Браслет силы
Шрифт:
Рядом она никого не увидела и начала спешно раздеваться, благо одежды на ней было немного. Дорожная пыль размазалась и покрыла кожу грязными разводами. Танцовщица брезгливо передёрнула плечами и зашла в воду по грудь, прихватив с собой небольшой комок глины найденной на берегу. Захватить с собой мыло она не догадалась, да и вряд ли Стар был доволен, если она вздумала расходовать на себя и без того малый запас. Ночную тишину нарушал лишь стрекот незнакомых насекомых, редкие крики птиц и журчанье воды. Рядом точно никого не было, но всё время, пока девушка купалась, ей казалось, что за ней кто-то следит. Покрутившись из стороны в сторону и так никого и не заметив, Лена торопливо домылась и натянула рубашку и штаны прямо на мокрое тело. Ощущение тяжёлого взгляда
Собрав чистую посуду, она ещё раз оглянулась, просто так, на всякий случай, и пошла обратно к фургону. Около большого общего костра сидели и артисты и торговцы, вместе большой компанией было ночевать намного безопаснее и веселее. Стар задумчиво наигрывал что-то на гитаре, не обращая внимания на окружающих.
Сгрузив стопку посуды на землю, Верли заползла под фургон и начала укладываться спать. Сон нахлынул сразу, неожиданно затянув в свои глубины. Самой сказочной фигурой в нём оказался красивый мужчина с длинными тёмными волосами и необычными яркими глазами, похожими на голубые звёзды, который что-то ей рассказывал, а потом улёгся рядом. Чувствуя на своём плече его руку, девушка умудрилась удивиться прямо сквозь сон. Как же так, она ведь спит, а ощущения такие настоящие, присущие больше яви.
Конечно, утром рядом никого не оказалось, и холстина, на которой она спала, была холодной, не согретой теплом другого тела. Испытав небольшое разочарование, девчонка поднялась и стала отряхивать, сворачивая валиком, свою импровизированную постель.
Торговцы и актёры собирались, ведь совсем скоро должны открыться ворота, и они смогут войти в город.
Городская стена оказалась весьма приличной толщины. Лена, открыв рот, смотрела на ровную кирпичную кладку и башни, стоявшие по обе стороны от ворот. Стражники пересчитали их, заглянули в фургон, немножко пошвырялись в вещах и пропустили. Никаких товаров, а уж тем более контрабанды они не обнаружили. Это слегка испортило настроение четырём здоровенным мужикам, которые надеялись стрясти въездную пошлину и с артистов. Позади нетерпеливо переминались с ноги на ногу торговцы с полным обозом, и стражи тут же забыв о бродячей труппе поспешили к ним.
— Самрита, — Верли дёрнула за руку гимнастку, — А вы здесь уже были?
— Конечно, — белозубо улыбнулась та, — Мы всегда идём одним и тем же маршрутом, заезжая в города, лежащие по пути. Правда бывает, что отклоняемся от него, но недалеко и ненадолго, только чтобы дать представление в каком-нибудь замке или крепости. Чуть больше года уходит на то, чтобы всё обойти.
— Почему так? — не поняла Лена, — Разве вы не сами выбираете свою дорогу?
— Так есть же договор с Гильдией актёров, — наклонился к девушке жонглёр Фис, который шёл рядом с ними, — Согласно договору у нас определённый маршрут. Отклонение от него допускаются, бывает. Только последнее время, что-то не очень приглашают в богатые дома — не то тратиться не хотят, не то другие развлечения находятся. Раз в год наш путь проходит через город, где и находится Гильдия. Заезжаем, отдыхаем с недельку, заодно платим за продление договора.
— А сейчас прямо на площадь? — девушка завертела головой, разглядывая узкие кривые улочки.
— Нет, сейчас на постоялый двор на окраине, — ответил Лене Стар, тот самый старик, который взял её в труппу, — Выступать будем ночью на главной городской площади. Сегодня там устраивается большой праздник, так что зрителей окажется предостаточно.
Девушка смущённо замолчала. Чего она на самом деле вопросы начала задавать? Какая разница куда идут и почему?
