Брат лихой
Шрифт:
Своего отца Лёнька любил и уважал, никогда ему не перечил, и не огрызался, старался быть похожим на него, и во всём ему подражал. Спокойный, уравновешенный и не по годам рассудительный молодой человек, с обострённым чувством собственного достоинства. Задирой Лёнька ни когда не был, но все знали, что с ним лучше не связываться, за себя и за своих друзей он всегда мог постоять.
В понедельник утром, когда вся бригада сплавщиков была в сборе, они отчалили от берега, капитан дал полный газ и катер стрелой полетел по водной глади вверх по течению. Мужики, разместившись в рубке, начали доставать из рюкзаков припасённую выпивку и закуски, и когда приехали
– Петрович, не в службу, а в дружбу, выручай. Может, сходите с Лёнькой на солонцы, а то петли столько дней не проверены, если кто попал, мясо может пропасть, ты сам это не хуже меня знаешь. Потом, когда подойдёт твоя очередь, ты её пропустишь.
Отец, подойдя к Лёньке, спросил: - Ну что, пойдёшь со мной?
– Конечно, пойду, - тут же радостно согласился Лёнька. Он много раз слышал, что существует такой, браконьерский, способ ловли маралов петлями, но сам никогда этого не видел и поэтому, раз подвернулся такой случай, он не хотел его упускать.
Этот солонец, на котором мужики ставили петли, был ближним, всего в полутора километрах от пикета, по хорошо утоптанной тропе. Был ещё один солонец, дальний, километрах в 3-х от пикета, там был оборудован и хорошо замаскирован, "скрадок", туда, обычно ночью, мужики ходили с ружьями. В бригаде была установлена очерёдность - кому, когда и на какой солонец идти, когда заканчивалось мясо. За солонцами они следили, периодически их подсаливали, убирали упавшие деревья, в общем, создавали условия для того, чтобы маралы приходили туда чаще.
Лёнька собрался было сбегать на катер, за "вертикалкой" 12-го калибра, которая хранилась в рундуке и всегда была наготове, но отец его остановил: - Там, оно нам, не пригодиться. Возьми ножи, пару мешков и рюкзак, - на всякий случай.
Пройдя минут 30 по таёжной тропе, отец крикнул отставшему от него Лёньке:
– Давай быстрей сюда, здесь корова в петлю попалась, - так они называли самку марала или ещё - маралуха. Лёнька бегом подбежал к тому месту, где стоял отец, увидел вытоптанную до грязи поляну, и лежащую на боку маралуху. Измученная и обессиленная, она даже не попыталась вскочить, и убежать, только смогла поднять с земли, и повернуть голову, в сторону приближающихся к ней людей. Подойдя ближе, Лёнька увидел глубоко врезавшийся в заднюю ногу маралухи, тонкий, туго натянутый трос, привязанный другим концом к дереву. Не издав ни звука, она обречённо положила свою красивую голову, на грязную землю.
Лёнька, впервые в жизни, так близко увидел зверя и подивился:- "какая же она грациозная и красивая". Отец, видя замешательство сына, сказал: - Ты сядешь на неё с боку, вот сюда и будешь держать заднюю ногу, которая без троса. Держи крепко, чтобы она не лягнула.
Прижав бок маралухи коленями, Лёнька схватил её заднюю ногу, стараясь делать всё так, как сказал отец и тут увидел, что другая её нога сломана ниже колена, и сквозь лохмотья короткой шерсти, видны острые края сломанных костей.
– Чёрт, как же ей, наверное, больно - мелькнуло у него в голове. Он почувствовал, как у него затряслись с начала поджилки, потом руки. Отец, тем временем, скрутив верёвкой передние ноги маралухи, с силой потянул её голову, запрокидывая назад, чтобы натянуть
Маралуха задрожала всем телом, потом захрипела и забилась в предсмертной агонии. Через минуту она затихла и отец сказал: - Всё, шабаш, можешь отпускать.
Лёнька с трудом разжал трясущиеся руки, посмотрел на отца, потом на вытекающую из разреза на шее кровь и его едва не вырвало.
– Лёша, тебе что, плохо?- спросил отец, увидев, как побелело лицо сына.
– Да не, - ответил он, стараясь скрыть от отца свою слабость.
– Ну, тогда давай разделывать, а то время-то идет, - сказал отец. Он быстро освежевал тушу и когда резанул ножом по вымени, оттуда ручьём полилось молоко.
– Нда-а - протянул отец - это хреново, у неё, значит, был телёнок, теперь без мамки он может пропасть.
– Лёнька удерживал тушу на спине, держа её за передние ноги. Он никак не отреагировал на эти слова и отец, понимая состояние сына, и пытаясь как-то оправдаться перед ним, сказал: - Ну, что теперь поделаешь, она бы здесь всё равно пропала или медведь бы её упёр, поверь, мне её тоже жалко,- он уже сильно пожалел, что взял сына с собой, видать рано ему ещё, не готов он к таким делам. Лёнька действительно сильно переживал, он даже не мог себе представить, что всё так будет.
Этой зимой, во время новогодних каникул, отец взял его с собой в тайгу - "белковать", но на самом деле, объектом охоты был - соболь, только его мех имел ценность, но одно дело добывать, часто уже замёрзшего в капкане соболя, и совсем другое то, что они сегодня здесь сделали. Лёнька уже точно знал, что он, ни когда больше не будет участвовать в таких делах.
Отец, не стаскивая тушу со шкуры, как на развёрнутое одеяло, сложил отрезанные куски мяса. Потом они отнесли его большую часть к ручью, там прямо в воде стояли бочки, они сложили туда мясо, накрыли крышками и придавили сверху камнями, хотя, если его найдёт медведь или росомаха, то ни какие камни, конечно же, не спасут. Они сложили на шкуру отрезанные ноги и голову, предварительно вырезав из неё язык, оттащили её в кусты, туда же оттащили внутренности, обмотали трос вокруг дерева, к которому он был привязан и, прихватив с собой печень, язык, и задние ноги маралухи, двинулись в обратный путь. Шли тем же строем - отец впереди, сын следом, шли молча, каждый думая о своём. Отец, вспоминая, каким осуждающим взглядом смотрел на него сын, снова и снова корил себя за то, что взял его с собой.
Пройдя половину пути, отец остановился на привал, возле поваленного ветром дерева. Он решил, что должен поговорить с сыном.
– Ну что, сын, давай малость передохнём, - предложил он.
– Да я ещё не устал, - ответил Лёнька.
– Давай, давай, садись рядом, поговорить нам надо, - настаивал отец, - парень ты у меня уже взрослый, я думаю - ты меня поймёшь. Лёша, я же вижу, что ты осуждаешь меня за "это", но ты должен понять, что нам, на нашей работе, мясо нужно есть каждый день, иначе, мы тут ноги протянем. В магазине его не купишь, ты сам знаешь, там вообще - полки пустые, кроме морской капусты, там и нет ни хрена, вот и выручает тайга - кормилица, охота да рыбалка.