Шрифт:
Дошкольные годы я каждое лето проводил в деревне у бабушки. А со мной двоюродный брат Васька. Мы были настоящими друзьями. И много пережили вместе.
Воспоминания потускнели, но некоторые моменты остались в памяти навсегда.
Наступало последнее лето перед школой. В конце мая,
– Слышь, Петька, у нас тут оборотни по Тамбову бегают. Айда к бабуле, я уже тут.
На следующий день отец отвез меня на «Копейке» к бабушке в деревню под Тамбовом.
Васька радостно встретил меня, и мы первым делом полезли на чердак сарая. Там стояли две раскладушки, а между ними – шина от легковой машины, на которую мы положили кусок фанеры.
Когда я плюхнулся на раскладушку, и потревоженная пыль заставила меня чихнуть, Васька сказал:
– Давай в этот раз копить на сгущенку! Она шестнадцать копеек стоит: я видел, когда ходил в магазин с бабушкой.
– А давай! – радостно ответил я, потому что я тоже любил сгущенку, но лакомился ее только в орешках. В чистом виде она мне никогда не доставалась.
– Тогда поедем сегодня на озеро. Сосед сказал, что там электрики обрезали провода. Нам немного надо, чтобы на банку хватило, – прошептал Васька.
– А как мы залезем на столб? – также шепотом спросил я.
– Лестницу возьмем.
По ночам мы часто спали в своем убежище на чердаке. И в эту ночь остались там же, предупредив бабушку. Она накормила нас щами, и мы отправились наверх обдумывать дерзкий план.
В полночь мы взяли лестницу, сцепили велики паровозиком и тронулись. Но не проехали и пяти метров, как Васька упал и
Тогда я предложил везти лестницу по очереди. Я взял ее в правую руку и даже проехал так метров десять. Но ноша оказалась слишком тяжелая, рука ослабла и опустилась. Лестница попала в педаль, и велосипед полетел в одну сторону, а я в другую. От педали отлетел кусок, и на рычаге осталась только половинка педали.
Мы подумали, что быстрее идти, чем ехать, погрузили лестницу на два велосипеда и таким паровозиком пошли вперед. Озеро находилось в двух километрах от дома, за полем.
Светила полная луна. Она озаряла бледным желтым светом заросшее травой поле, сквозь которое по грунтовой дороге нам предстояло пройти к озеру.
Вдруг я вспомнил про оборотней и мне стало жутко. Но я решил, что этот путь мы должны пройти, хоть и было страшно. В кармане куртки я нащупал открывашку для бутылок, которую взял на случай нападения оборотней. А у Васьки были с собой пассатижи для перекусывания проводов. Тоже чем не оружие?
– Вась, а ты уверен, что оборотни сейчас в Тамбове? – прошептал я.
– Да. Мне Мишка сказал. Точняк говорит, по телеку слышал, – объяснил Васька.
– Чё-то как-то страшно, – признался я.
– Да ладно, не ссы, они детей не трогают. Я в кино видел, они только взрослых едят.
Вдруг мы услышали ревущие моторы автомобилей.
– Прячемся, – скомандовал Васька.
Мы быстро свернули с грунтовой дороги в поле, отошли метров тридцать, кинули велосипеды и лестницу и притаились. Хотя мы стояли на четвереньках, трава едва скрывала наши макушки.
Конец ознакомительного фрагмента.