Братья

Гончар Анатолий Михайлович

– Да живот что-то ноет, - без запинки соврал Кислицын.

– А, тогда понятно. Держи!
– Глушко протянул звенящую металлом связку.
– Не потеряй!

– Хватит прикалываться, я что когда терял?
– притворно обиделся Кислицын и, взяв ключи, выскочил на улицу.

Выйдя на свежий воздух, он включил выключенный до того телефон, увидел пропущенные звонки от брата и собрался было перезвонить, когда микрофон завибрировал музыкой. Номер был незнакомый. С тайной надеждой Андрей нажал кнопку "принять", и тут же в ухе раздался незнакомый мужской голос:

– Алина просила передать: она ждет тебя около ветеринарной аптеки.

Приходи сейчас, Алина долго ждать не собирается!
– сказал и отключился, не дав Кислицыну ни секунды на ответное слово.

– Вот оно как!
– Андрей сунул сотовый в карман и огляделся по сторонам: ветеринарная аптека находилась совсем рядом, за пешеходным переходом, стоило только перейти улицу. Ни секунды не колеблясь, Кислицын - младший устремился к цели. Время было позднее, народу на улицах мало, и потому, когда пешеходам зажегся зеленый свет, и он ступил на полосатую дорожку, рядом никого не было.

Скажи кто Алексею, что съемную квартиру, на которой они жили с братом, обворуют, он бы ни в жизнь этому не поверил! Ну не было там ничего, что можно украсть. Не - бы-ло - с большой буквы. Старенький компьютер? Кому он нужен? Да грабители его и не взяли, разбили только. Имущество? Какое у двух молодых вояк имущество? Пара джинсов, по куртке на брата, и несколько разномастных рубашек и свитеров. Остальное - всё зелено-пятнистое, кому такое барахло, разве что подсобным рабочим? Но то, что их ограбили, сомнений не вызывало, всё в ней оказалось перевернуто кверху дном.

– Бабло что ли искали?
– войдя в помещение и увидев разгром, Кислицын - старший невольно почесал затылок.
– Придурки! Сейчас я деньги тут в банках хранить буду. Из-под сахара!

Собственно настоящего урона грабители нанесли немного - замок на двери выломали да компьютер разбили, но комп почти и не жалко - до командировки оставались считанные дни, а после неё братья всё равно собирались покупать новый.

– Чёрт, что же они тут так рылись?
– ящики выдернуты, бумаги и всякая мелочёвка разбросана, одежда вывернута и брошена на пол. Даже в ванной комнате всё оказалось перевернуто.
– А что если это не грабители, а это не грабёж, а показ возможностей?
– возникшая мысль заставила обеспокоиться. В желудке заворочалось некое предчувствие чего-то нехорошего.

– А это случаем не те твари?
– вспомнив недавнюю потасовку, Алексей потянулся к телефону, набрал номер брата. Увы, сотовый Кислицына - младшего оказался выключен.

– Вот скотинка!
– выругался Кислицын - старший, жалея о том, что прежде чем попасть на съемную квартиру, битых два часа толкался по магазинам. И бегом кинулся на улицу. По дороге к остановке он ещё раз набрал номер брата - тот по-прежнему не отвечал. Увидев проезжающее мимо такси, Андрей призывно махнул рукой. Скрип тормозов, и Кислицын - старший тут же оказался подле открывающейся дверцы.

– Начальник, до "Крутых горок" подбросишь?
– озвучил он направление движения, ни капли не сомневаясь в том, где именно ему предстоит отыскать собственного брата.

– Садись!
– гостеприимно улыбнулся хозяин машины, и как только Алексей плюхнулся на сиденье, машина, завизжав покрышками, рванула с места.

Таксист ездил с приличным превышением скорости и, несмотря на то, что дорога шла почти через весь город, около "Крутых горок" они оказались довольно скоро. Такси вильнуло, прижимаясь к тротуару, и резко (так, что натянулись

ремни безопасности) затормозив, остановилось. Деньги Алексей положил, ещё будучи в дороге и, поблагодарив водителя, покинул салон и прикрыл дверцу.

Брата он заметил почти сразу - тот по пешеходному переходу переходил улицу. Как и положено, он делал это на зелёный свет, и наверное именно потому не смотрел по сторонам, а вот Алексей несущийся на приличной скорости Девятый "Жигулёнок" заметил сразу. Тело обдало холодом.

– Андрюха, справа!
– во всё горло заорал он и, боясь самого страшного, непроизвольно прикрыл глаза. Но его возглас был услышан - Кислицын - младший кинул взгляд в сторону и каким-то неимоверным прыжком увернулся от мчавшейся на него машины. Девятка вильнула, пытаясь зацепить уходящую жертву, но промахнулась и, ещё громче взревев мотором, понеслась дальше.

– Куда, козёл, прёшь?!
– заорал вслед удаляющемуся автомобилю чудом уцелевший Кислицын.
– Напьются твари и ездят!
– в сердцах бросил он и направился в сторону брата. Всё произошло так быстро, что он даже не успел толком испугаться. А вот Алексея била нервная дрожь. Он-то прекрасно понял, что его брат был на волосок от гибели, ещё бы чуть-чуть, и он бы ничего не сумел сделать. Приходившие в голову мысли были одна хуже другой. И хотя стекла "Жигулей" оказались сильно тонированы, старший Кислицын ни секунды не сомневался: за рулём сидит кто-то из их недавних "знакомцев". Мозаика складывалась в нехорошую картинку - их запомнили и вычислили. Похоже, какой-то дурак решил мстить. Оставалось только надеяться - за полгода командировки горячие парни немного охланУт или найдут себе другое, более полезное занятие.

"Неплохо бы и нам подсуетиться насчёт выяснения личностей неизвестных товарищей", - раздумывая над этим, Алексей зашагал навстречу Андрею. Идея "выяснения" была здравая, вот только необходимых для этого знакомств среди работников внутренних органов у братьев Кислицыных не было.

Глава 4

Никто из спецназовцев не видел, как из дверей стоявшего у тротуара "Вольво" выскочил растерянно бьющий себя по карманам кавказец, как взглянув на шагающего к машине, вертящего в руках флэшку Андрея, замер с широко раскрытым ртом, как его лицо побледнело, превратившись в серую маску, как наклонился он вперёд, собираясь ринуться на похитителя своей собственности, но в последний момент высунувшаяся из салона рука ухватила того за полу пиджака и резким рывком утянула в салон автомобиля. Дверца захлопнулась. Обе машины отъехали от "Крутых горок" практически одновременно.

Милицейский автомобиль проскочил ближайший перекрёсток и, поравнявшись с машинами нарушителей спокойствия, не обратив на них внимания, покатил дальше.

– Аслан!
– произнёс тот, чья рука усадила в салон потерявшего информационный носитель товарища.
– Аслан!
– повторил он и несколько раз хлопнул приятеля по плечу.
– Успокойся!

Тот, кого назвали Асланом, болезненно поморщился и вышел из ступора.

– Хасан, ты что, не понимаешь? Муслим меня убьёт!
– пробормотал он, ладонью смешивая кровь и грязь с обильно текущим по лицу потом.