Бракованная
Шрифт:
— Я к нему не пойду… опять что-нибудь сболтну ненароком, как-нибудь обижу его Великое Величество, а потом попадет от папы Авзурага! — тут же заявляет Рита.
— Я схожу… — киваю сестре.
Сколько ее ни ругали, как ни наказывали, а всё равно язык живет отдельно от мозга Риты. Как ляпнет, так всем нам хочется спрятаться под стол, поэтому мы стараемся держать ее подальше.
Поправляю фартук, одергиваю длинную коричневую юбку и несмелым шагом направляюсь в нужную сторону.
«Раз, два, три…» — считаю шаги.
Счет меня успокаивает,
Глава 4. Горничная
Тогда же:
Лев
— Ну, где там эта горничная? — шиплю я, пиная дурацкий виноград.
Он, кажется, повсюду — вместе с мандаринами и яблоками.
Это ж надо было поставить блюдо с проклятыми фруктами на прозрачный стеклянный столик, который сам по себе ни черта не видно! Столик-невидимка, мать его… И блюдо тоже из прозрачного стекла.
Естественно, я споткнулся об этот столик, чаша съехала, все фрукты рассыпались по полу, а потом мой телохранитель, Семён, еще и раздавил виноградную гроздь, испачкав белый ковер. Хорошо хоть остальных охранников отправил отдыхать в другой номер, а то наследили бы мне тут, слоны. Я бы троих вообще с собой не брал, но всё отец… Радеет за мою безопасность в свойственной ему гипертрофированной манере.
«Дурацкий отель… Суперлюкс, тоже мне…»
Оглядываю номер: из достоинств тут разве что размер комнат — приемлемо просторные гостиная и спальня. Но сам он словно из журнальной вырезки — безликий интерьер. Абсолютно всё в этом номере или из бесцветного стекла, или белое. Ну, теперь вот на ковре еще креативные фруктовые отпечатки обуви моего телохранителя.
Сажусь на диван и наблюдаю за дверью. Собираюсь устроить горничной разнос, как только зайдет, заодно потребую заменить дурацкий столик. Я вообще-то ногу ударил, при желании могу их засудить.
Злюсь, конечно, больше не из-за столика, а из-за того, что хозяина этого «замечательного» заведения не оказалось дома. Будет только завтра, хотя я предупреждал о своем визите. То есть мне сутки куковать в ожидании. Мои сутки дорого стоят, между прочим. Слишком дорого…
В этот момент раздается стук в дверь, и тихий женский голос оповещает:
— Уборка номера.
— Войдите… — отвечаю я ледяным тоном и впиваюсь взглядом в дверь.
Ожидаю увидеть какое-нибудь деревенское чучело с гулькой на голове, однако вместо чучела в номер входит девушка совершенно удивительной внешности. Стройная, как тростинка, в то же время грудь размером с хорошие спелые персики — отлично ляжет в ладонь, надо признать. Жаль, что она в длиннющей юбке, ног
Всматриваюсь в ее милое симметричное лицо и не могу поверить, что его обладательница — простая горничная. Эта девушка могла бы быть лицом косметической фирмы или рекламировать парфюмерию… Да что угодно — рекламщики разорвали бы ее на части, попади она в нужные руки.
А волосы… Ну, это вообще уму непостижимо. Коса, твою ж мать! Длинная толстая коса натуральных светлых волос. Я такое впервые в жизни вижу.
Единственный недостаток — рост. Она от силы метр шестьдесят, совсем маленькая, а еще, кажется, молоденькая.
«Вон какое добро прячется в русских селениях…» — усмехаюсь я про себя.
Не знаю, уеду ли из гостиницы «Отличная» с невестой, но эту девчонку определенно заберу с собой, чьей бы она ни была. Сниму ей квартирку неподалеку от офиса, пусть поживет там месяц-другой, а может, и год. Вряд ли я скоро устану от такой красотки.
Сначала, конечно, устрою ей тест-драйв по полной программе, проверю, не бревно ли фригидное, а потом заберу. Пусть как следует меня порадует.
«Согласится ли поехать?.. Впрочем, куда она денется!»
Достаточно посмотреть на убогий наряд прелестной девушки, чтобы понять: она весьма остро нуждается в деньгах. Блузка из прошлого тысячелетия, жуткая юбка в пол, на лице ни грамма косметики, что плюс, конечно же. И всё же не думаю, что это ее выбор. Скорее всего, у этой девушки косметики просто нет.
Дам ей инструкции — пусть сразу знает, что я люблю, а что нет. Пусть старается, ублажает, потом щедро отблагодарю. Заранее озвучу ей цифру, чтобы вела себя как шелковая.
— Вы хотите, чтобы я убрала фрукты? — спрашивает она с дежурной улыбкой.
А у меня внутри что-то переворачивается от звука ее голоса. Нежный и такой… музыкальный, что ли... Даже не знаю с чем сравнить. И улыбка у нее приятная, тянет растянуть губы в ответ, что для меня в принципе редкость.
— Да, убери фрукты, — показываю я рукой вокруг себя. — Случайно уронил блюдо.
Даже ругаться из-за столика уже не хочется, вот как она на меня действует — умиротворяюще.
— Это ничего, я быстро…
С этими словами девушка берет треклятое блюдо и начинает ползать по полу, собирая виноград. При этом забавно придерживает чересчур длинную юбку. Пытаюсь заглянуть в вырез блузки, но куда там, всё наглухо застегнуто — по самое горло.
— Как тебя зовут, прелесть? — спрашиваю я, вдоволь насмотревшись на то, как девица нагибается за яблоками.
— Эва, — поворачивается ко мне она.
— Сокращенное от Эвелина? — спрашиваю наугад.
Она кивает.
— Сколько тебе лет? — Я предпочитаю знать такие вещи заранее.
Эва смущается, но всё же отвечает:
— Восемнадцать.
— Отлично, — киваю ей, потом оглядываюсь на телохранителя, чеканю строго: — Семён, выйди.
Он кивает, понимающе скосив взгляд на горничную.