Постоялый двор оказался неожиданно огромным. Одно большое двухэтажное здание из бурого камня стояло в форме буквы «Г». Потом ещё одно, протянувшееся вдоль заднего забора. Несколько конюшен, сеновалов, амбаров, просто площадок с ограждением и крышей на столбиках. К одному такому ограждению и направился фургон. Лошадей распрягли и поставили в ближайшую конюшню. Самым дешёвым местом для отдыха оказался двор, и за такой ночлег спрашивали небольшую плату, но и желающих всегда хватало, а особенно
Пока Стар ушёл договариваться с хозяином, актёры разгружали вещи, занося их на крытую площадку. Внутри оказалось очень уютно устроенное место. Ограждение снизу целое, а в верхней части, состоящее из деревянной решётки, было оплетено симпатичным вьющимся растением с сердцевидными листьями и жёлтенькими цветами, похожими на граммофончики. Вместо двери висела плотная штора из мешковины. А внутри стояло несколько низких помостов, крытых сбитыми досками, для постелей. Широкий стол, вкопанный в землю, мог вместить куда больше народу, чем было в труппе. Его окружали такие же широкие лавки, которые могли служить спальными местами, если не хватало помостов.
— А как же зимой? — спросила девушка, — Зимой-то здесь, наверное, холодно?
— Что ты, — заливисто рассмеялась гимнастка, раскладывая вещи, — Мы путешествуем по тёплым краям, а зима бывает только на севере. Туда мы не ходим с представлениями, поэтому никогда не покупаем тёплую одежду. Это хороший город, здесь на рынке есть шатры предсказателей, и за небольшую монетку они расскажут, что тебя ожидает в будущем. У торговцев можно купить хорошую одежду. Сюда возят товары с множества прилегающих областей, даже из империи туранов. Да и сами туранцы сюда тоже появляются.
— Туранцы, это кто? — с географией мира у Лены было совсем плохо, и она старалась собрать хоть какие-то сведения.
— Это огромная империя к востоку отсюда. У них правит шах, живущий в самом большом дворце. А ещё они очень любят женщин, особенно не похожих на других, — Самрита посмотрела на Верли со скрытой жалостью. Рассказывать новенькой, что, скорее всего, её путь здесь и закончится, не имело смысла. В Гильдии было запрещено набирать в труппу новых актёров, иначе за них нужно было вносить приличную мзду. К тому же гимнастка не была уверена, что Стар оставит Лену в труппе, несмотря на то, что её танцы пользовались успехом и приносили неплохие деньги.
Старик уже договорился с хозяином постоялого двора и, теперь слегка прихрамывая, шёл к своим. В молодости он был хорошим канатоходцем, но потом неудачно упал, раздробив себе бедро. Целители собрали его ногу, но вот полностью восстановить не смогли, и путь на канат оказался заказан. Подозвав молодёжь, он вручил каждому по несколько монет.
— Ура! Мы идём на рынок, — запрыгала довольная Самрита, — Сладостей накуплю, платок хочу шёлковый и ожерелье.
— А разве здесь на всё это хватит? — с подозрением переспросила Лена, перебирая медную мелочёвку на ладони.
— Нет, но на сладости точно хватит, а об остальном можно просто помечтать или прицениться.
В далёкой империи туранов сухонький седой маг тщательно рассматривал в зеленоватой сфере приграничный город. Ему уже сообщили, что охотник Сархат привёз партию новых девушек из другого мира. Ни одна из привезённых шаху не понравилась. Но была пленница, которую охотник почему-то отпустил, пристроив её в труппу бродячих артистов. Необычные волосы пепельного цвета заинтересовали мага. Девчонка не была фигуристой и яркой, но чем-то цепляла, притягивая к себе внимание. Как раз сегодня их труппа достигла города, который располагался ближе всего к их империи, почти на самой границе. Теперь забрать оттуда добычу не составляло труда. Пусть пока выступает, собирает деньги для хозяина театра. А потом он получит ещё, за то, что не заметит, как исчезнет его танцовщица. Маг задумался, рассеяно почёсывая седую бороду. Может, стоит сообщить об интересной находке шаху Джахрияру? Тогда это уже не сюрприз получится, а простое исполнение повеления. Нет, всё-таки сообщать не стоит. Старичок хлопнул в ладоши, вызывая стражников. Те незамедлительно появились перед ним, склоняясь с уважением и явным подобострастием. Указав на пепельноволосую девчонку, придворный маг открыл для них портал на окраину города. Там всегда стоял маячок, чтобы можно было быстро и беспрепятственно приходить и исчезать, да и не первый раз они похищали то, что могло понравиться повелителю империи.