь.
С о ф ь я. Наверное, много писала?
С у с л о в а. Представь себе, ни строчки. Из чего заключила, что я все-таки не графоманка.
С о ф ь я. Такая богатая впечатлениями жизнь… Я тебя не понимаю.
С у с л о в а. Я сам себя не понимаю. Болтаюсь по жизни. Ничего из меня не получается. Трачу только деньги папеньки. (Михаилу) Мишенька, сыграйте нам что-нибудь.
Михаил мнется.
С о ф ь я. За стенкой наш квартирант работает, Васенька Розанов.
С у с л о в а. Розанов? Тот, что пишет о Достоевском?
М и х а и л. Он его страстный поклонник.
С у с л о в а. Интересно! Так давайте помешаем ему.
Комната Розанова.
Р о з а н о в * В устной речи Розанова использованы некоторые его высказывания и записи. (зрителю). Бог послал меня с даром слова и ничего другого не дал. Вот отчего я несчастен и постоянно пишу. Литературу я чувствую, как штаны. Так же близко и вообще, как своё. Штаны бережешь, ценишь, всегда в них, так и я постоянно пишу. Мой канон – благодари каждый миг бытия и каждый миг увековечивай. Но в мышлении моем всегда какой-то столбняк. Или от мути во мне нечистой крови. Или от пустоты и бессмысленности жизни. Страшная пустота жизни, как она ужасна. Нужно, чтобы о ком-то болело сердце. Но о ком? Таня такая правильная, такая благополучная. Это у нее обо мне болит…
Михаил идет в комнату Розанова, Суслова и Софья, остаются у двери и прислушиваются.
М и х а и л (входя). Творишь? Вынужден тебя прервать. С тобой изъявила желание познакомиться прекрасная женщина. Она за дверью. (Розанов смотрит с крайним удивлением). Это… (делает паузу).
Р о з а н о в. Не томи же!
М и х а и л. Это бывшая возлюбленная Достоевского…
Р о з а н о в (ошарашен). Неужели Суслова? (Михаил подтверждает взглядом) Но зачем? Это невозможно.
М и х а и л. Она не захотела ждать. У нее к тебе какие-то важные вопросы. И ей все равно, захочешь ты отвечать или не захочешь.
Р о з а н о в. Боже милостивый! Как можно так внезапно? У меня столбняк.
С у с л о в а (решительно входя в комнату). Розанов, какой столбняк? Какие церемонии могут быть между нами, нигилистами?
Р о з а н о в. Но я сейчас уже не совсем нигилист.
С
Р о з а н о в. Но я люблю Бога. Ближе Бога у меня никого нет.
С у с л о в а (с притворной досадой). Что ж такое! Кто же вы?
М и х а и л. Он гений в потенции, в перспективе. Немного терпения, мадам. Сейчас он придет в себя.
С у с л о в а (насмешливо). Что-то не заметно. Розанов, как вам помочь? Ну, хорошо. Скажите, что вы думаете о моем друге Герцене, царство ему небесное?
Р о з а н о в. Герцен написал много, но ни над одной страницей не впадет в задумчивость читатель, не заплачет девушка. Не заплачет, не замечтается и даже не вздохнет.
С у с л о в а (в том же тоне). Какая лирическая критика. А о Гоголе что скажете?
Р о з а н о в. Интересна его половая загадка. Он, бесспорно, не знал женщины, у него не было физиологического аппетита к ней.
С у с л о в а (с интересом). Что же, по-вашему, было?
Р о з а н о в. Поразительна яркость кисти везде, где он говорит о покойниках. Красавица-колдунья в гробу. Мертвецы, поднимающиеся из могил. Утопленница Ганна. Везде покойник у него живет удвоенной жизнью. Покойник нигде не мертв, тогда как живые люди словно куклы, аллегории пороков. Он ни одного мужского покойника не написал, точно мужчины не умирают. Бездонная глубина и загадка, этот Гоголь.
С у с л о в а. Живописно. А как вам Достоевский? Насколько мне известно, вы его поклонник, что-то пишете о его творчестве
Р о з а н о в. Трудно сказать о нем то, чего вы не знаете. А говорить, что знаете, смешно. Иногда мне кажется, что он будто вечно пьяный, только не от вина.
С у с л о в а. Дерзко. И как-то странно высказываетесь. Не как поклонник.
Р о з а н о в. На любой предмет я стараюсь смотреть с тысячи точек зрения.
С у с л о в а. Бросьте! Просто у вас такой характер: семь пятниц на неделе. Я вас насквозь вижу, Розанов.
Р о з а н о в. Достоевский великий писатель, но без отточенной техники. Он в большей степени пророк, чем прозаик.
Су с л о в а (Михаилу). Что ж, неплохо.
М и х а и л. Завтра у нас литературный кружок. Будем рады.
С у с л о в а. Ох уж эти кружки! Абстрактные темы, пустые споры. Болтлив русский человек. Но я обожаю вращаться среди молодежи. Обязательно приду. (Розанову) До свидания, Розанов!
Суслова скрывается за дверью. Софья уводит ее в свою комнату.
М и х а и л (взволнованному Розанову). Ты заметил, каким тоном она сказала тебе «до свидания»? Она – давняя подруга моей мачехи. Она читала твои заметки. Да что с тобой? С чего вдруг ты так взбудоражился?
Р о з а н о в. Она ушибла меня.
Квартира Голдиных. Большой самовар на длинном столе. Заварной чайник. Чашки. Сладости. Все участники кружка – совсем молодые люди. Шутки смех.
Розанов сидит в одном торце стола. Заядлый курильщик, он прикуривает одну папиросу от другой. Курит и непрерывно ест сладости. Рядом с ним его девушка – Таня Щеглова